Усилием воли я разомкнула веки и почувствовала, как горло сдавливают рыдания. Снова этот коридор, похожий на каменный мешок! Только лиц прибавилось.

И пялятся на меня, словно я неведомая зверушка! Называют другим именем и обижают!

Нервы сдали. Кинув сумку на пол, я бросилась вперёд, расталкивая локтями всех, кто попадался на пути. Вслед неслись обидные насмешки и ругательства, но это лишь придавало мне скорости.

Я бежала куда глаза глядят, бездумно сворачивала, поднималась по одним лестницам, спускалась по другим.

Как же я хочу вернуться в свой старенький, но уютный универ. Кому в голову придёт добровольно учиться в этом жутком, средневековом лабиринте! Да ещё и слушать про астрал и предсказания?

Довольно быстро я выбилась из сил. В боку нещадно кололо, дыхание сбилось и на лицо упрямо лезли влажные от пота пряди. Я увидела первую попавшуюся дверь без опознавательных знаков, поднялась по старой, скрипучей лестнице с чёрной паутиной на углах и села на верхнюю ступеньку.

– Ну же! – отчаянно щипала руки до красных отметин. – Проснись! Пожалуйста! Я не хочу здесь оставаться!

Не сразу услышала за спиной тихие, почти бесшумные шаги и низкий голос с лёгкой хрипотцой.

– Надо же. Я уж думал, ты не осмелишься.

Не ожидавшая, что помимо меня в этом укромном месте есть кто-то ещё, я стремительно подскочила на ноги и обернулась.

Ничего себе!

С широко распахнутыми глазами я рассматривала высокого парня, чью крепкую фигуру не скрывал даже форменный пиджак.

Идеальные черты лица, как у холёных аристократов, имеющих все блага на свете. Длинные тёмные волосы собраны в низкий хвост, а несколько прядей свободно лежат на плечах. Тёмно-серая рубашка расстёгнута на две пуговицы, открывая моему взору смуглую кожу, а вот глаза!

Яркая радужка цвета спелого ореха и чёрный зрачок вертикальной формы.

Он… Он не человек?

В голове тут же промелькнули все просмотренные сериалы про оборотней и вампиров. Мы здесь одни, что если он меня сейчас…

– Боишься? Это хорошо, значит, разговор будет продуктивным, – мрачно усмехнулся незнакомец, схватил меня за руку и резко дёрнул на себя.

Теряя равновесие, я полетела вперёд и впечаталась носом в его твердокаменную грудь.

Точно не человек. Сталь вместо мускулов!

Цепкие пальцы больно сжали челюсть с двух сторон, не давая мне возможности пошевелиться. Всё, что оставалось, это беспомощно наблюдать, как его лицо приближается к моему и с нарастающим ужасом смотреть в его глаза.

– Ну что, де Ариас, как будешь расплачиваться?

Глава 3

– За что? – едва слышно прошептала, не в силах отвести взгляд от незнакомца.

Неужели это тот самый Даррэн Эрвуд, который должен был оставить меня в живых после случившегося?

Страшный, но до безумия красивый.

Блин, о чём я только думаю?

– Издеваешься? – рыкнул парень, сдавливая челюсть ещё больнее.

Теперь я вообще не могла пошевелиться, и уж тем более, ему ответить.

Я испуганно сопела, пытаясь понять, где и когда я умудрилась перейти дорогу этому пугающему созданию. А он, не получив внятного ответа, ещё сильнее распалялся.

– Мелкая, противная дрянь, – он говорил отчётливо, выговаривая каждую букву, и оскорбления хлестали меня по щекам будто пощёчины. – То дерьмо, в котором ты находишься сейчас, ты всё это заслужила. Думала, раз появилась на свет с серебряной ложкой во рту, тебе всё дозволено?

– М-м, – кое-как промычала, осознав, что вот-вот он сломает мне челюстью своей бульдожьей хваткой.

