– Не знаю, но тебе нужно поговорить об этом с тренером и мистером Мартином. Они сказали, что будут ждать твоего ответа.

Я вскинула бровь, замедляя движение и размышляя о реалистичности такой ситуации.

Моя жизнь никогда не сплеталась со спортом, за исключением забега до ближайшей остановки, пока по дороге мчался нужный мне автобус, поэтому я сомневалась, что спортивный сектор Сейбрука выделил это место мне, как королеве футбола². Я даже не разбиралась в правилах, не говоря уже о позициях. Несмотря на то, что каждый год вся страна с упоением наблюдала за Супербоулом³, я не разделяла всеобщего интереса на пару с Аннет, предпочитая потратить свой час жизни на что-то более полезное, чем кучка парней, перебивающих себе ребра. Возможно, именно поэтому мы с ней были вдвоем в этом захолустном месте.

– Ладно, – сказала я, усаживаясь на диван и доставая листы из своего рюкзака, немного потрепанные и погнувшиеся по краям от небрежности.

Бумаги были исписаны распорядками дня и темами для эфиров, но, сколько бы я не пыталась сосредоточиться на своем корявом почерке, я витала где-то в облаках, представляя себя на месте комментатора. Я знала, что им сейчас являлся Робин Мэддокс, бывший капитан команды Сейбрука, и… как бы сказать, я не испытывала никакого восторга, думая о его работе. Он отлично справлялся с эмоциями на эфирах матчей, но в жизни был той ещё глыбой льда.

Я и футбол. Я фыркнула при единственном представлении, который сгенерировал мой мозг совершенно случайным образом, и поняла, что это точно не могло быть реальностью.

– Загляни на почту, – Аннет снова клацнула по клавиатуре, занимаясь своим очередным приложением, в котором я не смыслила совсем, – там несколько вопросов от наших слушателей и…

Её речь прервалась быстрым стуком в дверь, от чего мы с Хилл переглянулись, озадачившись. Как я уже упоминала выше, никто по доброй воле не заходил на нашу радиостанцию, кроме Ирмы, которая обычно не церемонилась и врывалась, подобно урагану. Я оторвала взгляд от лица подруги и собиралась подойти ко входу, как ручка опустилась вниз и дверь широко распахнулась, представляя на пороге высокого, широкоплечего брюнета с закинутым рюкзаком на одно плечо.

Карлайл Шервуд.

Главный герой комедии.

– Чего тебе? – Аннет нахмурилась, полностью передавая мои эмоции, и оглянула квотербека⁴ с головы до ног.

– Вау, – брюнет шагнул вперед, закрывая за собой дверь и обескураживая меня ещё сильнее. Он что, хотел посплетничать? – не знал, что здесь так гостеприимно. Прямо, как в змеином логове.

Я поджала губы.

История с самым популярным парнем не была выдумкой. Если Тиан был капитаном команды лакросса, занимающим третью позицию важности в нашем университете, то Карлайл Шервуд гордо восседал на троне американского футбола и всеобщей славы, потому что Хампти-Дампти буквально боготворил наших игроков, преподнося все плюшки им на блюдечке. Братство, в котором жили футболисты, славилось звуком разбитых сердец выставленных за дверь девушек. Я не хотела однажды услышать звон и своего сердечка, поэтому держалась, как можно дальше от футболистов, предпочитая компании отпетых мудаков молчаливого и милого игрока в лакросс. И мне абсолютно не было дела до того, что команда лакросса ни разу не побеждала.

– Так что тебе нужно, Шервуд? – Аннет продолжила болтать с капитаном команды, пока я, слегка озадаченная, разглядывала внешний вид парня, сидя вполоборота – светлые джинсы, футболка и бомбер. Стартерпак каждого спортсмена в Сейбруке.

Подняв глаза выше, я встретилась с взглядом его карих глаз. Несмотря на то, что манеры Карлайла оставляли желать лучшего, я должна была отдать должное его родителям, которые дали выигрыш в генетической лотерее своим детям.

