Надя Лахман: Лишняя жена императора драконов

Глава 1. Смирись, жена

– Ты будешь умолять на коленях, чтобы я позволил тебе вернуться.

– Никогда, Арманд!

Я с ненавистью смотрела на мужа, застывшего у окна. Величественного в своей холодной надменности, невозмутимого. Этот мужчина был очень влиятелен и богат, но в его облике не было тепла.

А сейчас хищник был в ярости от того, что я посмела сказать ему «нет».

– Дам тебе последний шанс одуматься, Медея, – ледяной взгляд неспешно прошелся по моей часто-вздымающейся груди в вырезе вечернего платья. – Будь покорна моей воле и исполни свой долг примерной жены и императрицы.

Мне захотелось в ответ засмеяться – горько, зло.

О каком долге он говорит? Не о том ли, что велит супругам хранить друг другу верность, любить и почитать? Уважать друг друга, в конце концов? Я ведь помнила слова нашей клятвы перед алтарем семь лет назад.

В одно мгновение ничего этого не осталось, Арманд разрушил все.

Когда я шла в его кабинет перед балом, на моих губах играла улыбка. Думала, что муж наверняка решил устроить мне сюрприз – ведь сегодня была годовщина нашей свадьбы.

Что ж… Сюрприз вполне удался. Какой же я была дурой, что ничего не замечала!

За эти годы многое произошло, что уж там говорить. Брак, начинавшийся как политический, между императором и герцогиней из древнего рода, перерос в крепкий союз двух любящих сердец.

В нем не хватало лишь одного – детей. Но у Арманда были двое племянников, которых я воспитала, как собственных детей. Он никогда не упрекал меня в том, что я не смогла подарить ему наследников.

Так думала я.

Так думал мой муж, император драконов.

А потом в его жизни появилась она…

*****

Я вновь посмотрела на мужа, принимая, возможно, самое важное решение в жизни.

Начать все с самого начала. Одной.

Дракон, стоявший напротив, был демонстративно расслаблен, но взгляд темных глаз с ртутным вертикальным зрачком пронзал насквозь, словно пытался угадать мои мысли. Угольно-черные волосы императора были уложены назад, парадный камзол распахнут на мощной груди. Волевой подбородок, ровный прямой нос, чувственные губы, которые сейчас были сжаты с жесткую линию.

– Нет. Я требую развода.

– Собираешься бежать в Лирию, в свой дворец?

– Да.

– Чушь не пори, – прорычал вдруг дракон. – Твой дед, старый герцог Альварес, мертв. Теперь Южное Герцогство под моей властью, ты там никто.

– Я наследница, не забывай!

– Формально, – мужские губы скривились в жесткой усмешке. – Ты прекрасно знаешь, Медея, что женщина не может наследовать титул и управлять землей, единственное, что у тебя есть, это старый, никому не нужный дворец. Ты не протянешь там и месяца – слишком привыкла к сытой, беззаботной жизни.

Слова полоснули меня по живому, потому что Арманд был прав. Древний род герцогов де Сильва прервался: мои родители погибли, когда я была еще маленькая, и меня воспитывал дед. После его смерти два года назад я осталась последней в роду. Титул мог бы перейти моему сыну, но…

Детей у меня не было, хотя я очень их хотела.

– Ты сделаешь все так, как я скажу, – император медленно двинулся в мою сторону, подходя вплотную. Мужские пальцы подцепили мой подбородок, заставляя смотреть прямо на него. – С оракулом не спорят, не мне тебе говорить. Эта женщина будет жить во дворце и, если все сложится, родит мне наследника, которого ты родить не смогла. Смирись.

Мне вдруг показалось, что все это происходит не со мной. Счастливая жизнь рушилась на глазах, как карточный домик, и я не могла сделать ничего, чтобы это остановить.

Развестись или смириться, третьего было не дано.

– Я ждал долгих семь лет, – мужской взгляд медленно очерчивал мое лицо. Пристальный. Пронзительный. Властный. – Но больше ждать не намерен. Мне нужен наследник, и ты это знаешь. Разводиться с тобой и жениться на ней я не собираюсь: с меня довольно женщин, не способных зачать детей. Так что для тебя все останется, как прежде, не о чем переживать.

