– Вот как? – смутившись, ответил он, продолжая рассматривать и целовать меня, будто впервые видел спустя долгое время.

– То лучше, то хуже, – пояснила мама. – Вчера не мог прийти в себя, проснувшись утром… Я так распереживалась, что голова болит до сих пор, – тихо добавила она.

– Михаэль болен? – удивился Райан.

– К сожалению, – прошептала мама, – но мы справимся! Верно, Ати?

– Конечно, – уверенно ответила я, – ведь не зря же я участвую в проекте.

– Точно, – опомнился папа, – Как всё сложилось? Чем вы занимаетесь на этом проекте? Как вообще идёт работа? – спросил он, усаживаясь рядом с мамой, будто ничего странного сейчас не произошло. Судя по его смущённой улыбке, он всех вспомнил.

– Всё не так сложно, как мы думали, – подбирая слова, чтобы не сболтнуть лишнего, ответила я. – Трёхразовое питание, восьмичасовой сон, только и знай, людям помогать.

Я пыталась выглядеть бодро и даже весело, чтобы развеять их тревоги относительно моей «работы».

– Всё так, всё так, – поддержала мою сказку Эксания, дожёвывая печенье.

– Смотрю на вас, и вы все такие красивые! – подметила мама. – Приятно знать, что госслужбе посвящают жизнь такие прекрасные молодые люди. Вы все в одной команде?

Стараясь держать лицо, меня снова переполняла тревога, но впервые, папина болезнь казалась мне решаемой проблемой. Теперь, когда эксперименту придёт конец, а я начну что-то значить благодаря своему положению в обществе Верума, я сделаю всё, чтобы вылечить его. Привезу на Верум и присоединю к Системе, чтобы та исправила изъяны или пусть она разработает лекарство… Я не знала, как именно, но была настроена решительно, выиграть это сражение за ясность ума самого дорогого мне человека.

Я сжала руку Лиона, когда он легко коснулся моего бедра. Его сила, его будущее могущество… были и моим спасением. Ответственность за здоровье папы лежала на моих плечах. Только я могла ему помочь… поэтому я просто обязана, подыгрывая советникам и продолжая участие в проекте, добиться своего.

Неосознанно я упёрлась лбом о сильное плечо Лиона, прикрыв глаза. Не в силах вырваться из пучины своих мыслей, я и не заметила, как родители уставились на нас. Подскочив на месте, я глупо улыбнулась и не знала, куда деть глаза.

– Ати, дочка, вы встречаетесь? – сдерживая улыбку, спросила мама.

– Вовсе нет, – начала я, – конечно, нет. Скажи им, Лион.

– Если Ати так говорит, значит, так и есть, – сухо ответил он, из-за чего я тут же заметила, что Райан с трудом сдержал смешок.

Мне было так неловко!

Какой стыд.

Их дочь уехала работать, а по итогу обзавелась ухажёром.

– Аурелион? – серьёзно спросил папа, уперев оба локтя о стол перед собой.

– Оставь детей в покое, Михаэль, – сразу обругала его мама. – Лучше расскажите, что интересного, – она подмигнула нам, – вам удалось выяснить, работая на новом проекте!

Несмотря на то что, скорее всего, всё было написано на моём лице, я почему-то продолжала делать вид, что мы с Лионом приходимся друг другу лишь коллегами. Мне было стыдно заявить во всеуслышание о нашей истории, ведь тогда, миллион процентов, мне было бы не избежать расспросов… Да и знакомство с моим молчаливым парнем… точно, должно было пройти иначе. Более торжественно и уединённо… Или же, это лишь мои переживая и предрассудки?

Время пролетело незаметно.

Разрешив гостям блуждать по дому, мы ненадолго остались с родителями наедине.

– Всё в порядке, Ати? – тут же спросил папа. – Тебя никто не обижает?

– Нет, всё хорошо. Если всё сложится удачно, я надеюсь выиграть главный приз, – загадочно ответила я.

– Береги себя, детка. Мы так тобой гордимся. Да? – Мама толкнула папу вбок.

– Возвращайся домой, – поглядывая на странных мужчин, с интересом рассматривающих наши семейные фото в коридоре, сказал папа.

– Конечно, осталось совсем немного…, – многообещающе прошептала я, когда Эксания встала за моей спиной.

