А ведь Пьер обещал мне сказочную жизнь в день нашей свадьбы! Только я забыла уточнить, какая роль мне отведена в этой сказке. Похоже, я – эпизодическая героиня, которая никому неинтересна и не нужна.

К счастью, мне есть куда пойти, на улице не останемся. От родителей мне достался двухэтажный дом с лавкой. Вот только там давно никто не жил. За время отсутствия хозяев дом стал холодным и мрачным, а еще его облюбовали пауки.

Пьер лично подвез нас в карете до города. Проводил! Лучше бы он маме своей возразил, заступился за детей, но нет, на это у него смелости не хватило. Я смотрела на мужа и не понимала, что нашла в нем восемь лет назад. Молодая была, глупая.

Слуги занесли в дом сундуки с вещами, а следом вошла я с детьми и мужем.

– Здесь довольно мило, – оптимистично заявил Пьер.

– Здесь ужасно, – возразила Агнес. – Папа, ты не можешь оставить нас в доме с пауками! Я их не выношу, ты же знаешь.

Пьер скривился, словно от зубной боли. А ведь это его дочь. Или в этом он теперь тоже сомневается?

– Я буду часто вас навещать и привозить подарки, – заявил он.

Откупиться решил? Как будто подарки компенсируют общение с отцом! Я почувствовала, что снова закипаю. Пока не случилось непоправимого, я поспешила проводить Пьера до двери. А точнее, выпроводить.

– Я буду высылать средства на жизнь, – пообещал муж напоследок.

Как я сдержалась, известно только богам. Наконец, Пьер сел в карету, и я выдохнула. Пора сосредоточиться на главном – на детях. Все четверо сбились в кучу посреди гостиной и испуганно смотрели по сторонам.

– Дом не в лучшем состоянии, я знаю, – сказала я им. – Но это потому, что его давно никто не любил. А без любви все чахнет – и человек, и цветок, и даже дома. Но нам под силу это исправить.

– Как же нам показать дому нашу любовь? – нахмурился Джед – рыжий повелитель огня.

– Уборкой! – заявила я, и дети дружно застонали.

В поместье отца они привыкли, что все делают слуги. Что ж, об этом придется забыть. На слуг у нас нет средств. Но физическая работа пойдет четверняшкам на пользу.

Первым делом мы смели пыль и паутину. Потом отдраили полы, а следом затопили камин. И вот уже дом стал уютнее. Дети вымотались за день, а мне еще предстояло закупить продукты, приготовить ужин, всех накормить, согреть воду для купания, вымыть детей и уложить спать.

Когда четверняшки уснули, я без сил рухнула на мягкий подоконник у окна. Вот это был денек! Все, чего я сейчас хотела, принять горячую ванну и лечь в кровать, но многодетной маме некогда расслабляться.

Завтра же Новый год! А дом совсем не украшен. Дети проснутся утром с ожиданием праздника, а его нет. Я не могла этого допустить. Им и так тяжело. Так что я отправилась за новогодними украшениями. Атмосфера праздника поднимет всем настроение.

Я потратила минут двадцать, чтобы найти лавку с игрушками. Прежде я ее не видела. Впрочем, я давно не жила в этом районе и вообще редко бывала в городе. Сельская жизнь в поместье полностью меня устраивала. До недавнего времени.

Я набрала целую гору игрушек, гирлянд, цветного дождика, и уже пошла расплачиваться, как вдруг заметила его – восхитительный шар на елку, расписанный вручную.

Меня привлек странный рисунок. Город, поразительно непохожий на все, что я когда-либо видела. Высокие дома тянулись к небу, окна горели разноцветными огнями, а по улицам ездили кареты без лошадей.

Не моргая, я смотрела на рисунок и в какой-то момент почудилось, что он двигается. Я даже расслышала нетерпеливые гудки, а потом мелькнуло мужское лицо, словно отразившись в шаре.

Отпрянув, я часто заморгала. Привидится же такое! На всякий случай оглянулась, но вокруг никого не было, я – единственный посетитель лавки, не считая продавца. Но он ни капли не похож на того мужчину. Не могло в шаре быть никакого отражения.

– Нравится? – спросила старик-продавец.

– Да, очень красивый, – пробормотала я, все еще не до конца придя в себя.

– Забирайте, он ваш.