Не о чем? Он серьезно так считает?

Что я приму постороннюю женщину, которая поселится в нашем дворце, где все эти годы я была хозяйкой. Буду смотреть, как он ее обхаживает на глазах у всех. Терпеть их сочувствующе-злорадные взгляды.

Но, главное, спокойно наблюдать, как они пробуют родить детей.

– Ты уже спал с ней? – вопрос вырвался помимо воли.

Арманд помрачнел, глаза сузились в опасном прищуре.

И… ничего не ответил на мой вопрос, вместо этого бросив холодно:

– Приведи себя в порядок, Медея. Через час начнется бал, на котором я познакомлю вас.

*****

Я шла обратно в свои покои и думала о мужчине, с которым была счастлива целых семь лет. Он был моей жизнью, страстью, болью – мы, южанки, умеем любить очень сильно. И так же сильно, как любим, умеем ненавидеть своих врагов.

Клялся быть рядом, даже если у нас никогда не будет детей. Страстно любил меня по ночам, говорил, что наши судьбы связаны навечно.

Но… Желание продолжить свой род оказалось сильнее любви.

А, может, я просто была удобной женщиной? Взвалила на себя заботу о дворце и всех мероприятиях, проводившихся в нем: обустраивала по собственному вкусу, проводила праздники, встречала гостей. Воспитывала его племянников, к которым ох как не просто оказалось найти подход – сказывалась драконья кровь и подростковый возраст.

Но я в свои двадцать лет, будучи сопливой девчонкой, нашла. Умудрилась сначала подружиться с ними, а потом завоевать авторитет. Берегла наш хрупкий мирок, чтобы сейчас… что? Вот так просто сдаться? Отдать все какой-то неизвестной девице, которая приедет во дворец?

Арманд уверен, что я действительно смирюсь, оставлю мысли о разводе и переезде в Лирию, и мы снова заживем счастливо. Втроем, очевидно. Думает, его угрозы меня испугали, и я не посмею и рта открыть.

– Медея, что случилось? – ко мне бросилась Мария, моя личная служанка. Хотя для меня она была скорее няней, тетей, старшей подругой – дед приставил ее, когда я только родилась.

Поговаривали, когда-то она была его любовницей: фигуристая, с пышными черными волосами и бархатными карими глазами. Сейчас Марии было уже шестьдесят, и возраст начинал брать свое, но она все равно оставалась очень красивой. И верной – качество, что я ценила в людях больше всего.

– Приготовь мне другое платье, из синего атласа, то самое, что шили под цвет моих глаз, – попросила я.

Мария кивнула, я же вышла на широкий балкон, опоясанный белой балюстрадой, и крепко задумалась.

Передо мной раскинулось зеленое море – императорский парк с платанами, соснами и каштанами. Белоснежные беседки оплетали розы самых разнообразных сортов – моя слабость. Самшитовые изгороди и деревянные перголы образовывали лабиринты дорожек, по которым было приятно гулять в летний зной. Особенно я любила фонтаны мраморных дев, держащих в руках каменные кувшины и чаши.

Рай, но даже он был подчинен строгим законам.

В нашем мире поклонялись драконьему богу Холдеру. По легенде, он был первым драконом, разорвавшим грань миров и прибывшим в Астерию. За ним последовали остальные. Много, их были тысячи!

Драконы говорили, что их мир погибал, и попросили у императора людей временного убежища. Он им не отказал, но с одним лишь условием: не вмешиваться в дела людей. Поселил на удаленных землях, где они жили тихо и обособленно.

Поначалу…

А потом просто завоевали нас, поняв, что магия людей не может им противостоять. Рушились города, гибли люди, пытавшиеся отчаянно отстоять свой мир. Но ничего не помогло: драконы были гораздо сильнее, и вскоре трон нашего императора занял главный из них – Холдер, легендарный белый дракон. Их предводитель.