– Ах, говорить не можешь, – ядовито ухмыльнулся Эрвуд, а вертикальные зрачки устрашающе загорелись алым пламенем. – Тогда кивни. Поняла?

Преодолевая боль, я смогла опустить подбородок вниз и приподнять его обратно. Надеюсь, он сочтёт это за положительный ответ.

– Умница, – осклабился Даррэн и что есть силы толкнул меня в стену.

Снова моё тело влетело в неровную кладку, но в этот раз я прижала подбородок к груди и чудом избежала удара головой о камни. Эрвуд молниеносно приблизился ко мне, упёршись ладонями по обе стороны от моего лица.

– У тебя есть два выхода из сложившейся ситуации.

“Какой ситуации?” – едва не ляпнула, но вовремя прикусила язык. Сейчас главное не провоцировать этого монстра. Даррэн явно в неадеквате. Лучше со всем соглашаться, а потом, улучив подходящий момент, сбежать.

– Первый – ты сейчас же бежишь в ректорат и пишешь заявление о переводе в другую академию по собственному желанию. После чего собираешь манатки и чтоб к вечеру духу твоего здесь не было. Настоятельно советую этот вариант.

Бежать?

Сердце исступлённо билось в груди. В глубине души я уже осознавала, что это не сон. Каким-то образом я очутилась в другой реальности, где меня называют другим именем и за что-то презирают.

Но как узнать, что я сделала?

Скажите, в чём я не права, и я постараюсь это исправить!

– Отказываешься? – по-своему расценил моё молчание Эрвуд.

Нервным движением головы он откинул с лица тёмную прядь, и я едва не закричала, увидев свежий, длинный шрам, который тянулся по кромке волос от лба до уха.

Поймав мой взгляд, Даррэн, кажется, ещё больше разозлился. Радужка изменила цвет на золотой, а на скулах заиграли желваки.

Ощущая сильную слабость в ногах, я чуть сползла вниз по стене, но меня рывком подняли и зафиксировали над землёй.

– Второй – до конца учебного года ты выплачиваешь сто тысяч линнов пострадавшей.

Линнов?

Я первый раз слышу о такой валюте!

Рубли знаю, доллары, евро, даже лиры, но линны?

И что за пострадавшая?

– Линнов? – едва не плача спросила, ощущая полную безвыходность своего положения. – Каких линнов?

– Тех, которые твоя семья украла из благотворительного фонда моей матери, – с ненавистью прошипел Даррэн. – Делай что хочешь: воруй, торгуй телом, продай все свои цацки, но чтобы до выпускного сто тысяч лежали на банковском счету. Ясно?

– Яс-с-сно, – ответила, глотая слёзы.

Уж лучше бы мне это приснилось!

Мне было безумно страшно, больно и обидно! Попала непонятно как, непонятно куда, и с ходу влетела в огромный долг, окутанная презрением со всех сторон.

Хочу домой!

– Вот и хорошо, – фыркнуло чудовище со шрамом. – Теперь проваливай!

Меня поставили на пол, и я рванула вниз по ступенькам, неистово желая оказаться как можно дальше и от восточной башни, и от Эрвуда в частности!

Перепрыгивая через две ступеньки, я содрогалась в рыданиях, размазывая по лицу крупные, солёные слёзы.

В один момент нога сорвалась со ступеньки, и я полетела вперёд, изо всех сил пытаясь удержаться за перила.

Пальцы отчаянно хватали воздух, из горла вырвался жалобный крик. За мгновение до столкновения с полом я закрыла глаза и вжала голову в плечи.

Тело пронзило острой, нестерпимой болью и меня окутала ледяная тьма.

Глава 4

Вокруг был плотный туман, лишивший меня способности видеть или что-либо ощущать. Беспомощность и бесконечная пустота вырвали из тела возможность чувствовать.

Не было ни боли, ни радости, ни страха – только тишина и погружение в нечто неизвестное, но не опасное.

