– Ваше высочество, благодарю за напоминание. – Аметистовый дракон любезен до тошноты. – Мы как раз привезли несколько древних фолиантов, раскрывающих правду о причинах древней вражды между нашими народами. Чтобы между нами и вами не оставалось никаких недомолвок. Никаких тайн. Ни со стороны драконов, ни со стороны альв, – выделяет последнее слово Ноктис.

И напряжение, которое в этот момент буквально искрит между Вендалом и драконом, заставляет всех вокруг умолкнуть. Ноктис вроде бы ничем не оскорбил нашего принца, но в то же время дал понять, что все нападки Вендала голословны.

– Да? – Вендал приподнимает брови, но от меня не укрывается, что выступление Ноктиса выбило его из колеи. – Как прекрасно, что наши правители смогли договориться…

– Дети! – До боли знакомый голос заставляет меня оглянуться. – Вот вы где!

Со стороны главного здания академии к нам спешит высокая фигура, в которой я моментально узнаю лорда-отца альв Ночи. Седовласый, в развевающихся серебристых одеждах, Сайрус Митраль смотрит на меня с теплотой в серых глазах. В груди растекается радость, а в памяти мельтешит сотня воспоминаний. Дядя Сайрус – единственный, кто всегда относился ко мне хорошо. Он единственный, кто не отрёкся от меня, когда выяснилось, что мой дар несколько бракованный, а демонический выброс, через который я и мой брат прошли ещё в утробе матери, оставил след и на моей душе. Нас с Дейдаром предпочитали не замечать, не уделяя внимания и заботы, и только дядя Сайрус любил и меня, и брата. Как жаль, что после получения титула лорда-отца Сайрус покинул наш родной Сумеречный лес. А потом меня лишили и Дейдара, отправив его в Последнюю обитель, куда ссылают всех, кто несёт угрозу окружающим. Магический резерв Дейдара был повреждён, и лишь я могла наполнять его без ущерба самой себе. Только вот мне предстояла учёба в академии, а родители не захотели возиться с ущербным сыном. Я этого не знала и шла учиться в тихой надежде найти лекарство для брата. Но… Моим надеждам не суждено было сбыться. В следующий раз я встретила Дейдара, когда он уже стал альвой Крови. Его обратили демоны, напавшие на приют, в котором содержался брат. Наша встреча произошла ментально, и после неё всё пошло не так. Пользуясь связью между нами, брат брал под контроль мой разум и делал всё, чтобы подстроить похищение принцессы Миррали. Моей подруги. Подруги, которую я подставила, не имея возможности предупредить, ведь Дейдар всегда приходил в мой разум, если я пыталась хоть как-то намекнуть девочкам об истинной сути всего происходящего.

– Лери? – тихо зовёт меня Ноктис. – Что с тобой?

А я понимаю, что в моих глазах стоят слёзы. Эти воспоминания приносят боль. Я ненавижу быть слабой, ненавижу себя за то, что допустила похищение. И за то, что оставила брата, когда была нужна ему. В том, что Дейдар стал альвой Крови, есть и моя вина.

– Всё в порядке, – поспешно отвечаю я, украдкой вытирая слезинки. Улыбаюсь идущему к нам Сайрусу и старательно гоню непрошеные мысли прочь. В конце концов, сделанного не вернёшь, нужно работать с тем, что есть.

– Лери, девочка моя, как я рад тебя видеть! – Лорд-отец останавливается совсем близко и окидывает меня взглядом, полным отеческой гордости. На суровом лице светится добродушная улыбка, но в серых глазах внезапно загорается тревога. – Полери, луна моя, что с тобой случилось?

Он подходит ещё ближе, и мне приходится запрокидывать голову, потому что даже с моим немаленьким ростом Сайрус оказывается выше. Дядя заключает моё лицо в ладони и с беспокойством оглядывает меня.

– Луна моя, как так? Ты лишилась дара?

– Дар всё ещё при ней, – шипит сбоку Ноктис, вызывая у меня удивление.

Чего это он решил вступить? Ему-то вообще какое дело до нашего с Сайрусом разговора.

– Но глаза? – в удивлении переспрашивает дядя и обращает внимание на стоящих рядом драконов. – Ох, прошу прощения. Я не представился. Лорд-отец альв Ночи, Сайрус Митраль. Я дядя этой красавицы, и меня крайне беспокоят изменения, которые я вижу.

– Дядя, потом, – недовольно шикаю я, не желая огласки при Вендале и его банде любопытных альв.

