Стоило присмотреться хорошенько, как я тут же вычленил замершего в характерной позе стрелка. На таком расстоянии ему приходилось нелегко, но мой снаряд прервал его мучения. Хороший у меня арбалет, не зря его нахваливал покойный Хой. Тугая тетива вместе с блочной системой выводит мощность на такие высоты, что выстрел пробивает стальную кирасу вблизи. Знаю, пробовал. Дальность существенно скрадывает поражающую силу, и вполне возможно, противник мог бы выжить, не навернись со скалы вниз.

Удачно попал – минус орудие, которое упало вместе с хозяином. Насколько я успел понять, это был стандартный самострел с металлической дугой без усилений. Дешёвый и не особо практичный в обращении. Чисто разбойничья херня. Даже охотники предпочитают что-нибудь посерьёзнее.

В том, что мы вляпались в засаду, у меня не было никаких сомнений. Нужно только понять, это нам так повезло или виноват Мау. Хотя маршрут прокладывал я, именно инженер посоветовал идти через Тракт. Мол, дорога простая и свернуть можно в любой момент. А если кого-то встретим – спокойно разойдёмся, потому что этим путём много кто пользуется, и нападать там не принято. Вроде ничейной территории получается.

Ну да, прямо вижу, как тут соблюдают правила. Одна сплошная вежливость. Спрятавшись за самым крупным из обломков глыбы, я снова накрутил тетиву и угостил ещё одного засранца, который слишком сильно высунулся из укрытия. К сожалению, этот кукушонок из гнезда не выпал, а обстрел стал гораздо плотнее. Пришлось вприпрыжку нагонять остальных, выслушивая недовольное бурчание Двойки.

С грехом пополам отряд проскочил опасное место, но дальше путь нам преградил завал. Не самый тяжёлый и непроходимый, однако сейчас любая заминка могла стать фатальной. Свободным оставался боковой отросток, разветвлявшийся километра через два, и мы без долгих колебаний углубились в него.

Склоны тут вполне позволяли взобраться на вершину, и у Шеста возникла мысль поквитаться с налётчиками. Задумка не такая уж безрассудная, учитывая наше положение. Ушлёпки могли ударить нам в спину на другом участке, ведь они наверняка знали назубок здешние каньоны и выбрали это место неспроста. Перебежать на другую позицию им будет гораздо проще, чем нам, со всеми зигзагами.

Большая часть коллектива отделалась синяками да ушибами, а вот Мау приложило прямо по голове, так что бедолагу пришлось тащить. Жаль, но разговор по душам откладывался. Доска поймала один из болтов спиной, но тот увяз в естественной броне на лопатках. Как я и ожидал, снарядом оказалась пресловутая «зубочистка», чуть больше ладони в длину. Хотя на близкой дистанции такой штырь может натворить бед. Не хуже метательного куная. Шечку ранение только раззадорило, и она рвалась в бой, как и остальные бойцы. А у меня, будто назло, разболелось колено, вынуждая всё сильнее хромать. Твою мать, как же не вовремя…

Взбираться в таком состоянии я буду медленно и печально. Враги за это время перекусить успеют, а действовать надо как можно быстрее, пока до них не дошло, что мы не собираемся убегать. Если они займут оборону прямо тут наверху, штурм будет обречён. Сверху всегда работать сподручнее, и даже самый банальный камень может кого-нибудь прибить.

Пришлось, скрипя зубами, остаться вместе с небоевыми девчонками, бычком, а также беспамятным инженером. Даже Миста с Хопом составили компанию воинам, потому что в сшибке стенка на стенку важен каждый штык. А я их прикрыть не могу, аж бесит!

Ребята полезли по каменным ступеням и вскоре скрылись за кромкой гребня. Судя по отсутствию шума, никто их там не ждал. Значит, сюрприз получится. От сердца немного отлегло.

Мау мы пристроили в теньке, после чего Юта занялась моим коленом, а Изнанка своими царапинами. У бывшей заключённой одежды почти не имелось, не говоря уже про какую-нибудь защиту. Всё, что держало вместе излохмаченную робу невольницы, – это тканевые мотки бинтов. Даже самый маленький камешек мог оставить после себя рану.

А вот мне просто не повезло.