– Вряд ли он мне по карману… Такая искусная работа должна стоить очень дорого.

– Это подарок оптовому покупателю, – подмигнул он, намекая на гору выбранных мною игрушек.

Вот только они были дешевые. Шар стоил дороже их всех вместе взятых, но старик настаивал, и я почему-то не смогла отказать. Шар будто манил меня. Странный, непонятный, но тем и притягательный. Я забрала его домой.

Глава 2

Зависть. Жгучая и самая что ни на есть черная. Именно ее Андрей испытывал к своим друзьям. Все они сейчас дома, празднуют новый год в кругу родных, а он в каком-то клубе, название которого даже не помнит, мучается головной болью от невыносимо громкой музыки и вспышек софитов. Не так он мечтал отметить Новый год.

Но у его жены Лиды были свои планы. Блогерша и тусовщица она обожала шумные вечеринки, ночные клубы, гулянки. Вот только Андрею уже тридцать пять, он устал от безудержного веселья. Хочется простого семейного счастья и детей давно пора завести.

– Ну чего ты сидишь такой кислый? – подлетела к нему Лида.

Выглядела она, как всегда, безупречно. Обтягивающее короткое платье, зеленое, потому что это год змеи и встречать его надо именно в этом цвете. На губах алая помада, волосы идеально уложены, и пахнет от нее потрясающе. Но почему-то глядя на нее, Андрей испытывал лишь раздражение. Пять лет вместе, а что толку.

– Я устал, и голова раскалывается. Поехали домой, – сказал он.

– Ты что? Вечер только начался! Что дома делать? Есть оливье и смотреть «С легким паром»? – поморщилась она. – Это отдых для скуфов.

За безумным тыц-тыц, бьющим по мозгам, Андрей едва слышал ее голос, но общий смысл уловил.

– Выходит, я скуф, – встав из-за столика, заявил он. Андрей даже толком не знал, что означает это модное словечко, но просто уже все достало.

– Умоляю, не начинай. Сегодня праздник, давай не будем ссориться, – Лида повисла на его руке.

– Я устал, – повторил он с нажимом. – Всю неделю я работал, как проклятый, чтобы закрыть год, и сейчас хочу просто спокойно отдохнуть в кругу семьи.

– Ну какой у нас круг? Только мы двое.

– Вот именно! Я давно твержу, что пора завести ребенка.

Андрей понимал, что клуб не подходящее место для подобного разговора, но накопилось.

– Мы это уже обсуждали, – Лида сразу отпустила его руку и отодвинулась. – Я не готова к детям. Мне всего тридцать, беременности испортит фигуру и здоровье.

– Тебе уже тридцать, Лида, а мне под сорок. Если не сейчас, то когда?

– Может быть, лет через пять, я не знаю…

– Понятно, – кивнул он. – Я еду домой. Ты со мной?

Лида отступила на шаг. Остается. Андрей не стал уговаривать, развернулся и пошел к выходу. Хватит с него на сегодня шумной вечеринки. Лучше встретить новый год одному, чем среди чужих людей. В толпе одиночество ощущается еще острее.

Такси в новогоднюю ночь, конечно, стоило безумных денег, но Андрей выпил и не стал рисковать. Мимо проносились дома, увешанные гирляндами. Вывески магазинов пестрели яркими красками. Повсюду праздник, всем весело, а ему тошно.

– Остановите здесь, – неожиданно попросил Андрей.

– Уверены? До точки еще несколько минут, – уточнил таксист.

– Я дойду пешком. Хочу прогуляться.

На самом деле, его привлекла витрина магазина. Андрей не помнил, чтобы прежде его видел. Даже не магазин, а лавочка. Но какие в ней новогодние игрушки! Просто невероятные. Настоящая ручная работа. Роспись настолько тонкая, что каждый рисунок можно разглядывать часами.

Именно этим он и решил заняться. Вошел в магазин, колокольчик тихо звякнул над головой, и старик-продавец приветственно улыбнулся.

– У вас потрясающие игрушки, – похвалил Андрей. – Сколько стоит этот?

Он указал на красный шар с санями Деда Мороза, запряженными тройкой.

– Этот вам не нужно, – заявил старик. – Возьмите лучше другую игрушку. Она идеально вам подходит.