– Нам пора, – сказала она, постучав по циферблату часов на запястье.

Верумианцы принялись одеваться, мучаясь с молниями на одежде, когда Эксания нежно поблагодарила моих родителей за гостеприимство и вышла из дома.

Разглядывая тёплые улыбки родителей, их морщинки, выдающие усталость и пережитые тревоги, их добрые глаза, нежные движения… я была рада вот так стоять перед ними и просто видеть их собственными глазами. Никакие голограммы не заменят живого тепла и ауру любви, которой они меня окутывали. Нам не нужны были слова, чтобы выразить свою любовь. Мы были друг для друга всем. Мы не существовали друг без друга.

Мама нежно погладила меня по щеке, а папа не выпускал моих рук из своих.

Зная, что, выйдя за дверь, я не смогу быть рядом… когда могу им понадобиться. Не услышу их голосов, не узнаю их просьб, от которых может зависеть их жизнь… Я не могла заставить себя попрощаться.

Впервые уезжая из дома на проект, я переживала лишь о себе. Эгоистично гадала о своём благополучии, страшась того, что меня могло ждать впереди. А теперь…, не знаю, что было бы страшнее, полтора месяца отработать где-нибудь здесь или узнать правду, и быть не в силах что-либо изменить.

Увидев выступающие слёзы в моих глазах, папа тут же предложил:

– Может, ну это всё? Оставайся. Оно того не стоит.

– Стоит! Не отговаривай её. – Мама кинула в его сторону злой взгляд. – Ты молодец, Ати! Так держать! Ты должна гордиться собой. Не унывай, – нежно добавила она, прежде чем наброситься на папу: – Ты что не понимаешь? Конечно, ей тяжело! Она никогда из дома так надолго не уезжала, а ты тут «оставайся, да, оставайся»…

Даже этот обыденный невинный спор отзывался теплом в моей груди. Кому вообще в этом мире было дело друг до друга? А им было. Любовь она в мелочах, в заботе, в простоте…

– Ати, – позвал меня Лион.

Я обернулась и поняла, что они были готовы выходить. Райан маялся у двери, не зная, как попрощаться.

– Приходите к нам ещё, – нежно сказала мама, потянувшись к нему для объятий.

Нерешительно поддавшись её порыву, Райан неловко обнял её и искренне улыбнулся. Папа пожал мужчинам руки, а выйдя на улицу, чтобы проводить нас, с ним попрощался и Лир, который всё это время, кажется, подпирал балку крыльца. Мама махала нам вслед и желала лучшего.

Я должна была отвернуться, должна была… успокоиться и, махнув в ответ, сесть в машину, но не могла. Я не могла оторвать от них взгляд. Не могла позволить себе упустить их лица из виду ведь, на самом деле, я не знала, что меня ждёт впереди…

Вернувшись, я напоследок, ещё раз крепко-крепко их обняла…

***

– Аурелион, нам туда, – доброжелательно сказала Эксания, указывая на дверь в конце коридора. – Кто не хочет идти, можете отправиться отдыхать. Мы ненадолго, но это обязательно.

– Наконец-то, – выдавил из себя Лир, который с момента соприкосновения с аурой Лиона вёл себя крайне странно.

Шагая по коридорам так называемого штаба, я чувствовала себя обманутой. Меня одолевали самые разные противоречия и переживания. Встреча с родителями лишь прибавила волнений, которые требовали утешения.

Райан приобнял меня за плечо, и я позволила ему это. Кто бы мог подумать, что этот человек вознамерится оказать поддержку мне, жалкой землянке, место которой на грязной планете, а не среди них… на идеальном Веруме.

– Эй, Альби?

Вопросительно хмыкнув в ответ, я подняла на него слегка заплаканные глаза.

– Всё будет хорошо, – тихо сказал он остановившись. – Брат не стал бы врать. Он не такой, сама знаешь.

Я кивнула в ответ, всем сердцем надеясь на это.

– Вас жизнь ничему не учит, – сказал Лир, открывая передо мной дверь. – Твоя с братом – следующая по коридору, – добавил он, махнув Райану.

– Который час? – спросила я, осматривая тесную комнатку, в которой не было ничего, кроме большой кровати, полупустого шкафа и письменного стола, на котором красовался новенький компьютер.

