Не было секретом насколько управляющая переживала о благополучии приюта. Ведь это место было и её домом – единственным местом, которое связывало с семьёй. Всё что у неё осталось от прежней безбедной жизни: воспоминания и проблемная племянница, происхождение которой оставалось загадкой. Когда-то давно, тетя Арианна дала слово не задавать неудобных вопросов, но это было до того, как в девочке пробудились пугающие силы. Сестра слёзно просила родных молчать об истинном происхождении дочери, и только последние пару лет, женщина поняла почему.

Астеллия была послушным ребёнком, но обладала странными способностями, утягивающими её в потусторонний мир. Девушка часто говорила сама с собой, бесцельно бродила по улицам, будто преследуя кого-то, ни раз плакала без причины, а во сне порой что-то шептала. Это пугало, взращивая в родственнице страх, которую та тщательно пыталась скрыть за привычной заботой и строгостью.

Мне не приходилось сомневаться в искренности только что прозвучавших заверений, но я так же знал, что каждую среду тетя Арианна ходила в Дом Света умолять о прощении. Она никому не рассказывала о странностях племянницы – только лишь каялась в желании снять с себя эту ношу. Читая молитвы, она искренне надеялась на «исцеление» Астеллии, что нисколько не походило на принятие.

Но правильно ли её в этом винить? Бессилие перед непонятным даже против нашей воли способно порадить непреодолимый страх.

– Я подвела.. подвела вас, – шептала Стелли.

Она была разбита. И каждая её слезинка отзывалась во мне глухой болью. Её страдания ломали меня.

Сильнее, чем когда-либо мне сейчас хотелось быть живым..

***

Несколько дней спустя. Лириадор:

– Все свободны, – обратился я к отряду, который все эти дни работал над миссией «Демон». – Валериан, а вот твоё возвращение в Навиграций я бы попросил отсрочить.

– Так точно.

Напарник улыбнулся, прекрасно осознавая причины моего решения свернуть операцию. В связи с последними событиями вопросов становилось всё больше.

Как могли верумианцы попасть на улицы Аковама?

Как могли эти верумианцы быть ещё и мутантами?

Почему они дали о себе знать только сейчас?

Почему о них ничего не известно моему руководству?

Связаны ли эти «демоны» с убийством и исчезновением представителей Верума?

Валериан был одним из немногих, на кого я мог положиться. Существование верумианцев держалось на Земле в строжайшем секрете. Любой, кто знал правду о нас, должен быть либо немедленно ликвидирован либо подвергнут очистке памяти. Только вот.. что делать с преступным синдикатом, члены которого и являлись верумианцами? Для подобного протоколов, конечно, не существовало. Именно поэтому я принял решение вести дело в одиночку. Сначала всё выяснить, а после доложить руководству.

Когда служители правопорядка покинули оперативный центр, я со вздохом расслабил плечи. Усевшись прямо на рабочий стол, я ещё раз взглянул на главный командный экран: данные разведки, проверенные маршруты, информация о предполагаемых связных, закольцованные видео.

Валериан приглушил часть освещения, и комнату окутал мягкий полумрак.

– Ну и какой у нас план? – спросил он, усевшись рядом.

– Я должен убедиться во всём лично. Придётся втереться к ним в доверие.

Брови друга неодобрительно изогнулись.

– Просто заявишься к ним на порог?

– Они ведь до сих пор не схватили сиротку, верно?

При упоминании приманки в пижаме, на лице невольно появилась улыбка. Недоверчивый взгляд милой красотки всплыл в памяти, сбивая с мысли.

Валериан недоверчиво прищурился.

– О, Лир.. знал бы ты, какой недобрый у тебя сейчас взгляд. Разве это похоже на тебя – жертвовать гражданскими? И ты ведь знаешь, что её мать жива. Она не сирота.

– Знаю, знаю. Но ведь она живёт в детском доме. Да и нас сирот такие клички не обижают.

Глава 5

Астеллия:

– Мелани, а у тебя случайно нет ещё какой-нибудь подработки?

Девушка протянула мне оплату за сегодня, делая вид, что выдаёт сдачу из-за прилавка. Мы разыгрывали этот необязательный, но забавный мини-спектакль в конце каждой смены. Проще было бы передать деньги в подсобном помещении, но так куда веселее.