Он протянул ему голубой шар с изображением старинного города. Невысокие дома под черепичной крышей, дым из труб, уютное освещение улиц, кареты. Андрей покрутил шар в руках и чуть его не выронил. Все потому, что в нем мелькнуло женское лицо. Но поблизости не было ни одной женщины. Померещится же такое!

– Ого! – вздрогнул он. – Там как будто кто-то есть…

– Я же говорю, эта игрушка идеально вам подходит, – улыбнулся старик. – Берите. Она ваша.

– Сколько я должен? – Андрей полез в карман за карточкой.

– Это подарок, – отмахнулся старик.

– Раздаривая товар даром, вы быстро прогорите, – усмехнулся Андрей.

– Я дарю их только тем, кому нужно, – пояснил старик. – А вам очень нужно, я вижу. Берите.

Андрей не понял, как оказался на улице с игрушкой, за которую не заплатил. Зачем она ему? Они с Лидой даже елку не ставили. А вот бутылка, за которой он зашел в соседний отдел, очень ему нужна. Просто необходима!

Он вернулся в пустую квартиру – с двумя стеклянными изделиями. Первым делом распечатал бутылку и сделал приличный глоток прямо из горла. О разводе думать не хотелось, но, похоже, придется. Слишком разные у них с Лидой взгляды на жизнь. Он скорее состарится, чем она нагуляется.

Бутылка подошла к концу, когда он вспомнил об игрушке. Взял шар и нетвердой походкой двинулся по квартире.

– Куда же тебя повесить… А хоть бы и сюда!

Выбор пал на торшер. С третьей попытки Андрею удалось закрепить шар на одной из завитушек дизайнерского осветительного прибора. Между прочим, выбор Лиды. Торшер с игрушкой были как из разных миров и совершенно не сочетались. Вот так и они с Лидой не подходят друг другу.

Вроде в Новый год принято загадывать желание, но бой курантов Андрей пропустил. А потому загадал его, цепляя шарик на завиток.

– Хочу нормальную семью, – пробормотал он заплетающимся языком.

А потом добрел до ближайшего кресла, рухнул в него и отключился.

Глава 3

На втором этаже дома в районе детской что-то громыхнуло. Дети проснулись раньше, чем я рассчитывала. Я как раз заканчивала с украшением к Новому году и вешала подаренный шарик на еловую лапу.

– Хочу нормальную семью! – практически взмолилась я вслух.

Грохот раздался снова, да такой силы, что дом содрогнулся. Я вздрогнула, и шарик выскользнул из пальцев. Дзынь! – разбился он на мелкие осколки. Не собрать. До чего обидно… Игрушка мне нравилась.

Последней каплей стала вода, просочившаяся сквозь деревянные перекрытия потолка. Агнес опять применила магию! Именно моей единственной дочери откликается водная стихия.

– Ну все! – крикнула я. – Мое терпение лопнуло. Я поднимаюсь в детскую, и лучше бы вам убрать ее до моего прихода. А то вместо любящей матери вы будете иметь дело с фурией.

Угроза прозвучала скорее для проформы. Еще бы ее кто-то испугался! Дети давно привыкли, что мама превращается в чудовище. Но в каком бы облике я не была, навредить им никогда не смогу. Они это знали и всячески этим пользовались.

Накануне вечером я организовала спальню для детей в самой большой комнате на втором этаже, передвинув туда кровати из гостевых. Распахнув дверь в эту импровизированную детскую, я застала картину маслом – подушка на одной из кроватей дымится, еще две залиты водой, а последняя – присыпала землей.

– Прежде чем ты начнешь меня ругать, – заявила Агнес, – прошу учесть, что я всего-навсего тушила пожар, учиненный Джедом. Если бы не мы с Эшли, дом бы сгорел, и нам снова негде было бы жить.

– Я не виноват, – тут же произнес Джед. – Это был спонтанный выброс магии, вызванный повышенным стрессом от проблем в семье.

Иногда я жалела, что мои дети умны не по годам. Им всего семь, а говорят как взрослые. Гении! Именно так о них отзывались в школах, а затем просили перевести их в другое образовательное учреждение, потому что справиться с сорванцами не мог никто, даже я.

Слишком сильная магия в купе с умом, сообразительностью, хитростью и взаимовыручкой в любой ситуации сделали из них практически неуловимых проказников.