– Я открыл благотворительный фонд, – голос квотербека отразился от стен, – помогаю с футбольными терминами девчонкам с радиостанций, которым выпал шанс показаться на национальном спортивном канале. Не нужно оваций, я и так знаю, что я…

– Чего? – я резко поднялась с дивана, задев коленом журнальный столик и чуть не вскрикнув от острой боли, но сдержалась, глядя на парня. – Я даже ещё не дала согласия на участие!

Шервуд хмыкнул, засовывая руки в карманы своих светлых джинс, и вскинул бровь.

– Детка, тебе что, каждый день предлагают присоединиться к национальному каналу? – он нагло уперся плечом в стену, продолжая меня разглядывать, пока Аннет, закатив глаза, отвернулась обратно к своему ноутбуку. – Твой почтовый ящик, наверное, разрывается от предложений Эн-би-си, Си-би-эс и Фокс.

Я поджала губы сильнее, подходя к двери и цепляясь за холодный металл ручки, опаляющий мои нервы.

– Во-первых, меня зовут Бэмби, а не детка. Во-вторых, тебя здесь никто не ждал, – я открыла дверцу, приглашая квотербека выйти отсюда и больше никогда не возвращаться. Даже если я рассматривала вариант соглашения на комментирование игр, то я не подписывалась – по крайней мере, добровольно – на внештатное время с футболистами, – я узнала об этом пять минут назад и даже ещё не виделась с тренером, чтобы обсудить детали, и…

– Платят две штуки за сезон, – Карлайл прервал меня, заставив округлить глаза, и изгиб губ на его лице стал ещё довольнее, чем прежде. Он понял, на что давить, – всего семнадцать игр. Семнадцать часов болтовни, и две тысячи в твоем кармане, детка.

Идиот.

Но его обращение ко мне было не столько важным, как… Две тысячи за то, что я делала эти два года бесплатно. С ума сойти!

Я прокашлялась, пытаясь не показать того, что уже была готова прокричать в рупор троекратное «да!», чтобы донести свой ответ тренеру Серрано, и вместо этого убрала ладонь с ручки двери, продолжая пронзать карие глаза Шервуда.

– В любом случае, я все ещё не разговаривала с секретарем университета, чтобы подтвердить свое согласие, и поэтому твое присутствие здесь… – никому ненужное, – лишнее.

– Мы можем пойти сейчас, – Карлайл пожал плечами с такой легкостью, как будто такие предложения каждый день сыпались с небес мне в руки, – к тренеру. Он благословит нас, и мы начнем наше просвещение в футболе.

Я фыркнула.

– Никаких уроков. С тобой. А ещё у меня эфир сейчас.

– Я подожду.

– Не надо.

– Я настаиваю.

– Я не хочу, чтобы ты настаивал, поэтому, – я обхватила ручку и продолжила так стоять с минуту, ожидая, когда тот выйдет, но Шервуд лишь хмыкнул, переводя взгляд с меня на проход двери, в котором неожиданно появилась запыхавшаяся Ирма с кипой бумаг в руках и с бумажным стаканчиком привычного ей тыквенного латте. Она была одета в черный свитер, заправленный в строгие отутюженные брюки, и лишь слегка подпорченная ветром прическа говорила о том, что Ирма бежала сюда.

Девушка выдохнула, остановившись в проеме, и по очередности взглянула на каждого из нас: на Аннет, сидящую в больших наушниках и заинтересованную только в кодах на своем ноутбуке; на меня, держащую дверь широко раскрытой и на Карлайла, стоящего посреди студии, как ни в чем не бывало с этой идиотской улыбкой на лице.

– Э-э, – издала брюнетка, вскидывая бровь, – у вас что, новая звездная программа?

– Нет, – начала я, собираясь вытолкать Карлайла за дверь, – он уже уходит.

На последних словах я сделала значительный акцент, при этом пялясь уже в открытую на капитана команды. Я не причисляла себя к людям, умеющим уничтожать взглядом, но надеялась воздействовать хоть как-то на Шервуда. Но он с бесстрастным лицом взглянул на Ирму и широко улыбнулся.

