Возвращаясь к Управлению Безопасности, я перебирал в голове десятки возможных сценариев. Кулаки то сжимались, то разжимались, как будто я заранее готовился к схватке, в которой мог потерпеть поражение.

Разочарование от длительного ожидания растворялось, уступая место липкой и настойчивой тревоге.

***

В полдень следующего дня. Астеллия:

Я проснулась раньше остальных и уже успела заправить свою постель.

Вчера я впервые была вынуждена искать ночлег. Мне не хотелось обращаться к родственникам тёти Арианны, которые из-за меня тоже могли пострадать. Да и просить помощи у бывшего молодого человека – не лучшая затея.. Поэтому первым делом я направилась в Центр Временного Размещения. Я много раз слышала, что граждане могут останавливаться там совершенно бесплатно. К сожалению, оказалось, что не замужним вход в ЦВР запрещён.

С каких это пор? Какое бесчеловечное новое правило. Мне отказали, оставив на улице, словно бездомное животное. Я могла понять запрет на посещение баров и клубов. Но ЦВР?!

Смирившись с отказом, я направилась дальше. Но каково же было моё удивление, когда меня буквально прогнали и из приюта при Доме Света! А ведь я столько раз видела объявления о милости Персосвета, дарующего кров любому страждущему человеку. Да, я была не самой частой гостьей на еженедельных исповедях Свету, и не знала наизусть слова Благословения, но разве это могло стать поводом для отказа? Я тоже имела право воспользоваться услугами временного приюта для нуждающихся. Жаль, настоятель посчитал иначе, когда, взглянув и не узнав меня, сказал лишь одну фразу прежде чем закрыть передо мной дверь: «Свободных мест нет».

Время неумолимо приближалось к началу комендантского часа, что лишало меня выбора. Я не придумала ничего лучше, чем направиться туда, куда раньше никогда не решилась бы. В заведение, где по понедельникам работала на кухне. Дом удовольствий едва ли можно было назвать безопасным пристанищем, но, к моему удивлению именно он без лишних вопросов принял меня на ночлег.

Управляющая без раздумий согласилась предоставить мне спальное место в обмен на помощь на кухне и генеральную уборку клуба в конце недели.

Хейни ахнула, застав меня за разделочным столом на кухне. – Стелли?! Но ведь сегодня четверг! – громким шёпотом выдала она, закрыв за собой дверь. – Мы ведь договорились только на понедельники. Нужно предупредить управляющую.

Я подняла руки в успокаивающем жесте.

– Всё в порядке. Мне придётся остаться здесь на какое-то время, так что управляющая в курсе. Платить мне не нужно.

– Оу! – Хейни скинула куртку с плеч и положила сумку на маленькую тумбу у двери. – Что случилось, детка? Ты что, сбежала из дома?

Она закатала рукава, собрала волосы в пучок и быстро окинула взглядом помещение, проверяя, всё ли в порядке.

– Можно и так сказать.

Я пожала плечами, не намереваясь вдаваться в подробности.

– Знаешь, я тоже когда-то сбегала, – сказала Хейни после короткой паузы. Она взяла большую миску, насыпала в неё муку, добавила дрожжи, щепотку соли и плеснула тёплой воды. Руки женщины уверенно месили тесто, а я тем временем нарезала овощи. – Я жила в маленьком посёлке к северу от Аковама, – продолжила она. – Всё было нормально.. Пока не настало время распределения. Мне назначили мужа, которого я видела всего один раз. Но не это было страшно, а то, какие слухи о нём ходили по посёлку.

Внутри всё болезненно сжалось.

– И вы решили бежать чтобы не выходить замуж?

– Нет. – Хейни провела дрожащими пальцами волосам. – Я подчинилась. Уехала из родного дома с этим мужчиной. Но после заключения брака он.. больше не видел во мне человека. Только вещь, которая должна выполнять свою функцию: готовить, убирать и удовлетворять остальные его потребности. – Её дыхание стало прерывистым, но она продолжила: – Он бил меня, а я считала, что это моя вина. Я была настолько сломлена, что искала в себе причины его гнева. А через несколько лет.. – Она криво улыбнулась. – Он перепутал бутылки, и вместо спиртного глотнул яду, представляешь?

