– Только я очень прошу, не стоит повторять это на людях. Обождите ради приличий хотя бы пару месяцев. А пока суд да дело, предлагаю вам вместе бить японцев.

– С вами? – окинул он меня презрительным взглядом.

– Плечом к плечу, – энергично кивнув, подтвердил я.

– Это невозможно.

– Ещё как возможно, Пётр Ильич. Просто вы пока ещё не знаете всей сути моего предложения. Надеюсь, вам известно о том, что я являюсь весьма деятельной натурой и не люблю переливать из пустого в порожнее?

– Я столько слышал о ваших подвигах, что в подобное с трудом верится. Впрочем, этого нетрудно добиться, имея в приятелях известного репортёра с бойким пером. Поговаривают, что именно его стараниями вам удалось избегнуть заслуженного наказания и вернуть как чин, так и награды.

– А награды мне, конечно же, выданы по ошибке.

– Благодаря покровительству великого князя, для коего вы стали отличным собутыльником в Артуре.

– Понятно. Для начала, месье Форже стал известным и популярным репортёром именно благодаря мне. Впрочем, это всё слова. И боюсь, мне не перебить всю ту грязь, что льют на меня. Поэтому намерен доказать вам свою правоту делом. Одевайтесь.

– По вашей милости я ранен.

– Ранены вы по вашей милости, Пётр Ильич. А по моей остались живы. Пожелай я вас убить, и мы с вами не разговаривали бы. И моими же стараниями вы активно идёте на поправку, ибо именно я попросил врача с «Севастополя» заняться вашей раной. Так что одевайтесь. И вообще вам необходимо двигаться для лучшего кровообращения, которое способствует скорейшему восстановлению.

– А если я не пожелаю? Силой заставите?

– Если не пожелаете, то я просто уйду. А вы потом будете себе локти кусать, наблюдая за успехами другого и понимая, что могли оказаться на его месте. Или полагаете, я намерен прохаживаться в окрестностях Владивостока и надеяться на удачу? В мои планы не входит ждать, не пожалуют ли в гости японцы, я сам намерен их искать и бить.

– И как вы собираетесь это делать? Всем известно, что задача подводных миноносцев это оборона.

– Я намерен доказать обратное.

– Как?

– Отказываясь от моего предложения, вы узнаете это лишь из газет и методичек по тактике использования подводных лодок. Соглашаясь, будете участвовать в их составлении.

– И почему вы вцепились именно в меня?

– Потому что вы умны, храбры, хладнокровны, отличный штурман и подали рапорт о переводе в подводники. Но главное, это ваша честность. Уверен, если открою вам свои карты, получу соратника, готового встать со мною плечом к плечу.

– Даже так? – скептически бросил мичман.

– Может, всё же позвольте мне попробовать убедить вас.

– Хорошо, – откидывая одеяло, неуверенно произнёс Налимов.

От моей помощи он отказался и оделся сам, хотя процесс и оказался болезненным. Впрочем, я и не думал всерьёз ему помогать. Более того, если бы он не смог управиться самостоятельно, то попросту ушёл бы. Я хочу иметь рядом с собой соратника с характером. Воспитывать, тянуть, толкать и тащить никого не собираюсь.

На улице нас уже ожидал… автомобиль! Не то чтобы прямо полноценный. Скорее уж мотоколяска. Но тут присутствовал бензиновый двигатель на целых восемь лошадиных сил, удобные диваны на четыре места, руль, педали сцепления и газа, ручка тормоза, колёса на мягком резиновом ходу. И разгонялся этот раритет, в смысле новинка, до семидесяти километров в час. Красота! Нет, правда, по сегодняшним меркам настоящий шик, потому как альтернатива это извозчик на конной тяге.

«Форд» модели «А» выпускается уже целый год, и на сегодня их распродано более полутора тысяч единиц. И я не мог обойти такую новинку стороной. Отчего нет, если есть возможность. Правда, мне он обошёлся в копеечку, потому что доставлен во Владивосток контрабандой, а шкипер за бесценок рисковать не собирался. Впрочем, в его трюмах из Америки прибыл далеко не только мой личный транспорт.

К слову, в городе таких красавцев по пальцам пересчитать, и при виде подобной роскоши на губах Налимова появилась презрительная усмешка. Вот же паразит! Морду лица ему набить, что ли? Шутка. Пусть бесится. Пока это вполне приемлемо. А вот если и дальше станет выдавать кисляк, то я в нём ошибся.

Он забрался на передний диван слева, я же обошёл справа и, вставив сбоку заводную рукоять, энергично прокрутил её, запуская двигатель. Тот чихнул и бодро затарахтел, выдав облачко дыма, ну или по большей степени пара. Всё же восьмое декабря и минус двадцать пять градусов – не шутка. А тут ещё и кабина отсутствует, про обогрев я скромно умолчу. Только и того, что имеется маркиза, толку от которой как с козла молока, даже от снега или дождя толком не защитит.

Устроившись за рулём, подмигнул Налимову и, надев очки, наконец тронулся с места. Кака на колёсиках покатила по заснеженной улице, унося нас к намеченной цели. Тут недалеко, всего-то четыре версты по довольно приличным улицам города и по его глухим окраинам. Литейно-механическая мастерская купца первой гильдии Суворова находилась на берегу бухты Фёдорова. Довольно молодое и динамично развивающееся предприятие, на которое я и сделал ставку.

Вот никакого желания иметь дело с казённым заводом, потому что если желаешь заполучить геморрой, то иди на государственное предприятие. Тем более что сейчас там заказов выше крыши. Уже прибыли четыре подводные лодки, ещё шесть на подходе, в сухом доке стоит «Богатырь». А у меня никакого намерения бездельничать до марта, когда и должен вступить в строй «Скат». А уж с учётом намеченной мною модернизации так и подавно всё затянется.