Дар мой действительно пострадал, но обсуждать его при посторонних я не собираюсь.

– Как же потом, луна моя? – восклицает Сайрус в искренней тревоге. – Ты возвращаешься с обмена студентами, имея при этом очевидные изменения в магии. Это я не говорю про те ужасы, что с вами произошли в Илларии…

– А что за ужасы произошли? – К нам подскакивает Лейра и, вежливо поклонившись Сайрусу, продолжает: – Лорд-отец, поясните нам, пожалуйста. А то никто ничего не объясняет. Мы здесь, в «Пацифаль», будто отрезаны от какой-то важной информации, а Лери не хочет ничем делиться…

– Если не хочет, значит, так надо, дитя моё, – перебивает её щебет Сайрус.

Делает это вроде бы мягко, но в бархатном голосе слышится сталь. Лейра замолкает, отступая к ехидно ухмыляющемуся Вендалу и остальным охотницам.

– Всё, что вам нужно было знать, уже озвучено, – продолжает Сайрус, обводя взглядом собравшихся альв. – Контакт с драконами налажен, Кара Тэлль стала тем связующим звеном, которым должна была стать принцесса Миррали. Принцесса же, как и сообщил наш достопочтенный Владыка Альгераль, предала интересы королевства и переметнулась к демонам Демастата…

На этих словах дядюшки я со всей силы сжимаю кулаки, до боли впиваясь в нежную кожу рук. Мне хочется возразить, хочется рассказать, как всё было, но пока нельзя. Сначала нужно поймать того, кто помогал Дейдару с нашей стороны.

– В любом случае, милые леди, оставьте политику взрослым мужам. Не забивайте ваши прелестные головки, – продолжает Сайрус, а потом берёт меня за руки и спрашивает: – Милая, давай я проверю, что с твоей магией? М? Доверишься дядюшке?

Не знаю почему, не знаю как, но я впервые чувствую волну паники в присутствии Сайруса. Единственного близкого мне родственника. Я в шоке распахиваю глаза, изучая родные черты. Почему? Почему меня колотит от одной мысли, что он прикоснётся ко мне? Да, магически. Да, как лекарь. Но я всё равно чувствую инстинктивное желание спрятаться.

И тут впору бы задуматься, начать что-то подозревать, но я помню всё, что связано с Сайрусом. Все наши встречи и разговоры. Или всё же не все?

– Это обязательно? – будто почувствовав моё состояние, спрашивает Ноктис.

Дракон встаёт за моей спиной, пряча своей внушительной фигурой от взглядов Вендала и остальных альв.

– В Илларии Лери была оказана вся возможная помощь. Её осмотрела в том числе и Кара, – сухо констатирует Ноктис. – Лери здорова со всех сторон. Эмоционально, физически и магически.

Дракон чеканит слова тоном, против которого сложно возразить. В душе расцветает благодарность, потому что, стоя вот так, рядом с ним, я ощущаю иррациональное чувство безопасности. Словно меня действительно никто не даст в обиду. Будто я действительно для кого-то важна. Для Нокта важна.

– Да что в вашей Илларии понимают в альвах Ночи? – тем не менее фыркает Сайрус, и в его глазах я отмечаю недовольство. – Как лорд-отец моего народа, я являюсь сильнейшим из ночных. Если с магией Лери что-то не так, то только я смогу это выявить.

– Повторюсь, – бесстрастно произносит Ноктис. – Лери осмотрела ваша же альва Жизни. Её проверила Виреми Тэлль, лучшая альва Матери.

– Но это всё не то… – пытается возразить Сайрус.

– Мне начинает казаться, что вам очень хочется найти в Лери какой-то изъян, лорд Митраль, – припечатывает Ноктис, и площадка перед фонтаном погружается в звенящую напряжением тишину.

У меня горит щека, но даже голову поворачивать не надо, чтобы понять, чей взгляд вызывает это воспламенение. Вендал, судя по всему, жаждет вступить в разговор, но что-то его сдерживает.

– Лери – совершенное дитя Ночи, о чём вы? – спустя долгую минуту обмена молчаливыми взглядами отвечает Сайрус.

– Вот и не забывайте об этом, – оставляет за собой последнее слово Ноктис.