Я была как пленник в тёмной пещере, лишённая дороги к свету и моему родному миру. Казалось, я буду вечно одна в небытие, пока не услышала чьи-то приглушённые голоса.

– Как это произошло, Эрвуд? – судя по низкому грудному тембру, это был мужчина в годах.

– Побежала, споткнулась, упала, – сухо ответил тот, кто перепугал меня до чёртиков.

Что он вообще здесь делает?

И где это я?

Я не умерла?

Прислушавшись к внутренним ощущениям, я поняла, что лежу на чём-то не очень мягком, и в глаза не бьёт свет. Похоже на кушетку в больничном кабинете.

– Чем вы занимались в восточной башне? – не отставал от него мужчина. – Башня уже год как закрыта на ремонт! Вы совершеннолетние, здоровые лбы! Умом должны понимать, что там опасно. Нашли где обжиматься!

– Следите за словами, мистер Богль! – возмутился Эрвуд. – Если восточная башня уже год стоит без ремонта, где собранные деньги? Там же, где и ректор де Ариас? Может, это его следует обвинить в том, что пострадала его дочь?

– Тише! – сбавив тон, зашипел на него загадочный мистер Богль. – Вдруг Анжела услышит? Девочка ударилась головой, ей нельзя волноваться!

Мужчина и Даррэн замолкли, а у меня появилась возможность осмыслить только что услышанное. Получается, я стала некой Анжелой де Ариас, и она – дочка ректора? А, ну тогда всё понятно.

Студенты всегда с предубеждением относятся к детям преподавателей. Помню, со мной училась дочка директора, которая не выдержала злых взглядов и перевелась в школу на другом конец города.

Ладно, подождём немного, может, они заговорят, и я узнаю что-нибудь ещё.

– Ты точно не приложил руку к её падению? – судя по тому, что голоса стали звучать тише, мистер Богль и Даррэн Эрвуд опасались, что я могу очнуться раньше времени, поэтому отошли подальше.

– Не в моих принципах поднимать руку на женщин, – уверенно ответил парень. – А уж тем более таких, как младшая де Ариас.

Тут я бы с ним поспорила. Да, он меня не ударил, но он хватал, стискивал и делал мне больно!

Попыталась пошевелить хотя бы пальцем, но не получилось. Тело будто парализовало!

“А что, если я больше никогда не смогу двигаться? – невольно на ум пришла поистине ужасающая мысль. – Лежать в таком положении, не имея возможности глаза открыть! Даже не подать сигнал, что я всё слышу!”

Чувствуя приближение панической атаки, я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула воздух. Попыталась расслабить мышцы, но раз я их не чувствовала, то ничего у меня не получилось.

“Считай до десяти, поможет!”

Раз… Два… Три… Четыре…

– Я буду вынужден доложить об этой ситуации Клаудио де Ариасу, – снова заговорил мистер Богль.

– Бывшему ректору, – с нажимом произнёс Эрвуд.

– Пока не назначили нового ректора, Клаудио де Ариас…

– Из тюрьмы сложно руководить академией, вы не находите? – громко возразил Эрвуд, невоспитанно перебив мужчину, который был явно его старше.

В тюрьме?

Отец Анжелы сидит за решёткой?

Вот ещё одна зацепка к происходящему. Если я смогу открыть глаза или хотя бы пошевелиться, можно будет составить план пребывания в этом месте и понять, что делать, чтобы стереть презрительные выражения с лиц окружающих.

Не знаю, получится или нет, но стоит попытаться!

И заодно разобраться с непонятным долгом, о котором говорил Даррэн.

– Ладно, иди, – уже не таким сердитым голосом произнёс мужчина. – Тебе сообщить, когда Анжела придёт в сознание?

– Обойдусь.

Услышав громкий хлопок двери, я напрягла слух, пытаясь уловить хоть что-то кроме собственного сердцебиения. Мистер Богль судя по тихим, размеренным шагам, уходить не собирался.