Но я выдыхаю, успокаивая себя. Ладно. Надо немного потерпеть. Скоро этот мудила нагуляется, насосётся, закинется ещё парой стаканов, и мы уедем.

– Ладно…

Сажусь рядом с брюнетом. Он мне улыбается. Его зовут Клим. Он мне кажется вполне адекватным, в отличии от того же Артёма. Мы с ним переговариваемся обо всякой ерунде на типе того, кто где учится, из какого города и т. д.

Но всё время я не могу перестать кидать взгляды на Артёма. Я совру, если скажу, что ничего не ёкнуло от встречи с ним. Он всё такой же, хоть и сильно изменился. Он умеет притягивать внимание. У него очень красивая улыбка, на которую хочется смотреть и смотреть. Даже когда он откровенно насмехается, издевается, его губы как-то особенно привлекательно изогнуты. Я не могу перестать наблюдать за ним исподтишка. И не могу не замечать, как липнет к нему эта блондинка Лана. Они встречаются? Спят? Скорее, второе, потому что Артём не слишком кажется в ней заинтересованным. Больше его прикалывают разговоры с друзьями. Эту девушку он обнимает как будто на автомате, главное – в руках что-то есть. Как антистресс, который между делом наминаешь. Так и он с ней. При этом я вижу между ними интимное напряжение. Они точно трахаются.

И это как флешбэк. Он, такой красивый и классный, она – идеальная от макушки до пят, они вместе, а я –чувствую себя чем-то ниже плинтуса. А ещё очень злюсь. Но только обида здесь не при чём.

Я повзрослела и уже кристально понимаю, что испытывать что-то такое к своему брату точно не нормально. Но какого чёрта я тогда испытываю? Я извращенка? Или это лишь отголоски детства? Как травма? А Артём – мой триггер?

– Будешь что-нибудь пить, Анфис? – громко спрашивает Клим.

Я в очередной раз быстро отрываюсь от созерцания профиля Артёма и смотрю на рядом сидящего парня. Он сидит со стаканом в руке и с улыбкой ожидает моего ответа. Но я не успеваю что-то ответить. Меня опережают.

– Убери от неё алкашку, она ещё маленькая, – Артём смотрит на меня так уничижительно и так неожиданно влезает, словно всё это время как-то мог слышать каждое слово нашего с Климом разговора.

И хоть я хотела отказаться, не могу не ответить.

– Вообще-то, мне есть восемнадцать!

– Вот и будешь пить в своей компании малолеток. Без меня. Я тебя тащить на себе потом не собираюсь!

Тут до меня доходит, что он включил из себя старшего брата. И фыркаю, скрестив руки на груди.

– Больно надо! Ты не можешь запрещать мне что-то делать!

– Хочешь проверить? – подаётся резко вперёд и опирается локтями о колени. В пьяных карих глазах снова появляется тот дьявольский огонёк.

Парни ржут над тем, что Тёма вдруг стал противником ВОЖа (вредного образа жизни) или мамочкой-наседкой; девочки насмешливо наблюдают, как Артём в очередной раз пытается показать, что он – главный, а я – жалкая собачка, которая должна выполнять его команды.

Несколько секунд мы с ним прожигаем друг друга взглядами. Понятное дело, за что мне хочется ему вмазать, но что ему сделала я? Так не рад, что родители заставили возиться с родственницей? Дядя забыл уточнить то, что они живут загородом, и в случае чего именно их сын – моё спасение.

Ага, спасение. Скорее, наказание. Я уже всерьёз думаю, что лучшим вариантом было бы переночевать у общаги на скамеечке.

Даже резко поднимаюсь с намерением уйти. С лица Артёма пропадает вся весёлость, выражение становится мрачным, а плечи напрягаются. Уже открываю рот, чтобы послать его, как рядом со мной вырастает Клим.

– Пошли танцевать…

Парень так прытко утаскивает меня в сторону лестницы, что я понимаю, что случилось, только когда мы уже на первом этаже под лучами стробоскопов и в толпе.