Я молчала, стараясь переварить услышанное.

– Мне так жаль.

В её глазах блеснула искорка триумфального безумия.

– А мне нет. Там ему и место – в аду. Пусть вечность горит, захлёбываясь ядом. – Всегда лёгкая и милая Хейни выглядела так, будто лично отправила своего мучителя на тот свет. Она пожала плечами и снова вернула себе привычную весёлость. – Стелли, не позволяй решать за тебя. Во второй раз мне хватило ума найти себе мужа самостоятельно. Хорошего, тихого и нежного. К чему я? Не позволяй этому миру сломать тебя.

Взгляд скользнул к запястью, на котором должно красоваться брачное тату. Год на поиски будущего супруга совсем скоро подойдёт к концу, и, если мне не удастся поступить в Академию, моё будущее тоже попадёт в руки распределительного центра. Жаль, что мне не повезло, и я так и не смогла найти хорошего, надёжного мужчину. А ведь я всегда мечтала о счастливой семье..

Пока тесто поднималось, мы с Хейни занимались подготовкой ингредиентов для супа и рагу. Не прерывая разговоров, мы работали слаженно. Чистка, нарезка, замес, кипячение – каждое действие было частью ритма, который задавал день на кухне. Ножи мелькали в руках, кастрюли звенели, а запах специй и душистой выпечки наполнял воздух.

– Астеллия, – вдруг позвала меня управляющая, приоткрыв дверь на кухню. Блондинка средних лет в изысканном белом платье смотрелась здесь неуместно. Утончённой и невероятно красивой ей было место на светских балах. – К тебе клиент.

Я не сразу поняла, о чем это она.

– Что? Ко мне?

– Да. Он назвал твоё имя. Высокий красавчик с тёмными волосами, серыми глазами и шрамом на подбородке. Знаешь его?

Глава 7

Распахнув дверь в приватную комнату, я уставилась на Лириадора. Впервые на служе не было униформы.. Он выглядел иначе… и мне это.. понравилось. Чёрная водолазка выгодно подчёркивала его мускулы, приковывая внимание к массивной груди и узкой талии. А тёмно-синие джинсы, испещрённые тонкими золотыми нитями, выдавали в нём обеспеченного мужчину. Не хватало только здоровенных золотых часов и солнечных очков. Именно так зачастую одевались сыновья и зятья представителей Великого Собрания.

Оценивающий взгляд Лириадора скользнул по мне.

– Из сиротского дома сразу в бордель?

Я резко втянула воздух через нос и быстро прикрыла дверь, удивлённо бросив через плечо:

– Что ты здесь делаешь?

Он слегка подался вперёд, его губы тронула едва заметная ухмылка.

– Хотел убедиться, что ты не угодила в неприятности. Но этой ночью.. похоже, это и было твоей затеей. – Его брови изогнулись, и на лице появилось притворное удивление.

Я вспыхнула, но не намеревалась вдаваться в объяснения.

Азри присел рядом с ЛДириадором, полностью скопировав его позу. Он пытался рассмешить меня? Я поджала губы, когда мой лучший друг, повторяя за служем, удивлённо уставился на меня.

– Да. Будь добра объясниться! – с хрипотцой в голосе выдал он, из-за чего стало еще сложнее сдерживать улыбку.

– Это временное решение!

– Очень практичное, – поддразнил Лириадор. – Совмещаешь работу и удовольствие?

– Мне не хотелось навязываться. И я справилась сама, вопреки твоим опасениям.

Он откинул голову назад и рассмеялся низким, раскатистым смехом, который эхом отозвался в моей груди.

– Я просил тебя прийти. – Лириадор скрестил руки на груди, и его взгляд снова стал серьёзным. – Час прождал на морозе. А ты так и не явилась, отдав предпочтение ночёвке в доме удовольствий? – Он нахмурился, теперь, видимо, сдерживая раздражение.

Растерявшись, я сглотнула, выделив из услышанного слова лишь о том, что он так долго ждал меня.. на морозе.. целый час..

Звучало почти романтично.

Неужели, он был так встревожен, что, забыв о сне, бросился разыскивать меня?

Азри усмехнулся и поднялся, чтобы в следующее мгновение оказаться возле меня.