– Семь вечера. Скоро ужин, – ответил он, закрыв за нами дверь.

Меня сбивала с ног физическая и моральная усталость. Я медленно поплелась к кровати, по дороге скидывая с себя верхнюю одежду и тёплые штаны. Лир неспешно разделся, с омерзением отшвырнув к двери порванные вещи.

– Лир, что с тобой? – спросила я, присев на постель. – Ты ведёшь себя странно.

– Разве? – язвительно спросил он.

Рассматривая его голую спину, я могла с уверенностью сказать, что даже сейчас, просто натягивая лёгкие штаны, он злился. Кажется, таким я ещё никогда не видела.

– Ты молчишь, сопишь и проявляешь агрессию, – подметила я, пристально рассматривая его.

– Разве? – ответил он и резко развёл руками. – Да, я злюсь. Довольна? Как же я злюсь, Атанасия.

– Из-за сил Лиона? – предположила я.

Он резко замолчал, и, казалось, его глаза заискрились. Если бы у него была такая же аура, как у Лиона, она бы задушила меня прямо сейчас.

Я не успела даже моргнуть, как Лир повалил меня на кровать и поцеловал…

Глава 10

(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:

This Is the Beginning – Ely Eira)

Оказавшись застигнутой врасплох, я пребывала в простодушном онемении.

Нависнув надо мной, Лир целовал меня, а я не понимала, как на это реагировать. Его горячие и дерзкие губы касались моих, пытаясь нам что-то доказать. Он всё ещё был моим сопровождающим, тем, кто должен был следить за моим целомудрием, но вместо этого, его рука легла на мою талию, медленно следуя всё ниже.

Пары секунд мне хватило, чтобы прийти в себя и попытаться его оттолкнуть, но он был напорист. Даже не намереваясь отступать, он лишь углубил поцелуй, раздвинув мои губы языком. Я не понимала, что на него нашло, что вообще творилось? Его близость была неправильной, но что-то во мне не позволяло превратить этот момент в сцену насилия. Мне не хотелось кричать, вопить и убегать, мне хотелось понять, что происходит.

Ещё совсем недавно, я бы растаяла во власти его прикосновений, но ведь не это важно. Несмотря на сам факт поцелуя, в нём не было чувств, не было любви… Казалось, дело было вовсе не во мне, и он это тоже знал.

Лир отстранился, не выпуская меня из крепкой хватки.

– Что со мной нет так? – спросил он грубо, но чуть виновато.

– Смотря о чём ты, – растерянно ответила я, намереваясь получить объяснение его поступку. – Но вот при чём здесь я?

Он не смог или не захотел ответить, прикрыв глаза рукой.

Впервые я видела Лира таким… разъярённым, вспыльчивым и импульсивным. Особым спокойствием он никогда не отличался, но чтобы вести себя вот так…

– Лир…, – нежнее нужного, начала я, – всё это время, ты был рядом. Ты помогал мне, заботился, не спускал с меня глаз… а сейчас, я вижу перед собой кого-то другого. Что случилось, Лир?

Он резко схватил меня за шею, грубо надавив пальцами на горло. Было не больно, но я испугалась. Если раньше, я могла с уверенностью заверить любого в том, что Лир был одним из самых уравновешенных и адекватных мужчин, чтобы не творилось вокруг… глядя на его пылающий взгляд сейчас, я усомнилась в своей проницательности.

– Ответь, – хрипло произнёс он, разглядывая меня, – что между нами было до того, как ты угодила к Лиону в постель? – Его злость пронизывала каждое слово. Свободной рукой, он поднял мои руки над головой и прижал их к постели, из-за чего мне пришлось выгнуться в спине. Несмотря на его гневное состояние, он не причинял мне боли. – Что между нами было, Атанасия? – повторил Лир.

– Не понимаю, – искренне ответила я, теряясь в догадках, что он хотел услышать.

– Ты ведь смотрела на меня так…, – он запнулся. – Ты ведь хотела меня, смотрела только на меня, мечтала обо мне! – Его голос был полон растерянности. – Так что изменилось? Я недостаточно хорош для тебя? Недостаточно красив? Недостаточно влиятелен? Что со мной не так? – отчаянно допытывался Лир, всё сильнее вдавливая меня в постель.