– Что… куда ты меня тащишь?

Парень останавливается и приближается к моему уху.

– Понял, что ты сейчас можешь уйти. А ты ещё явно не успела потанцевать. Не порядок уходить из этого места, не повеселившись. Я, как хозяин этого клуба, не могу закрыть на это глаза.

– Так это твой клуб? – первый мой вопрос, когда Клим отстраняется.

– И моего брата. Мы на пару с ним здесь заправляем. И я как раз отвечаю за развлекательную часть! – подмигивает мне.

Но перед моим глазами всё ещё лицо Артёма. Его взгляд и слова. И что за кретин? Чувствую, как во мне до сих пор кипят эмоции. Хочется вернуться, ответить ему и гордо удалиться, не ждать от него какой-то помощи. Пусть катится! Я забуду всю их семейку, справлюсь как-нибудь сама без сомнительных родственничков, если надо – переночую на вокзале.

Но я насильно отрезвляю себя.

Папа всегда говорил, что эмоции прут вперёд меня. Нужно лишь чуть-чуть подождать, пока разумом я догоню их, и тогда всё станет ясно, а я не буду в следствии жалеть о содеянном.

Улыбаюсь Климу и решаю всё-таки потанцевать с ним. Так время пролетит быстрее. Я остыну. Надеюсь, за это время и этот мудак закончит.

Моё тело тоже начинает дёргаться под хитовый трек. Я не люблю танцевать и не умею, но Клим смотрит на меня так и улыбается мне, будто я как минимум исполняю перед ним фламенко.

Далее я, плевав на всё и вся, просто танцую. День был слишком выматывающим. Кто-то говорит, что танец – это отличный способ разгрузиться, выплеснуть эмоции. Через время у меня как будто даже начинает что-то получаться. Я виляю бёдрами, начинаю немного чувствовать ритм. Пропитываюсь атмосферой всеобщего отрыва. И меня с каждым движением отпускает всё больше. Я впервые в столице, тусуюсь в одном из самых популярных мест этого города. С хозяином этого самого клуба. Всё не так плохо.

В какой-то момент чувствую тело позади себя. Дежавю. Только эмоции вызывает другие. Клим прижимается к моему заду, спине. Вжимается в меня, укладывая обе ладони на мои бёдра. И наклоняется к моей шее.

– Классно танцуешь, Анфис… у тебя отличная фигура, – хрипло звучит у моего уха.

Далее его руки начинают направлять нижнюю часть моего тела в танце. Затем одна рука скользит к животу и поднимается выше, к шее. Дыхание около моего уха очень горячее, тяжёлое. И если поначалу мне кажется, что Клим просто прикалывается, это просто танец и ничего больше, то потом я чувствую, как мне в копчик упирается его член. Парень вжимает меня в себя и начинает двигаться сам, имитируя движения секса под музыку, что я чувствую, как его возбуждённый орган трётся о мою задницу. Вверх-вниз. Лёгкий толчок в меня. От которого меня пронзает током. Но только не тем приятным, возбуждения, а резкого отвращения.

Я разворачиваюсь и толкаю его в грудь.

– Что ты делаешь?!

– А что не так, красотка? – улыбается он, ничуть не смутившись. Приближается снова. – Хочу тебя. По-моему, это очевидно!

– Нет, это не очевидно! У меня есть парень! И Артём тебе голову оторвёт, если ты тронешь его сестру! – сама не знаю, зачем говорю это.

Клим смеётся, откидывая голову.

– Да похер ему. До того, как ты пришла, он говорил обратные вещи, – парень с хитрой улыбкой приближается к моему уху. – Например, что ему навязали больную на голову дальнюю родственницу с каких-то колхозских ебеней. Что ему с какого-то хрена придётся терпеть твоё присутствие в своей квартире. А он очень не любит, когда трогают его вещи. Особенно всякие грязные особи вроде его сестры…

Глава 5.