Хозяин мастерской, а скорее всё же завода, Суворов Михаил Иванович, купец первой гильдии, владелец крупнейшего капитала во Владивостоке, промышленник, строитель, меценат. Переоценить роль этого человека в развитии города невозможно.

Любое предприятие, открываемое им, непременно оснащалось по последнему слову техники, будь то консервный завод, спичечная фабрика, лесопилка или вот литейно-механическая мастерская.

До места добежали довольно быстро. Относительно, конечно же. Всё же снег, а у меня резина ни разу не шипованная, поэтому выше сорока вёрст я и не думал поднимать. Но, как говорится, всё познаётся в сравнении. Так что мы как следует даже замёрзнуть не успели, когда перед нами сторож распахнул ворота на въезде.

От основной железнодорожной магистрали к заводу вела отдельная ветка, и «Скат», покоящийся на специально изготовленной железнодорожной платформе, въехал прямиком на его территорию. Она же послужила и стапелем, на котором и проводилась модернизация.

В настоящий момент подводная лодка была буквально опутана лесами, по которым деловито сновали рабочие. Визжали пневматические циркулярные пилы, летели раскалённые искры, стучали молотки и молоты, гомон рабочих, животворящий мат десятников. Одним словом, какофония, в которой на первый взгляд невозможно рассмотреть упорядоченность. Однако это лишь видимость. Потому что каждый был занят своим делом. Будь иначе, и Михаил Иванович ни за что не добился бы успеха.

Разумеется, ему не по силам охватить все предприятия. Тем паче что немалая их часть находится в Маньчжурии, где сейчас грохочет война. Но у него талант грамотно подбирать кадры и умение их заинтересовать. Вот и на этом заводе управляющим и главным инженером трудился Толкунов Евгений Климович. Настоящий специалист своего дела, при котором предприятие растёт год от года, не только увеличивая прибыль владельцу, но и предоставляя новые рабочие места. При заводе имеется ремесленное училище, кузница кадров для предприятия.

– Подводный миноносец здесь? В частной мастерской? – удивился Налимов.

– Именно. Причём заметьте, каковы темпы работ. Уже через три недели наш красавец будет готов. Именно такие сроки я прописал в договоре с Евгением Климовичем. И всё за то, что он намерен придерживаться его буквы. А посему вам пора вооружаться палочкой и о трёх ногах начинать осваивать новую специальность. Как и обучать личный состав. К слову, команда мною уже набрана. Половина из них это те, кто служил со мной прежде на катере, остальные опытные специалисты из старослужащих.

– Мне рисовали очертания лодки, и, по-моему, они отличаются от того, что я вижу.

– Я затеял целый ряд модернизаций, призванных улучшить боевые и ходовые возможности лодки. Все переделки согласованы с командующим флотом. Учитывая мои прошлые заслуги, он, как и другие старшие офицеры, не сомневается в том, что я преуспею.

– И можно поинтересоваться, какие именно изменения вы наметили?

– Вам уже любопытно, – многозначительно потряс я пальцем.

– Всего лишь любопытно. Коль скоро вы притащили меня сюда, было бы глупо не поинтересоваться тем, что именно вы наметили, – пожав плечами, с напускным хладнокровием возразил он.

– Согласен. Итак, перво-наперво я убрал носовую и кормовую рубки за ненадобностью, оставив только люки. Над центральной, как видите, уже заканчиваем устанавливать высокую и просторную рубку с ходовым мостиком. Она проницаемая, как и надстройки над прочным корпусом, и её задача лишь в улучшении мореходности. Иначе уже при трёх баллах держать открытыми крышки люков было бы опасно, так как их заливало бы водой. Усовершенствуем систему вентиляции за счёт выведенной трубы со шноркелем, исключающем попадание внутрь воды. Выдвижной перископ, который в надводном положении теперь сможет подниматься на пять сажен.

– В смысле выдвижной? А такой разве есть? – не смог сдержать своего удивления Налимов.

– Моя конструкция. Меня, конечно, можно обозвать никчёмным, но я уже даже не считаю, сколькими патентами обзавёлся за последние десять месяцев. Идём дальше. Силовая установка. Уберём маломощные шестидесятисильные бензиновые двигатели и на их место установим два по сто восемьдесят сил. Вместо одного электромотора и двух генераторов – пару электромоторов сразу за бензиновыми. Они будут работать и в режиме генератора, заряжая аккумуляторы в надводном положении. Каждая такая пара станет работать на свой вал. А значит, один винт заменим двумя четырёхлопостными с рассчитанной мною геометрией. В результате этих манипуляций расчётная надводная скорость должна будет увеличиться до пятнадцати узлов, подводная до восьми с половиной.

– В полтора раза больше, чем у «Касатки»? – искренне удивился Налимов.

– А я гляжу, вы интересовались вопросом, не просто так написали рапорт. Всё верно, ходовые характеристики в среднем увеличатся в полтора раза, а вот запас хода в три.

– Это как?

– Заполним горючим балластные цистерны, и по мере выработки бензина в топливных баках будем перекачивать его в них, а цистерны заполнять водой. Соответствующую систему уже устанавливают.

– Но так никто не делает.

– И что с того? Кто мне запретит, если командующий уже одобрил модернизацию? Главное, что у меня появится запас хода в три с половиной тысячи миль. А это уже выводит наш миноносец в разряд подводного крейсера. Которому потребуется соответствующее вооружение.

– Только не говорите, что намерены установить на нём орудие.