С тех пор прошла тысяча лет, и его давно уже нет, но драконы и мы, люди, почитаем Холдера как нашего общего бога. В честь него построены храмы по всей Астерии: величественные сооружения с колоннами из белого мрамора.

Но и это еще не все. Говорят, Холдер не просто так завоевал наш мир. Его магия была действительно уникальной, и даже сейчас он иногда с нами говорит – через дракона-оракула.

И именно оракул указал на женщину, с которой неразрывно связана судьба императора. Идеальную для него во всем.

А я, видимо, должна отойти в сторону.

– Медея, ты уверена, что хочешь пойти на бал? Может, скажешься больной? – Мария зашнуровывала корсет, поглядывая на меня с беспокойством.

– Туже… еще!

– Ты же не сможешь дышать в нем, опомнись, девочка.

– Справлюсь, – выдохнула я сквозь зубы, вцепившись в резной столбик кровати, как в опору.

– Ты у меня настоящая красавица, не о чем переживать. Ни у кого больше нет таких огненно-рыжих волос, похожих на пламя, и глаз как бескрайнее море. Вот увидишь, твой муж одумается.

Мария была права: моя внешность действительно была необычной для южан, которые в основном были черноволосые и темноглазые.

– У нее есть то, чего нет у меня, помимо возможности иметь детей, – горько усмехнулась я.

– О чем ты говоришь?

– Молодость и новизна.

Служанка лишь покачала головой, расправляя несуществующие складки на моем роскошном платье.

– И мне уже двадцать семь, не забывай.

– Разве это возраст? – возразила она. – В мои двадцать семь у меня отбоя не было от мужчин, я еще и выбирала, кого пустить в свою постель.

– Вот только ты забыла, что у меня этого выбора нет, – я благодарно кивнула ей и направилась к двери, но обернулась через плечо и тихо добавила: – В отличие от Арманда.

*****

Музыка струилась по огромному залу дворца, освещенному тысячами свечей. Хрустальные люстры переливались подвесками, их отблески скользили по мраморным колоннам и золотым лепным фризам. За окном раскинулось синее бархатное небо с бриллиантами звезд.

На императорский бал традиционно съехалась вся знать: драконы и люди, не утратившие своих титулов и влияния. Для меня подобные мероприятия давно стали рутиной: система, которую я выстроила с помощью слуг, прекрасно работала сама. Нужно было лишь держать руку на пульсе и вовремя направлять настроение собравшихся в правильное русло.

Но только не в этот раз.

В воздухе буквально витало напряжение: в хаотичном перемещении гостей по залу, их быстрым взглядам, фальшивым улыбкам. Словно они уже знали или догадывались, что сегодня будет объявлено нечто важное. Тем более, что на троне я сидела одна – Арманда все еще не было.

– Она не стоит того, чтобы ты расстраивалась, Медея, – раздался знакомый голос, и я обернулась.

– Мариус.

Передо мной стоял племянник Арманда – молодой светловолосый дракон в черных кожаных брюках и ослепительно-белой рубашке с широкими рукавами.

– Значит, ты уже знаешь?

– Дядя сказал нам с Джилой только что, – уголки губ парня нервно дернулись. – Сначала я решил, что это какая-то неудачная шутка.

– Хотела бы я, чтобы это было так, – задумчиво произнесла я и спохватилась. – А где твоя сестра?

– Убежала к себе и плачет, – Мариус помрачнел. – Не верю, что он с тобой так поступит. Это бесчестно.

Я мягко улыбнулась – кажется, впервые за этот вечер. Поддержка племянников императора, которых я давно считала своими детьми, была как глоток свежего воздуха.

И в то же время в душе разливалось какое-то смутное беспокойство. Меньше всего на свете я хотела втягивать их в наш с Армандом разлад, играть чувствами, перетягивать на свою сторону. Смогу ли я уберечь молодых драконов от всего этого?

– Я давно уже вырос, – Мариус словно мог читать мои мысли, – и сам в состоянии решить, на чьей я стороне, Медея.

Дракон собирался добавить что-то еще, но в этот момент двери распахнулись, и гости склонились в поклонах, приветствуя своего императора, входящего в зал.