Опытные авантюристы берегут ноги либо кольчужной юбкой до колен, либо носят штаны с грубыми аналогами щитков и наколенников, как у земных спортсменов, а вот мои брюки могли похвастаться лишь добротной тканью, похожей на парусину. Тут я схалтурил, признаю, зато в них было удобно бегать, а главное, плавать. Правда, сейчас штанина набухла от крови.

Колено от малейшего движения простреливало болью до самого позвоночника, но Юта поспешила меня обрадовать, что ничего страшного не случилось и ампутация не нужна. Прямо неземная радость! Девушка щедро окропила рану живительным раствором на кислотной основе, после чего туго забинтовала. Я едва удерживался, чтобы не помянуть Окрана по матушке, лишь скрипел пылью на зубах.

До тех пор, пока вдалеке не послышался топот, заставив меня сразу позабыть о травмированной ноге. Наши давным-давно ушли, да и шумело в другой стороне.

– Прячься! – зашипел я целительнице, но было уже поздно.

Из-за ближайшего изгиба ущелья выскочило несколько человек, моментально нас заметив. И с улюлюканьем бросились вперёд, размахивая оружием. Явно не для того, чтобы вежливо указать нам дорогу отсюда. С виду типичные оборванцы, никого в пристойной броне, но и у меня тут сплошная Дохляндия – больные да немощные. Тем не менее девчонки выхватили палки, готовясь к обороне.

– Наверх, дуры набитые!

Инженер до сих пор пребывал в бессознательном состоянии, а вот им ничего не мешало подняться к нашим. Потому что шансов внизу, прямо скажем, немного. Следом за самыми резвыми бегунами стали подтягиваться припоздавшие. Не дождались нас в загоне и побежали проверять. Выходило больше десятка уродов, облачённых в грязные обноски.

Свора бомжей, какая злая ирония…

Девчонки, к моему глубокому сожалению, не послушались приказа и вместо спасения стали скидывать с бычка поклажу. Если каким-то чудом выживем – отдам обеих на перевоспитание сержанту. Наша говядина и так не перегружена, а вот им теперь не уйти.

Сам я бежать даже не пытался с такой-то ногой, а пристроил арбалет на камнях и тщательно прицелился. Мазать никак нельзя, хоть целей и в изобилии. Сразу же вычислил заводилу, но болт первым делом подарил на память вражескому стрелку, который притормозил и торопливо возился с угловатым агрегатом. Толпа взревела, но мне на чужое мнение традиционно плевать. Я успел завалить ещё одного ушлёпка, прежде чем нашу временную стоянку захлестнула вонючая волна. Мы тут сами чистотой не блещем, но этих ребят можно унюхать за километр. На некоторых я успел разглядеть обмотанные тканью ошейники.

Неужели мы нарвались на остатки четвёртой артели? Хотя одеться они могли поприличнее, одолжив ненужное у покойников…

Первым на меня бросился худющий мужик с перекошенным от ярости лицом и самым страшным оружием в мире. Её величество Железная Палка, чей ударный конец слегка погнулся от частого применения. Не перекатись я в сторону в последний момент, бросив бесполезный арбалет, этот кусок старой арматуры проломил бы мне череп. А так лишь брызнула мелкая крошка от попавшего под раздачу камня.

Мой удар тоже не увенчался успехом – не хватило длины трофейного клинка, оставившего лишь неглубокую царапину на впалой груди противника. Больно, но не смертельно. Следующий его взмах едва не выбил катану из моих рук, и мне пришлось кое-как пятиться. С больным коленом вышло не очень, тем более что вскоре подоспела подмога.

На меня навалились уже вдвоём, больше мешая друг другу, и даже так я быстро лишился оружия. Не предназначенное для такого насилия лезвие попросту треснуло. Ладно бы ещё меч блокировать пришлось, но не железный прут! Заодно досталось и протезу, едва не спровоцировав удар током. Но нет, ещё рано, мне сейчас нужна каждая капля масла! Одного завалю, а остальные – меня.

– Гаврюша, сюда!

Сам не знаю, зачем это заорал. Наверное, хотелось подбодрить себя в такой паршивой ситуации. Подбежавший третий ублюдок размахивал длинной саблей с прямым клинком. Явно недешёвая и трофейная вещь. А на мне кроме простенькой кольчужной майки ничего серьёзного. От первого неуклюжего тычка наискось она меня спасла, но дальше дело могло принять самый скверный оборот. Особенно при поддержке двух дубин.

