Внутри было темно, несмотря на то, что за окном стоял солнечный день. Окна трактира, покрытые какой-то копотью, сквозь которую едва проникал свет, судя по всему, не видели уборки уже много лет. Весь интерьер, словно отражение мрачного названия, казался сделанным из ведьмовского дерева – тяжёлого, чёрного и совершенно негостеприимного.

Посетителей почти не было, и, хотя я пытался выглядеть расслабленным дурачком, я прислушивался к каждому звуку и тихому шепоту. Взгляд мой скользил по залу и приветственной стойке, но подозреваемого я нигде не зафиксировал. Скорее всего, он поднялся в комнаты.

Пришлось подойти к стойке, за которой стоял массивный мужчина с грубым лицом без намёка на улыбку. Его взгляд сверлил меня с плохо скрываемым раздражением. Собственно говоря, я сразу понял, что обмен фразами не будет эффективен, мужчина недвусмысленно потёр кулак.

– Любезный, переночевать есть где? – обратился я к нему, стараясь говорить непринуждённо.

– Комнат не держим, – буркнул он, даже не пытаясь скрыть злобу.

– А почему тогда таверной называетесь? – спросил я, изобразив искреннее удивление, хотя в мыслях уже сформировался профайл заведения. Классическиф притон для закононепослушных граждан.

– Катись отсюда! – рявкнул любезный, хлопнув кулаком по стойке. Его голос, грубый и резкий, эхом отозвался в полупустом зале.

Я слегка поджал губы, изучая его лицо, на котором, казалось, маска враждебности просто вросла под кожу. Мужчина был однозначно готов к драке, если слова покажутся мне неубедительными, но я не стал его провоцировать. Удивительно, конечно, что, явно занимаясь теневым бизнесом, товарищи не озаботились убедительной маскировкой на случай, если кто-то случайно заглянет.

– Всё ясно, – сказал я с легким кивком, и повернулся к двери. «Вернусь ночью», – подумал я. Судя по всему, это место открыто только для тех, кто не боится настойчивости.

Пушик что-то тихо замурлыкал у меня на руках, довольный тем, что мы покидаем мрачное заведение. Но мысленно я уже строил план действий. Отравитель не зря выбрал это место. Теперь оставалось только выяснить, чем эта конторка занимается.

Выйдя на улицу, я огляделся. Воздух в этом районе столицы был густым от запахов, перемешанных между собой: уличной еды, табака, грязи и чего-то ещё неопределённого, но неприятного. Трактир «Ноздри жадности» остался позади, а я направился к таверне через дорогу. Она выглядела гораздо приличнее, хотя вывеска «Замкнутый круг» не сулила ничего хорошего. Просто поразительно, как у некоторых напрочь отсутствует креативная жилка. Хоть бы рекламную группу какую-нибудь наняли. Но привлекательность местных апартаментов для путешественников не является приоритетом в моём задании. Главное, что окна этого заведения давали отличный обзор на улицу, и это устраивало меня идеально.

Зайдя внутрь, я сразу же ощутил контраст: здесь было светлее, чище, пахло не прелым деревом, а свежей выпечкой и варёным мясом. За стойкой стоял усатый мужичок с добродушным округлым лицом. Его взгляд сразу упал на меня, а точнее – на пушика, который с любопытством оглядывался вокруг.

– Здравствуйте. Комнату на неделю, пожалуйста. – Коротко сказал я, подходя ближе.

Хозяин прищурился: – С животиной будет дороже.

– Сколько? – я постарался не выдать ни тени раздражения, хотя по оценивающему взгляду хозяина понял, что цена будет завышена.

– Двести монет – неделя. А если завтраки хочешь, то двести пятьдесят, – он многозначительно поднял бровь, словно бросая вызов.

– Ладно, – я без лишних слов достал мешок и отсчитал деньги. Не время спорить, да и место подходящее, чтобы задержаться.

– Комната с белым кругом. Последний этаж, – проинструктировал он, кинув мне ключ и сжимая монеты в грубых руках.

Я поднялся по скрипучей деревянной лестнице. Комната оказалась просторной, гораздо лучше, чем я ожидал: чистая, с аккуратно застеленной кроватью, большим столом и тремя окнами. Два из них выходили на улицу, а третье – в умывальне – с торца здания. Такой обзор перекрёстка был просто находкой для моих целей.