Дядюшка при этом смотрит только на дракона, словно и нет никого вокруг. Ни Армониана, ни Вендала, ни девочек. В глазах дядюшки я вижу уважение и признание дракона достойным оппонентом. Меня одновременно раздирает и гордость за Нокта, и тревога. Я совсем не хочу, чтобы эти двое стали врагами. Возможно, дядюшка – наш ключ к поиску заговорщиков. Он входит в совет Владыки и почти постоянно находится при дворе.

Хочу сказать что-нибудь примирительное, но голову снова пронзает острая боль. Картинка перед глазами плывёт, смазывается, а голоса звенят, рассыпаясь на звуки. Собрав последние силы, я пробираюсь к фонтану и присаживаюсь на широкий бортик.

– Лери? – сквозь эту жуткую симфонию прорывается голос Ноктиса. – Что не так?

– Всё хорошо, – сжав виски, выдавливаю я. – Утомилась просто. Приходится много навёрстывать по учёбе.

Поднимаю голову и обнаруживаю всех четверых мужчин стоящими рядом со мной. Ловлю на себе ядовитые взгляды девушек и понимаю, что для их нападок появился новый повод.

– Лери нужно отдохнуть, – елейным голосом произносит Вендал и протягивает мне руку. – Я отведу тебя к жилым домикам. Думаю, на сегодня с тебя хватит, да, куколка?

– Не стоит так называть леди, – делает замечание Сайрус, чем заслуживает мой полный благодарности взгляд.

– Как – так? Я лишь показываю, насколько восхищаюсь утончённостью и красотой Полери, – изображает недоумение принц, но я успеваю заметить раздражение в его взгляде, брошенном на дядюшку.

– Ваши комплименты несколько смердят, – поджав губы, комментирует Армониан и под прицелом трёх пар мужских глаз добавляет: – Что? Я просто делюсь мнением. Надо бы освежить свои знания об этикете альв.

– Не стоит, – останавливает его Сайрус. – Наши традиции неизменны. Как сто лет назад, так и сейчас. Подобное обращение считается неприемлемым, Вендал.

Что-то режет в этом его нравоучении, но голова болит так, что не оставляет мне шансов разобраться в собственных ощущениях. Мне нужно в кровать.

– Стойте! – взмахнув ладонью, останавливаю мужчин, готовящихся к новому раунду обмена любезностями. – Его высочество прав, мне нужно отдохнуть. Стоп! – припечатываю Вендала суровым взглядом и удивляюсь, что он слушается. – Я в состоянии сама добраться до домика. На этом всё. Хорошей прогулки и до встречи.

Оттолкнувшись от бортика, я обхожу четвёрку и лишь на секунду задерживаюсь около дядюшки.

– Спасибо за заботу, лорд-отец, – говорю я, стараясь улыбнуться сквозь боль. – Со мной и правда всё хорошо. Не стоит беспокоиться.

– Хорошо, луна моя, – отвечает Сайрус, озаряя меня отеческой улыбкой. – Но знай, что всегда можешь на меня рассчитывать.

– Знаю, – киваю я и машинально перевожу взгляд на Ноктиса.

В глубине души понимаю, что доверия сейчас у меня больше именно к дракону, чем к своим же землякам. И что самое удивительное, никаких угрызений совести по этому поводу я не испытываю.

Глава 4. Ночные гости

В нашем с девочками домике тихо, прохладно и пахнет счастливыми воспоминаниями. Цветочный флёр Кары, солнечное тепло Миррали… Прохожусь по спальне, прикасаюсь кончиками пальцев к разбросанным на рабочем столе рисункам. Академия, сидящие на лужайках адепты, наш фонтан – принцесса оставила свои наброски, думая, что вернётся к ним после поездки к драконам. Не получилось.

Развернувшись, беру небольшую лейку и подхожу к этажерке с горшочками. Кара, скрывая свой дар альвы Жизни, выращивала диковинные растения, названия которым так и не дала. Зато сейчас мне есть о ком заботиться.

Закончив с поливом, я разворачиваюсь и веду пустым взглядом по спальне. Головная боль практически прошла, оставив лишь лёгкий фантом. Но находиться в комнате невыносимо не из-за боли. С нашим домиком, с этой спальней связано слишком много. Именно здесь я нашла подруг – тех, кому было не важно моё происхождение. Даже когда я рассказала про демоническое влияние, ни Кара, ни Миррали не отказались от дружбы со мной. Ни одна не посчитала меня чудовищем.

А я их предала. Неосознанно, против воли, но всё же…

– А-а-а, – подняв голову к потолку, выдыхаю я тоскливо. – Я справлюсь. Я всегда справлялась, сделаю это и сейчас.