Меня точно забили бы меньше чем за полминуты, не вмешайся бычок. Он с разбега влетел в самую гущу врагов, сея вокруг панику и сумятицу. Босяки пытались тыкать в него баграми и прочим сельхозинвентарём, но боевой зверь раскидывал их, словно кегли. Заодно досталось и моей троице. Удар толстенными рогами сбил одного обладателя арматуры с ног, а его сосед повалился следом. Ну и я упал, куда деваться от несущейся на тебя фуры. Меньше всего повезло сабельщику – в него прилетел бивень, торчавший из самой бычиной морды. Костяной шип толщиной с мужское запястье без труда вспорол и грязную ткань и самого человека. На этом родео для него закончилось. А чтобы проткнутый матадор недолго мучился от боли, бык от всей души протоптался по нему копытами. И поскакал дальше.

Преисполненный благодарностью, я подполз к ближайшему дубинщику, который ошалело пытался приподняться с земли, и ткнул его трезубцем в бок. Раз, другой, третий, и вот у меня уже появилась собственная вечная шпага. Последний из троицы успел очухаться и даже махнул своей железкой, но теперь с блоком у меня никаких трудностей не возникло, благо фехтовали мы примерно на одном паршивом уровне. Да ещё и не в самой удобной позе.

Мужик перекатом разорвал дистанцию и вскочил на ноги, а вот я поднялся с большим трудом. Колено будто заклинило, а ко мне внезапно подскочил ещё один недобиток, перепачканный кровью с головы до ног. Да ещё и с кистенём на длинной цепочке. И то, что это баба, не значило сейчас ровным счётом ничего. У нас тут полное равноправие полов.

Не дожидаясь встречи с раскрученным грузилом, я швырнул в неё ржавую палку. Такого коварства она не ожидала, и прут врезал ей куда-то по животу и нижней части груди. Специально не стал целиться выше, чтобы та вприсядку не увернулась. Возможно, прилетело и солнечному сплетению. В любом случае она зашаталась с распахнутым ртом и выронила цепь. Ну и славно, пусть постоит, подумает о собственном поведении.

Её коллега с рёвом попёр на меня, намереваясь вколотить в землю, словно колышек, но я уже приметил себе новое оружие и поспешил за ним нагнуться. Тем более что прежнему владельцу оно точно больше не понадобится. Сабля оказалась непривычно узкой и при этом увесистой, особенно ближе к острию. Вроде бы катана, но те хоть немного изогнуты, а эта прямая, как струна.

Странная помесь, но неожиданно удобная. Плетёная рукоять так и легла в руки, пусть одна из них и была металлической. Так что сильно вес оружия не мешал. Разогнулся я одним рывком, наплевав на боль в колене, и выбросил перед собой скошенное остриё. Дубинщик не успел притормозить и напоролся на него грудью. И вместо размашистого удара его железка лишь погладила меня по спине.

– Пощади… – прохрипел он, отшатнувшись.

– Окран простит, – коротко кивнул я и ударил снова. На этот раз в шею, и что самое удивительное – попал. Будто в меня вселился дух великого мечника.

Мужик и на этот раз не рухнул, проявив завидную живучесть, а засеменил прочь, зажимая руками раны. Словно пытался унести хлещущую кровь подальше и не испачкать меня ещё больше. Какая похвальная деликатность! Окончательно списав его со счетов, я поскорее огляделся. А то в округе как-то стало подозрительно безлюдно.

Тётка сидела неподалёку на коленях, силясь втянуть в себя хоть немного воздуха. Удачно попал, сбив ей дыхание напрочь. А вот в отдалении бился заарканенный верёвками бычок, катаясь по земле и заодно по телам пленителей. Те как будто и не протестовали. Хорошо хоть никто так и не успел прервать мучения животинки, пока та почти беспомощна.

На ногах остались только двое. Я и, как ни странно, Изнанка.

Бывшая невольница замерла напротив меня, сжимая в одной руке чью-то окровавленную катану, а в другой подаренную мною палку, с колец которой лениво капали тягучие сопли спинномозговой жидкости вместе с прочими ошмётками извилин. Вокруг одни трупы, только Юты не видно. А ведь от силы минута прошла…

Очень сомневаюсь, что пока я неуклюже боролся с тремя, остальные бандиты из вежливости сделали себе харакири вместе с трепанацией черепа. Возможно, кого-то из павших успел записать на свой счёт Гаврюша, но точно не всех. И глянув девушке в глаза, я в этом убедился.