– Ох, милая. Моя соседка с недавних пор ищет сиделку, которая смогла бы заботиться об её больном отце. Он не ходячий, грузный мужчина.. – Она развела руками. – Не самая лёгкая работа, но я могу спросить..

– Да, буду очень признательна. Тогда увидимся послезавтра. Спасибо.

Натянув платок на лоб, я толкнула дверь. Колокольчики весело зазвенели, оповещая об окончании моего нелегального рабочего дня.

С опаской оглядевшись по сторонам, я засеменила по знакомому маршруту. Улица была почти пуста, если не считать редких прохожих. В каждой тени мне мерещилась опасность, из-за чего дышать становилось всё труднее.

Правильным ли было решение, попросить Азри присмотреть за приютом? С одной стороны, я могла быть уверена, что детям ничего не угрожает, раз мой призрак не даёт о себе знать. А с другой – трудно вспомнить, когда мне приходилось идти домой в совершенном одиночестве.

Я неслась вперёд со всех ног, одновременно избегая встречи со своими преследователями и надеясь на нее. Уж пусть лучше меня схватят здесь, чем снова возьмутся за запугивание постояльцев приюта. Верно?

Стоило уловить звук шагов позади, как мышцы моментально напряглись. Я затаила дыхание и, преодолевая онемение в ногах, ускорила шаг.

– Сиротка-а, – послышалось из-за спины.

Этот голос.. был мне знаком!

Лириадор.

Он догнал меня и, когда попал в поле моего зрения, снова заговорил:

– И что это ты делаешь на улице в такой час? Дай угадаю, была в магазине. Что покупала, – он взглянул на свое запястье, – пять часов и двадцать минут?

Перепуганная, я метнула в него полный растерянности взгляд.

– Ты следишь за мной? – вырвалось у меня.

– Слежу.

Я тут же пожалела, что задала этот вопрос..

Мне стоило промолчать или сделать вид, будто я понятия не имела, о чём он говорил. А может даже притвориться, что мы вовсе не знакомы и впервые встретились.

Лириадор сунул руки в карманы и зашагал рядом, не стремясь нарушить молчание. Наш странный дуэт пересекал квартал за кварталом, то и дело мелькая в лучах уличных фонарей. Пушистый снегопад, глубокое дыхание, хруст снега под ногами.. И вдруг я осознала – страх, который не отпускал меня последние дни, затих..

Странный служитель правопорядка, который заступился за меня при первой встрече, а после помог избежать «справедливого суда», казалось, сейчас без задней мысли решил проводить меня до дома.

Так мне хотелось думать.

Я невольно вспомнила все прочитанные романы. Что, если прямо сейчас пишется и моя история любви?

Хорошо, что из-за платка, которым я снова прикрыла лицо, чтобы защититься от холода, Лириадор не мог видеть моей глупой и мечтательной улыбки.

Когда вдалеке показался приют, я юркнула в проход между домами. Сделав приличный крюк, мы дошли до высокого забора с задней стороны дома. Если кто-то и следил за входом, он не должен был узнать о моём возвращении.

Лириадор в полной тишине наблюдал за тем, как я перекинула свою потрёпанную сумку через высокий забор. А после, взявшись за прутья, с лёгкостью забралась наверх.

Убедившись, что за домом никого, я спрыгнула вниз.

Была ли я удивлена, когда Лириадор приземлился рядом?

Ничуть.

А когда он пошёл за мной к дому?

Может быть..

Спрятавшись под небольшим навесом у самой двери, я решила прервать молчание:

– Зачем ты идёшь за мной?

– Не хочу, чтобы ты пострадала, – ровным тоном признался он.

Приятное тепло предательски вспыхнуло в груди.

С трудом сдерживая улыбку, я заставила себя вернуться к теме разговора:

– Разве вы не выследили тех бандитов? Больше они здесь не появлялись. Я надеялась – всё кончено.

– Они оказались куда опаснее, чем предполагалось. Мы знаем, где они обосновались, но взять их штурмом не выйдет. В любом случае, когда устанешь оглядываться по сторонам, приходи ко мне. – Он протянул мне визитку одного из штабов Управления Безопасности Аковама. – У меня есть идея, как заставить их потерять к тебе интерес.

Спрятав визитку во внутренний карман куртки, я сделала глубокий вздох.