– Такой наивный.

Мне захотелось пихнуть друга плечом, будь у него физическое тело.

– Я ведь сразу сказала, что не останусь у тебя.

На самом деле, после вчерашних раздумий, я так и не смогла принять окончательного решения. Именно поэтому трусливо сбежала.

– Есть одна хорошая новость и одна плохая, – заявил Лириадор. – С какой начать?

– Что? Ну.. с хорошей.

– Твой приют с сегодняшнего дня охраняется УБА. Ответственные уже патрулируют улицы и устанавливают систему видео-наблюдения.

– Я проверю, не врёт ли он, – сказал Азри и растворился в пространстве.

Неотступная тяжесть, что сковывала все эти дни, принялась понемногу растворяться. В груди вдруг вспыхнула новая надежда, и захотелось подпрыгнуть от радости. Гнетущее чувство безысходности отступило, и на душе стало легче. Такая оперативность и ответственность со стороны УБА, что казалась раньше просто невозможной, вдруг стала реальностью.

И всё благодаря ему..

– Спасибо, – сдерживая эмоции, тихо ответила я.

– Всегда пожалуйста! Теперь к плохой новости: знаешь, как я нашёл это заведение? – Лириадор снова прошёлся по мне взглядом, склонив голову чуть набок. Не дожидаясь моего ответа, он продолжил: – Если коротко, это здание уже какое-то время находится в списках «пунктов подозрительной активности». Так называют локации, которые вот-вот будут взяты под полный контроль служителей правопорядка. Это может касаться нелегальных баров, домов удовольствий или подпольных складов. Ты понимаешь, что это значит, сиротка?

Я сделала шаг назад, прижав руки к груди.

– Всех ждёт арест?!

– Нам нужно уходить, – подытожил Лириадор, вставая с дивана. Он накинул пальто служителя правопорядка, которое, как оказалось, всё это время лежало рядом вывернутым наизнанку. – Это не шутки, Астеллия. Мы не можем так рисковать. – Его голос прозвучал твёрдо, без тени уступчивости. – К тому же, выяснилось, что убежище, до которого мы отследили тех, кто вломился в приют, оказалось лишь временным пристанищем. А значит, мы понятия не имеем, где они находятся прямо сейчас.

***

Лириадор:

Как бы это не вошло в привычку..

Подперев балку полуразвалившегося крыльца, я снова ждал Астеллию. Вероятно, моё лицо выглядело угрюмее, чем обычно. Рука сама собой потянулась к волосам. Взъерошив их, я скрестил руки на груди.

Намереваясь вывести непослушную бунтарку из этого места как можно скорее, я и не заметил, как согласился дать ей немного времени – предупредить управляющую о предстоящем оцеплении. Стоило её бровям жалобно сойтись у переносицы, а ресницам затрепетать, как мой мозг отключился.

Когда в последний раз я позволял кому-то так на себя влиять?

Что же меня снова и снова в ней подкупало? Может, упрямство и наивно-милое сопротивление.. или горевшая во взгляде искренняя обеспокоенность за окружающих её людей?

Интегратор оповестил о приближающихся шагах по ту сторону двери.

Астеллия аккуратно и почти бесшумно отворила её, после чего шагнула ко мне.

– Готова? – спросил я, прежде чем она успела что-то сказать.

Девушка кивнула, накинув капюшон поверх платка.

– Куда теперь?

Я шагнул на утоптанную узкую дорожку в высоких сугробах и направился к полученной служебной квартире. Только разместив Астеллию в безопасном месте, можно было бы наконец перестать печься о благополучии миссии. Не пристало мне блуждать по городу в поисках непокорной бунтарки.

– На какое-то время, как я уже говорил, тебе придётся остаться у меня.

Так и не дождавшись ответа, я оглянулся. Моя «приманка» следовала за мной, оставляя цепочку мелких следов на снегу.

Мы прошли мимо небольшой лавки с почти полностью обвалившейся крышей. Вывеска болталась на одном гвозде, жалобно поскрипывая на ветру. Тусклый свет в помещении был, пожалуй, единственным признаком того, что лавка ещё работала.

Ветер дул в лицо, пронизывая насквозь.