– Знаю, редкое явление. По секрету: многие думают, что ты вообще не умеешь этого делать. Но я лично видел. Своими глазами. Могу даже выступить в суде, если нужно будет дать показания.

Черт. Он буквально сиял, довольный моим унижением.

– Вот же…

– Нет, это смотрелось довольно мило, – серьезно сказал парень.

– Прекрати.

– И ты что-то лепетала во сне.

Я отодвинулась и взглянула на него с подозрением.

– Неправда.

– Я не расслышал ничего, кроме своего имени.

К моим щекам прилил жар.

– Бред. Я не разговариваю во сне!

– Думаю, тебе снилось что-то особенное. А конкретно – я. Потому что ты улыбалась и шептала: «О, Фокси…»

– Может, я сказала «придурок»?

– Нет, это точно было мое имя. А потом ты добавила: «Поцелуй меня еще раз!»

– Ты ведь говорил, что не расслышал? – подловила его я.

– Все остальное – да, но это я услышал четко.

– Ха-ха, – отчеканила я с каменным лицом. Не могу поверить, что спала у этого типа на плече и бормотала подобную чушь. – Хватит приколов. Пересаживайся на свое место. Давай-давай!

– Разве мне не полагается возмещение ущерба? – с трудом сдерживая смех, возмутился Фокс.

– Какое еще возмещение? – Мое терпение подходило к концу.

Мне хотелось, чтобы он перестал разглядывать мое мятое лицо, свалил на свое место, и аттракцион «заставь ее смущаться еще сильнее» подошел к концу.

– За рубашку, которую ты заляпала своими слюнями. – Он дернул плечом.

– Сам виноват. Нужно было держаться от меня подальше, – выпалила я, сложив руки в замок на груди. – Тебя сюда никто не приглашал.

– Тогда все узнают, что ты храпишь! – прошептал парень.

– Аа-ах ты… – Я взволнованно обвела взглядом вагон. – Не было ничего такого!

– А кто тогда сказал «хы-ы-ы-р-р!»?

Я не удержалась – ударила его ладонью в грудь.

– Замолчи!

– Уверен, все подумали на меня, – продолжал Фокс. – Моя репутация подмочена. Во всех смыслах! – Он указал на пятно на плече.

– Да не делала я этого, – шепотом цыкнула на него я, пытаясь заставить замолчать.

Не выдержала и снова ударила – теперь уже по колену. И откуда это странное желание касаться этого парня все время? Каждое прикосновение как будто дарило мне волнительное удовольствие.

– Еще и дерешься. – Делая вид, что опасается меня, Фокс слегка сдвинулся к окну. Он театрально приложил ладонь к груди. – Что будет, когда все узнают, что ты на такое способна?

– Да мне плевать.

– Дерется, пускает слюни и… о боже… храпит!

На последней части фразы я закрыла его рот своей рукой.

– М-м-м и бу-бу-бу! – пробубнил он.

– Да не ори ты, – попросила я.

– А это уже приставание, – едва я убрала ладонь, промурлыкал парень. – Понимаю, я очень привлекательный, и тебе трудно держать себя в руках, но, Марта, здесь же люди! Давай подождем, пока останемся наедине?

– Я не храпела, – серьезно сказала я, решив оставить без внимания его последние слова, заставившие меня покраснеть еще гуще. – Просто мне нечем было дышать, когда твое плечо уткнулось в мой нос.

– Это твой нос уткнулся мне в плечо, – поправил он. – И кстати, я все еще не услышал благодарности за то, что ты почти два часа использовала его вместо подушки.

– Бедненький, тяжело, наверное, пришлось?

– Вообще-то я боялся пошевелиться, чтобы не разбудить тебя.

Я не знала, что ответить. Вообще, он был прав. Хотя это не оправдывало его появления на сиденье, принадлежавшем моей подруге, без приглашения. Кстати, чего это она там так долго? Неужели ей интересно в компании этого Отто? Я думала, они терпеть друг друга не могут. Как мы с Фоксом.

Переведя взгляд с мелькающих за окном заснеженных деревьев на своего соседа, я тихо вздохнула.

– Ладно. Спасибо, что поддержал меня своим плечом.