Я резко отстраняюсь, не в силах больше слушать. Артём правда говорил всё это обо мне своим друзьям?

Поднимаю голову ко второму этажу и почти сразу выхватываю знакомое лицо. У меня неидеальное зрение, но я точно могу различить выражение, с которым он прожигает меня взглядом, стоя у ограды. Как будто один мой вид его выводит. Он правда меня так не переносит? Но за что?

Или некоторым не нужны причины для этого. Он просто мудак. А я просто найду себе другое место для ночлега. Перебьюсь без подушки и одеяла. Лишь бы не находиться с этим под одной крышей.

Во мне так бушуют эмоции, что я не сразу осознаю, что придурок номер два всё ещё обнимает меня за талию и сейчас противно проводит кончиком языка по моей шее. Отталкиваю урода и с отвращением вытираю шею ладонью. Неудивительно, что у моего братца-кретина и дружки такие же.

– Неправильно выразилась в первый раз. Ещё раз тронешь – и я сама уложу тебя, понял?!

Я уже разворачиваюсь, чтобы уйти, но парень меня задерживает грубой хваткой за руку.

– Уложи прямо сейчас, детка. Я не против! – с улыбкой дёргает на себя, и это его фатальная ошибка. Не раздумывая, я взмахиваю ногой и бью парня стопой в грудь.

В грохоте музыке я не слышу, как он выплюнул свои лёгкие, но прекрасно вижу, что он уже пожалел о неправильно выбранных перспективах на ночь. Клим только благодаря танцующим позади не свалился на пол. И, пока люди соображают, что произошло, я сбегаю.

Я на таких эмоциях, что почти ничего перед собой не вижу. Сердце колотится где-то в глотке, хочется свежего воздуха. Мозг, изрядно высосанный за такой тяжёлый день, лихорадочно крутит мысли, где лучше переночевать: на вокзале, у общежития или сразу у универа. Может быть, таким образом кто-то из ректората заметит бедную студентку, которую они оставили без крыши над головой и, сжалившись, они выделят для меня спальное место?

Миновав толпу, я выхожу в коридор, ведущий к выходу. Я уже почти на свободе, но вдруг меня резко хватают за локоть и дёргают назад. Я несильно врезаюсь в стену лопатками и впиваюсь ошарашенным и злым взглядом в Артёма напротив. Он в бешенстве. И очень пьян.

– Куда собралась? – гонит на меня, нависая сверху. – Неужели дорогая сестрица натрясла, наконец, своей задницей? Я даже подумал, ты так организуешь себе новый ночлег. Чё же не добила? Устинов, я уверен, не отказал бы за такие старания.

Это он о моей танце с Климом? Придурок.

– Подальше от своего шизанутого братца! Вообще-то из-за тебя я здесь… идиот, – шиплю и пролезаю под его рукой.

Но Артём снова меня ловит за локоть. Пьяный, а с ловкостью всё в порядке.

– Стоять, я сказал.

– Отстань! – пытаюсь вывернуться. Я бы подробно объяснила ему, куда он должен пойти после всего, что я услышала от его друга, но, боюсь, в таком состоянии он вряд ли сильно поймёт меня.

Хватка Артёма внезапно пропадает. Он вскидывает ладони вверх и косо ухмыляется, пошатнувшись.

– Ладно. Я собирался ехать на квартиру. Но если ты так хочешь ночевать на улице и быть выебанной какими-нибудь отморозками, мешать не смею, сестрёнка…

Артём опускает руки, поворачивается и нетвёрдой вальяжной походкой начинает двигаться в сторону выхода. И правда оставляет меня. Даже не оглядывается…

Ну что за чёртов ублюдок мой брат???

Мне требуется минуты три, чтобы начать шевелиться. В голове я прокручиваю, каким способом отомстила бы ему, поменяйся мы местами. Этот человек тот, кому бы я никогда не протянула руку помощи. Просто потому, что он скотина и не достоин её. Я бы смотрела на него, как он молит о помощи, и смеялась бы в голос.