– А если они уже потеряли его? Не нашли меня с первого раза и бросили эту затею.

– Тем лучше для тебя, сиротка, – бросил Лириадор, прежде чем направиться прочь.

Сколько времени я простояла, уставившись в ту сторону, куда ушёл этот мужчина?..

Опомнившись, я отворила дверь и прошмыгнула внутрь. Добравшись до своей комнаты, я разделась и бросилась на кровать в полной темноте. Не хотелось привлекать лишнее внимание, если вдруг кто-то всё же следил за приютом.

– Слушай, Азри, тебе не кажется, что этот парень просто-напросто влюбился в меня? С первого взгляда. Такое ведь случается?

– Случается, – тихо ответил Азри, присев на край моей постели. Он выглядел как всегда прекрасно, сияя в темноте. Энергия тоненькими мерцающими потоками обволакивала его образ. – О чём думаешь?

– Кажется, он догадался о моей подработке. – Я прикрыла лицо руками. – Чего ему стоит сдать меня? Выслужиться перед начальством, получить премию, выполнить норму. Или как там у них это работает? Ты когда-нибудь видел, чтобы служители правопорядка заступались за обычных горожан?

– Никогда.

– Вот именно! А Лириадор провожает меня домой, чтобы я не пострадала? Зачем ему это? Думаю, он влюбился.

Я усмехнулась.

Мысли снова и снова возвращались к мужчине, во взгляде которого я уловила нечто большее, чем просто любопытство или интерес.. Или мне показалось?

Меня охватило странное волнение.

***

– Стелли! Стелли! – Кики ворвалась ко мне в комнату посреди ночи. – В-воспитательница от-отправила, – девочка задыхалась, не в силах выговорить фразу целиком.

– Милая, что случилось? – сонно спросила я, притянув её в свои объятия.

– Стелли, они здесь, они здесь, те дядьки! Ты должна..

Послышался детский пронзительный крик, а затем какой-то стук и ругань.

Азри виновато опустил глаза.

– У меня не получилось тебя разбудить..

Я оцепенела. Пришла в себя, только когда послышался звон битого стекла.

Кики залилась слезами, прикрывая рот рукой.

– Оставайся здесь.

Я вскочила и бросилась бежать. Чем ближе я была к первому этажу, тем отчётливее слышала голоса. Мужские, злые, ядовитые..

– Спрячься! – Азри указал на дверь кладовки. – Двое идут сюда.

Оказавшись в тесном пространстве, я вжалась в выемку между отсеками шкафов. Тяжёлая поступь пронеслась мимо, и когда Азри кивнул, я вернулась в коридор.

– У вас был выбор, – грозно прорычал вдалеке мужской голос.

Страх сковал тело, но я продолжила переставлять ноги. Коридор показался бесконечным, когда я увидела широкую мужскую спину.

– Астеллия не живёт здесь уже почти год, – спокойно произнесла тётя Арианна. – Выбор, что вы предоставили, не имел смысла.

Она увидела меня, и её челюсти сжались.

Притаившись за колонной, я отчаянно надеялась остаться незамеченной, но когда мужчина занёс руку для удара, я решила раскрыть себя. Уже сделала шаг вперёд, как вдруг взгляд тёти Арианны, строгий и в то же время полный мольбы, тут же приковал меня к месту.

Я перестала дышать, видя, как женщина, растившая меня словно родную дочь, рухнула на пол. Из её рта хлынула кровь, но несмотря на это она продолжила:

– Здесь вы лишь теряете время.

Мужчина, обезумев от злости, опустился на корточки и рывком притянул её к себе.

– Мы вернёмся через три дня. И если твоей дочурки здесь не будет, заберём вместо неё с десяток малолеток. – Он поднялся, и я сильнее прижалась спиной к колонне. – Надеюсь, такой выбор тебе по душе.

Меня захлестнул гнев Чистый, опасный и безжалостный. Хотелось выть от боли, неприятно покалывающей кончики пальцев. Ведомая яростью и страхом, я была готова одним движением лишить этого жалкого человека души. Она ему совершенно точно ни к чему.

Уничтожить его!

Стереть с лица земли!

Время замедлилось, когда надо мной взяла верх моя нечеловеческая сторона. Мощная, всепоглощающая, разрушительная и такая прекрасная сила.