– Не за что, – не глядя на меня, ответил он.

– Это было бы даже мило, если бы ты не сел сюда без разрешения.

– Я расплатился за это пятном на рубашке.

– Уверена, оно высохнет, – сказала я. – Но если ты станешь трепаться об этом на каждом углу…

– Да я не из этих.

– Не из каких? – Я покосилась на него.

– Не из тех, кто, переспав с девушкой, бросается рассказывать об этом всем вокруг.

Я на мгновение потеряла дар речи.

– «Переспав»?! – прокричала шепотом, едва придя в себя.

И снова нестерпимо захотелось его треснуть – да побольнее!

– Ну, чисто технически так и было, согласись?

– Вот и нет!

– Вот и да, – расплылся в наглой улыбке Фокс. – Ты спала у меня на плече, и я тоже вздремнул немного. Мы спали. Вместе. Такой интимный момент…

– Да ты издеваешься! – воскликнула я, замахнувшись на него в очередной раз и удержавшись в последнюю секунду.

– Мне кажется, нам стоит прояснить некоторые моменты еще на берегу, – покосившись с опаской на мою руку, произнес он.

– Какие еще моменты? На каком берегу?

– До того, как мы официально вступим в отношения.

– Чего? – окончательно растерялась я.

– Марта, у тебя явные проблемы с самоконтролем. Если ты будешь постоянно бить меня, то долго я не протяну. Давай договоримся заранее. Если…

– С чего ты взял, что я собираюсь вступать с тобой… в как их там… – У меня не находилось слов, я начинала заикаться под его смелым взглядом. – Не буду я с тобой встречаться!

– После того, что было, мы просто обязаны, – упрямо заявил Фокс.

– Хватит, – строго сказала я. – Перестань меня троллить. Я просто поспала часок на твоем плече.

– Почти два.

– Неважно.

– И ты так легко забудешь все, что между нами было? – издевательски пропел он мне на ухо.

– Легче легкого, – прошипела я, отталкивая его плечом.

– А интернет ничего не забывает, – хитро сказал Фокс и достал свой телефон.

На заставке красовался снимок, на котором я сладко сплю на его плече.

– А вот это уже жутко. Не говори, что запостил его! – Я вытаращилась.

– Пытался, – признался он, – но, к сожалению, не было связи. Он опубликуется сразу, как мы выберемся из этой глуши.

– Ты не посмеешь, – угрожающе мотнула головой я.

– Я подписал его: «Ее волосы пахнут имбирным пряником». – Фокс мечтательно закатил глаза.

– Но все подумают, что мы встречаемся!

– Задумка была именно такой. – Он кивнул.

– С ума сошел? – Я резко попыталась выхватить телефон из его рук, но затея провалилась.

Чертовы хоккеисты обладают хорошей реакцией, и Фокс вовремя увернулся и спрятал свой сотовый в карман.

– Я думал, ты согласишься, – довольно хохотнул он.

– Соглашусь на что?

– Встречаться со мной. Других достойных вариантов у тебя нет.

– Достойных?

– Да. Умных, красивых, сильных…

– Да даже сам Сатана предпочтительнее тебя! – фыркнула я.

– А вот сейчас было обидно, – надулся Фокс.

– Но так не предлагают встречаться! – всплеснув руками, сказала я. – Это… тупо!

– А как предлагают?

– Ну… Ухаживают за девушкой. Наверное… – растерялась я.

– Принести тебе какао? – Фокс тут же сориентировался.

– Я все равно не буду с тобой встречаться.

– Стакан лимонада? Глёг? Хочешь горячего шоколада?

– Нет. – Я отвернулась.

Парень молчал. Неужели он не спросит еще? Начиная нервничать, я поерзала на сиденье.

– Если честно, у меня еще не было отношений, поэтому я не знаю, как правильно, – тихо произнес парень. – Три с половиной часа тренировок ежедневно: хоккей отнимает все время.

Я медленно повернулась и будто впервые увидела его настоящего. Внимательно посмотрела ему в глаза. Они у него были карие с маленькими вкраплениями янтарного. Красивые, добрые глаза, они идеально подходили к его густым темным волосам и едва заметным, словно россыпь молотой корицы, веснушкам на щеках.