– Проходи. У нас с Бэмби совместный проект, – без доли стеснения соврал квотербек, дернув уголками губ, – я ответственно подхожу к своей работе, и жду от своей напарницы того же…

Озадаченный взгляд Хансен перешёл от Шервуда ко мне, и я быстро моргнула, качая головой.

– Проект, – произнесла подруга с недоверием, – совместный.

– Ага, – Карлайл ухмыльнулся.

– Какой, к чёрту, проект, – я закатила глаза, привлекая внимание своим голосом, поднявшимся на несколько децибел, и взглянула на Ирму, – у меня не может с ним быть никаких совместных проектов, он на год нас старше. А ты, – я перевела взгляд на мою главную проблему, – я пока не нуждаюсь в твоей помощи. Дай мне время обсудить это с Хамп… Мистером Мартином и тренером Серрано.

– До эфира две минуты! – выкрикнула Аннет, снимая с себя наушники и оборачиваясь на нас.

Ирма тихо обошла то место, где я испепеляла взглядом появившегося из ниоткуда Карлайла. Он смотрел мне в глаза, не собираясь, по всей видимости, первым опускать взгляд, но после продолжительной минуты, заполненной всеобщим молчанием, Шервуд сдался. Моргнув, он кивнул.

– Ладно.

– Спасибо, – пробурчала я, разворачиваясь в сторону своего кабинета и по пути захватывая блокнот, исписанный темами, необходимыми для сегодняшнего эфира.

Чёрт. Я даже не успела заглянуть на почту и проследить список вопросов на сегодня. Грёбанный Карлайл Шервуд.

– У тебя час, детка, – прозвучал голос за спиной, когда я закрыла за собой дверь.

Резко развернувшись на месте, я увидела через стекло квотербека, вальяжно садящегося на крохотный диван и закидывающего свои огромные ноги на слегка подрагивающий журнальный столик.

– До эфира десять… девять… – начала обратный отсчёт Аннет, кивая Ирме на стаканчик своего кофе.

Я медленно уселась на место, натягивая наушники на голову и не отрывая взгляда от самодовольного капитана команды. Увидев мое напряженное лицо, он победно улыбнулся.

Глава 2

Бэмби

–…с вами была неповторимая Бэмби Харпер. Спасибо всем за вопросы. До новых встреч! – я смотрела на Аннет, которая держала руку на кнопке, в ожидании её команды, подтверждающей, что я могла встать, и вот брюнетка кивнула через три секунды, снимая с себя наушники.

Я последовала её примеру, не переставая улыбаться.

Радиоэфиры приносили мне головокружительные эмоции и заряжали круче всяких транквилизаторов. Всё это появлялось от одного осознания, что меня действительно слушали, потому что первое время, когда я только-только пришла в это место, я была уверена, что моя болтовня никому не доставляла удовольствия. Но позже мы стали получать письма на мыло⁵ с кучей вопросов, благодарностями и историями. С тех пор моё сердце билось чаще, когда я начинала каждый эфир.

Мне нравилось работать здесь, несмотря на непопулярность этого места. Нас с Аннет было достаточно, чтобы создать уют.

Собрав все вещи на столе, я подняла голову, и моя улыбка медленно начала сползать при виде Карлайла Шервуда. На несколько мгновений я забыла о том, что он сидел там, на нашем диване, но теперь, вспомнив об этом, я не позволила эйфории от предыдущего часа ударить мне в голову и лишить рассудка. Я должна была держать себя в боевой готовности, чтобы уворачиваться от его колкостей и напускного обаяния.

Выйдя из кабины, я наблюдала, как все молча занимались своими делами: Ирма складывала вещи в свой клатч, параллельно принимая звонки; Аннет отключала ноутбук, вытащив из-под стола сумку для него. Только глаза Карлайла были направлены в мою сторону.

– У тебя приятный голос.

– Ты не первый, кто мне об этом говорит, – я потянулась за своим рюкзаком, лежащим возле квотербека и схватила его в руки, встречаясь с ним взглядом, – но спасибо.