Положив сумки на пол, я осторожно опустил пушика на пол. Животное выглядело измотанным, лапу оно едва двигало. Судя по всему, старуха оставила ему «прощальный подарок» в виде фатальной травмы. Надо будет заняться этим позже. Я напровился к окну оценить обзор улицы. Моё внимание всё ещё было приковано к трактиру напротив. Мужчина-отравитель мог выйти в любую минуту, и я не собирался упускать его из виду. Установив шар наблюдений висеть у окна, я в предвкушении потёр руки.

– Хозяин, а когда мы к Целителю пойдём? – спросил пушик, жалобно глядя на меня своими большими глазами. Его голос прозвучал с такой надеждой, что я невольно улыбнулся.

Скинув плащ и повесив его на спинку стула, я подошёл присел на корточки рядом с пушиком. Он облизнулся, пытаясь немного приподнять свою пострадавшую лапу.

– Дай-ка посмотрю, – сказал я, осторожно беря её в ладони. Осмотр показал, что ожог был довольно сильным, плюс ушиб мягких тканей без надлежащего ухода, но травма не фатальна. Боль, скорее всего, была вызвана свежестью раны и отсутствием какой-либо обработки.

– Я сам целитель, – обрадовал временного питомца. Подняв вторую руку над его лапой, я прошептал заклятье.

Наблюдая как поток магии устремился к повреждению, я продолжил допрос: – Что делать умеешь?

Подопечный, судя по всему, решил отблагодарить меня за помощь разговором и неожиданно поведал, что бабка была не так проста. Оказывается, пушик обучен тащить вещи из карманов.

– Она как раз пыталась отвлечь тебя с этой сумкой, – признался пушик, виновато опустив уши. – Я должен был залезть в твой плащ. Но ты слишком быстро двигаешься.

Я нахмурился на мгновение, оценивая его слова, и затем с прищуром взглянул на пушистого.

– У меня не переть, – строго сказал я, стараясь звучать максимально убедительно. – Если что-то пропадёт – убью.

– Понял, – торопливо ответил пушик, отодвинувшись немного.

Закончив восстановление, я отпустил его лапу на пол: – Хотя, если подумать, может твой навык быть незаметным и пригодится. Давай, попробуй попрыгать. Посмотрим, как там лапа.

Животное тут же аккуратно переступило с лапы на лапу, а затем и подпрыгнуло. Несколько секунд он стоял неподвижно, будто боясь, что боль вернётся, а затем радостно объявил:

– Не болит! – и сделал круг по комнате, его хвост радостно закачался, а глаза заблестели. – Маг ты сильный, я чую. Тот тоже сильный был, но не такой.

Я понял, что он говорит про подозреваемого.

– Отравитель-то? – уточнил я, прищурив глаза.

– Да, – подтвердил пушик, усевшись прямо напротив меня. – У него сила неприятная такая. Не как у тебя. Твоя мягкая, теплая. А его – колючая, как иглы.

– Я тоже почувствовал, что он маг, – задумчиво сказал я, складывая руки на груди. – Но не успел понять природу силы, далекова-то мы были.

Пушик наклонил голову, явно подражая человеческой манере размышления.

– Ты мне дашь имя? – спросил он, внезапно сменив тему.

Я удивлённо посмотрел на него. Живое существо, привязываться к которому нельзя. В Ордене строгие правила – драконов держать можно, а вот остальные виды живности, особенно такие нежные и пушистые, как этот, у нас не поощряются.

– Пушиком и будешь, – холодно бросил я, намеренно стараясь не придавать его вопросу значения. Просто классификация типа живности – ничего личного.

Пушик задрал нос и кивнул:

– Ладно. Звучит лучше, чем Лапуля.

– Чем ещё бабка занималась, что прогневала кого-то до убийства? – снова перевёл я разговор в более важное русло. Хоть он и был животным, информация из него вытекала, как из дырявой бочки.

Пушик вздохнул, шевельнув ушами.

– Чем только не занималась, – покачал головой Пушик с осуждением: – Кинжалы, дурманы, магические заряды. Информацию ещё собирала по разным местам. Мы сюда-то приехали явно не ради моей лапы. Факты проверяла, чтоб продать.

