Ильхан. Несмотря ни на что – моя! (страница 6)
– Вставай, ты действуешь мне на нервы. Я хочу спать, – бросил, вставая из-за стола.
– В каком смысле спать? – она повернулась ко мне, задрав голову и выпучив на меня глаза.
– Не задавай ненужных вопросов, – призывая её встать, потянул за плечо.
– Вы что, меня снова…? – испуганно спросила.
Сократив расстояние между нами, притянул её ближе к себе, и блондинка тут же выставила ладони, упершись ими мне в грудь.
– Спать это значит спать, – приподнял её за подбородок, заглядывая в глаза, в то время как она пытается отклониться назад. – У тебя красивые волосы, – проговорил, пропуская сквозь пальцы пряди цвета пшеницы.
«Ева непохожа на своего отца от слова совсем», – пронеслось у меня в голове, и я подумал, что это большой плюс.
– Заплетай их в косы, не надо, чтобы мои парни видели твои волосы и голые ноги, не дразни их…
– Я не хочу никого дразнить, – ответила она, глядя на меня бегающими глазами и тщетно пытаясь оттолкнуть ладонями.
– Это правильно, идём, – развернул её и повёл обратно в спальню.
– Я… Вы же не думаете, что я буду спать с Вами в одной постели? Я не желаю спать с Вами в одной постели, – задыхалась возмущением, пока мы шли до моих комнат.
Открыв двери, подтолкнул внутрь:
– Раздевайся и проходи в спальню.
Она закрыла лицо руками, а через секунду опустила их и молча прошла через арку, соединяющую две комнаты. Глядя вслед на её опущенные плечи, сказал мысленно, тяжело вздохнув: «Сдалась девочка». Я недоволен всем, что затеял и сделал, но назад уже ничего не вернуть – я не меняю своих решений. Прошёлся пальцами по густым волосам и отправился вслед за Щегловой. Она забилась в конец кровати в одежде.
– Раздевайся, сказал, пока я не испортил единственную одежду, что у тебя осталась, – подойдя, рывком выдернул её из кровати, нахмурив брови
– Да, хорошо, хорошо, только не трогайте меня, – забилась Щеглова испуганным зверьком.
Зло нахмурил брови:
– Не доводи, сто раз повторять не стану, накажу, и тебе не понравится.
Опустив глаза в пол, молча стянула с себя верхнюю одежду и нырнула в кровать в белье. Натянув одеяло до самого подбородка, пробурчала:
– Будто до этой минуты Вы были просто гостеприимным хозяином.
– Отправлю в будку к Аиду, – прорычал я, и больше ни слова не вылетело из её красивого рта. Напротив, она натянула на себя одеяло, укрывшись с головой, пока я снимал с себя одежду, укладывая её на спинку кресла. Оставшись в боксерах, прошёл к кровати, чтобы лечь, а девчонка сместилась на самый край и завернулась в одеяло так, что была похожа на иранскую шаурму.
Уперев кулаки в бока, повертел головой по сторонам – покрывала нет. Видимо, домработница унесла его, да это и понятно, ведь оно было перепачкано кровью.
– Так не пойдёт, разматывайся давай, – произнёс и лёг в постель. Через минуту она размоталась и отдала мне часть одеяла.
– Вы-ы…
– Ни слова больше, спать, – резко оборвал её.
Через минут двадцать тело, лежащее на краю кровати, стало сопеть, а я всё никак не мог уснуть. Гребаный Щеглов не выходил из головы… «Ну и что дальше?» – спрашиваю себя. Продам к чертям этот гребаный ресторан, он меня душит. «Напьюсь, когда эта мразь сдохнет, всю жизнь исковеркал, гнида!» – думал, раздувая ноздри. Повернул голову к девчонке, она безмятежно спала, лунный свет падал через окно на её волосы, придавая им мистическое сияние. Протянул руку, дотронувшись до шелковистых прядей. Облокотившись на подушку, придвинулся ближе к ней, склонившись, поднёс к лицу её локоны и медленно вдохнул их запах, растягивая миллиметр за миллиметром лёгкие. «Я ёбнулся», – шепнул вслух и решительным движением встал из постели. Натянул на себя футболку и трико, взял со стола сигареты с зажигалкой, оставил девчонку одну и, быстро перебирая ногами по лестнице, вышел во двор. Достал зубами из пачки сигарету, чиркнув о кисть бензиновой зажигалкой, прикурил от голубого огонька. Сделал глубокую затяжку, следом ещё одну, будто это вовсе не отрава, а кислород. Шумно выдыхая сизый дым, смотрю, как Аид вышел из своего вольера, потянулся и радостно побрёл ко мне.