– Я пускала слюни в твою рубашку, а ты предлагаешь с тобой встречаться?

– Да, – усмехнулся он в ответ на замешательство в моем взгляде. – По правде, меня всегда больше пугала твоя идеальность.

– Почему?

– Трудно подойти к девчонке, которая выглядит настолько роскошно, будто только что сошла со страницы модного журнала, – грустно улыбнулся Фокс.

– Когда она пускает слюни, все намного проще, да?

И мы рассмеялись.

– Так ты согласна? – спросил он, когда смех стих.

Его лицо стало таким серьезным, что мне пришлось сглотнуть от волнения.

– Для начала я согласна выпить с тобой какао.

– Отлично, – обрадовался парень.

– Но только если никто не узнает, что я храпела! И… и все остальное.

– Обещаю! – Парень зашил себе рот воображаемыми нитками.

– Это моя бабушка, – призналась я, когда мы встали с мест и направились в сторону вагона-ресторана. – Мы с ней всегда печем имбирные пряники в сочельник. Перед тем как собираться в дорогу, я доставала первую партию из духовки. Поэтому мои волосы и пропитались этим запахом.

– Очень уютный запах. Боюсь, он так сильно врезался мне в память, что всегда будет ассоциироваться у меня с Рождеством. И с тобой…

У меня не получилось сдержать улыбки.

– А я никогда не забуду, как опозорилась, проснувшись на твоем плече!

– Но ведь тебе снилось что-то хорошее, и ты так улыбалась.

Я бросила на него недоверчивый взгляд.

– Ничего мне не снилось!

– Но ты бормотала: «Фоксии-и-и!»

– Неправда! Ты врешь.

– Готов поспорить, я самый честный человек из всех, кого ты знаешь, – искренне заверил парень.

– Ты только посмотри. – Я остановила его движением руки.

Мы замерли на пороге вагона-ресторана, наблюдая за тем, как болтают, сидя в обнимку, наши друзья – Алесса и Отто.

– Кто бы мог подумать, – прошептала я.

– Лично я всегда знал, что эти двое неровно дышат друг к другу.

– Она ж его не выносит.

– Так же, как и ты меня?

Я повернулась и посмотрела на Фокса. Чего только не происходит под Рождество. Может, я все еще сплю?

– Опять хочется тебя ударить. Даже и не знаю, что делать.

– Какао тут вряд ли поможет, – хитро улыбнулся он и притянул меня к себе. – Может, это?

Его горячие губы нежно коснулись моих, и мое сердце забилось так быстро и громко, как никогда в жизни. Этот поцелуй был волшебным. Каникулы только начинались, поезд уносил нас в заснеженную даль, за окном мерцали огни, а я вдруг поняла, что самое прекрасное в жизни не обязано быть идеальным. Пусть лучше случается то, чего никак не ожидаешь!

Теплый подарок
Дарья Козырькова

Снег хрустит у Зои под ногами. Она идет по тропинке с закрытыми глазами и слушает этот волшебный звук. Зоя обожает зиму, особенно декабрь. Первого декабря они с мамой и младшим братом наряжают елку, а потом пьют какао с зефиром и включают «Один дома». Вечером папа приезжает с работы и дарит Зое и Пете по одному адвент-календарю со всякими вкусностями.

– Спишь на ходу, Бараш? – доносится позади нее знакомый веселый голос.

Егор подбегает и дергает ее за помпон на толстой вязаной шапке, которую связала для нее бабушка несколько лет назад.

Зоя хмурится, поджимает губы и ускоряет шаг.

Идет снег. Крупные, пушистые хлопья кружатся в воздухе и плавно опускаются на землю. Снежинки прилипают к щекам и губам Зои и тут же тают, другие же запутываются в ее кудрявых русых волосах.

– Бараш, ты чего не здороваешься, а? – Егор догоняет Зою и идет рядом с ней. Он выше ее на голову, поэтому наклоняется, чтобы заглянуть в ее злые глаза.

Зоя чувствует стеснение в груди. Ее сердце быстро колотится, плечи напрягаются, грудная клетка тяжело вздымается, а руки покалывает от желания сдавить ими шею ненавистного Егора Соловьева.