Я нахмурился, переваривая его слова. Бабка оказалась ещё интереснее, чем я думал. Её смерть теперь выглядела давно спланированной, а круг подозреваемых может быть огромен. Может там, откуда она, жители просто всей деревней скинулись, нанять убийцу из столицы?

– Ну, похоже, инофрмацию проверила и оказалась права. А что именно проверяла? – продолжал допрос, понимая, что каждая мелочь может быть важной.

– Дурман какой-то, – Пушик, казалось, наслаждался своей ролью рассказчика. Он запрыгнул ко мне на колени, и перешёл на шёпот. – Девок у нас в деревне тащили, а они, как дуры, с радостью шли. Опаивали чем-то, как мы думаем.

– Может, просто дуры? – предположил я.

– Народ тоже так считал сначала! Но не дур в основном тащили. Только тех, что с талантами, – он уверенно кивнул, его ушки дёрнулись. – Тут-то хозяйка и почувствовала, что дело не чистое. А значит, можно монетку выжать. Стала вынюхивать из кого выжимать. Ну и вышла на мужика, что таскался за девками. Он к нам в лавку за какими-то травами заходил. То да сё… В общем, узнали, что девок в Столицу тащат. Хозяйка и решила поехать, поглядеть, зачем.

Меня зацепили его слова. Всё это начало складываться в картину, но до конца пазла было ещё далеко.

– Не этот ли мужик её траванул? – предположил я, ловя взгляд Пушка.

– Нет, тот постарше был, – сказал он, перевернувшись на спину прямо у меня на коленях. Выставляя пушистый животик, он явно ожидал, что поглажу, но я сдержался. – Могу по запаху найти, если близко будем.

Эта его способность, пожалуй, действительно могла пригодиться.

Я встал, аккуратно спустив его с колен, и подошёл к столу, на который бросил бабкину сумку. Надо бы разобраться, что в старушке такого важного, что привело её к гибели. Вытряхнув всё содержимое авоськи на стол, я начал разбирать вещи.

Первое, что мне попалось – документ, лицензия на торговлю травами. Подтверждение её профессиональной деятельности. Рядом лежало право на разведение крафиков – полезный и прибыльный бизнес. Лицензии на разведение червей в крафиках, к счастью, не нашлось. Ну хоть что-то законное у этой криминальной дамы. Далее в сумке оказались пара старых тряпок, явно без особой ценности, и целая связка ключей. Интересно, сколько же секретов заперто этими ключами?

Самым любопытным оказалась находка в маленьком мешочке. Там лежало приличное количество монет, но внимание привлекли два исписанных листка. На одном был расчёт зелья с Фигзией, редким и опасным компонентом, который я узнал сразу. А на втором – загадочные символы и стрелки. Код. Похоже, бабка не просто собирала информацию, но и шифровала её.

Я откинулся на спинку стула, обдумывая находки. Много ключей, немного информации.

– Пойдём поедим, больно тощий, – скомандовал я, решив, что на голодный желудок лучше не думать.

Пушик мгновенно вскочил и радостно поскакал за мной на выход, его хвост весело покачивался из стороны в сторону. Пожалуй, этот странный компаньон действительно становился частью моего плана, пусть даже пока я сам до конца не понимал, каким образом.

Глава 2. Диана

– Его… ему… нравятся эти… внутренности, – голос Мэри дрожал, её руки тряслись, и она избегала смотреть мне в глаза. – Ну, э… возбуждают, понимаете? Вы говорили так бывает.

Я выдохнула. Да, это я, конечно, понимала. Психологическое отклоненение с трудом поддающееся лечению, хотя назвать это пониманием было сложно – скорее профессиональная оценка. Но одно дело – диагноз, а другое – слушать, как молодая девушка буквально добровольно позволяет разрушать себя. Что я не могла понять, так это почему она до сих пор с этим извращенцем несмотря на нашу шестинедельную работу над собой. Хотя, как порядочный психолог, я была обязана ответить:

– Дорогая, я понимаю. Это обострённый случай гематофилии. Как ни странно, это не редкое отклонение, – пояснила я с максимально спокойным тоном, пытаясь её не спугнуть.