Имелись и другие преимущества. Река, протекающая внутри горы Тонитры, снабжала за̀мок питьевой водой даже во время осады. А через расположенное неподалеку ущелье проходила короткая дорога на ту сторону Алтесского хребта, позволяющая быстро перебраться дальше на север. Именно по этим причинам король беспокоился о состоянии замка. Это место могло стать спасительным кругом на случай новой войны.

Впереди шёл Глен, освещая залы масляным фонарём. В отличие от нижних протопленных помещений здесь царила сырость и прохлада. С улицы был слышен ветер, разносящий дождевые капли по стеклу высоких окон. Каждый порыв отдавался глухим стуком и дребезжанием задвижек деревянных рам. В одной из соседних комнат журчала вода. «Мистер Миддл явно знал, о чём говорил. Крыша сильно протекает», – отметил начальник Королевской гвардии.

Ступающая рядом принцесса вновь посмотрела на Кристофера. Он ответил ей тем же. В этот раз девушка не отвела взгляд. Дракон решил воспользоваться моментом и завести диалог.

– А расскажите больше о вашей магии? Что вы ещё умеете, Ваше Высочество?

– Ну, на самом деле вся моя магия связана с водой, а точнее, с жидкостями. Замораживать, испарять, кипятить. Это довольно примитивно, но полезно в домашних делах, – нервно улыбнулась принцесса.

– Почему примитивно? При должной тренировке, ваши умения пригодились бы и в военном деле.

– Я бы не хотел, чтобы Её Высочество участвовала в сражениях. Я надеюсь, что не для этой цели её забирают, – вставил Глен.

– Это уж как пожелает Её Высочество, – пожал плечами Кристофер.

Приёмный отец Алиты ничего не ответил, а вот принцесса неожиданно сделала шаг в сторону дракона, чтобы идти ближе к нему.

– Значит, я смогу заниматься тем, чем захочу? – прозвучавший вопрос заставил дракона задуматься.

Какие же мысли таились в симпатичной голове девчонки? Каков же на самом деле её интерес? Не скрывалось ли под милым смущённым личиком, что так привлекало его, жестокость и лицемерие?

– В рамках закона и приличия, – ответив, он проследил за её реакцией.

Алита выглядела обрадованной и, не скрывая улыбки, о чём-то размышляла. Она шла и смотрела на пламя, которое отблеском играло в её глазах. В мягком оранжевом свете белоснежные пряди стали позолоченными. Кристофер невольно залюбовался неординарной красотой девушки.

– А чем вы занимаетесь в замке? Я так понимаю, вы никогда его не покидали, – Кристоферу хотелось узнать о ней как можно больше, прежде чем вести в Королевский дворец. Ведь Арис ясно сказал о необходимости убедиться в добрых намерениях сестры.

– Прядение. В местном городке это самый популярный и самый прибыльный способ заработка. Скупаем шерсть у овцеводов и прядём мотки на продажу. Неплохой доход и возможность работать, не покидая замка.

– А леди Лорэна не присылала содержания?

– Нет, – ответила Алита, нахмурив брови.

– Она присылала деньги несколько раз, когда Алита была ещё совсем маленькой, – добавил Глен. – Но, когда ей исполнилось пять, мы больше не получали никаких писем от леди Лорэны. Мы сами заботились о приёмной дочери.

– Вы очень хороший человек, мистер Миддл, – кивнул Кристофер.

Они прошли в следующую залу, где сильно тянуло холодом. Хранитель высоко поднял фонарь, чтобы рассмотреть разрушения. Кристофер же осветил помещение при помощи магии. Один за другим он раздувал магические сферы в сложенных ладонях и отправлял их в полёт. Парящие в воздухе огненные шары диаметром примерно шесть дюймов ярко светили во тьме.

Часть стены вместе с крышей обрушилась внутрь просторного зала, где, видимо, в забытом прошлом устраивались танцы или ещё какие развлечения. Глен начал осматривать завалы, выйдя под моросящий дождь.

– А ветер не унесёт их? – спросила Алита. Судя по взгляду принцессу переполнял восторг. Она неотрывно глядела на летающие огоньки.

– Нет. На магические объекты может воздействовать только магия. Чтобы его унесло, нужен искусственно созданный ветер, – объяснил Кристофер, продолжая наблюдать за ней.

Драконица осторожно протянула руку к огненному шару и дотронулась пальцем, и тот лопнул, как мыльный пузырь.

– Ой, – виновато произнесла принцесса.

– Ничего страшного. Прошу вас, отойдите в сторону. На вас капает с потолка.

Кристофер подал руку ладонью вверх, предлагая помощь. Алита застенчиво посмотрела на него и неуверенно приняла предложение. Начальник гвардии едва сжал её длинные тонкие пальцы и потянул на себя, сделав при этом пару шагов назад. Дракон вновь уловил приятный аромат и дольше положенного держал её за руку, до того ему было приятно.

– Алита, смотри, что я нашёл, – позвал Глен, и волшебное мгновение прервалось. Хранитель отбросил пару кусков черепицы и поднял свиток. – Кажется, ещё один.

Он выпрямился и, подойдя, передал драконице промокший пергамент, который в одно мгновение стал сухим так же быстро, как и брюки Герберта. Не церемонясь, принцесса сбросила водяной шар на пол.

– Ещё один свиток, как если б кто-то спрятал их по всему замку, – задумчиво проговорила она, нахмурив лоб.

Кристофер бросил взгляд через её плечо. Неровные размашистые буквы сливались в слова, а те, в свою очередь, в сплошной текст, практически лишённый пробелов.

– Надо быть знатоком древнего языка, чтобы разобрать это. А есть ещё и другие свитки? – Дракон посмотрел на Глена, но хранитель не успел ответить. Его опередила драконица.

– Да, мы нашли ещё два. Почерк тот же. Так написано, что невозможно разобрать, – грустно сказала Алита, дёрнув плечами.

– Вам холодно? Давайте возвращаться. А свитки возьмите с собой во дворец. Я уверен, что найдутся те, кто заинтересуется находкой и поможет с переводом.

– Хорошая идея, – поддержал Глен и двинулся в сторону лестницы. – Пойдёмте вниз, согреемся.

– Да, – кивнула принцесса и свернула пергамент дрожащими руками.

Глава 5

Сидя за туалетным столиком, Алита расчёсывала волосы. Раз за разом она проводила гребешком по длинной пряди от корней до вьющихся кончиков. На деревянной поверхности, около овального зеркала, стоял литой подсвечник. Вставленная в него свеча сгорела лишь на четверть. Взгляд драконицы, казалось, был устремлён на одинокое пламя, но расфокусирован. Она совершенно не замечала колебаний огня.

Не моргая, Алита смотрела перед собой и улыбалась. В сознании проигрывалась сцена, где Кристофер желал ей спокойной ночи. Воспоминание о его взгляде и брошенной напоследок улыбке заставляло сердце стучать быстрее.

Раздавшийся короткий стук прервал размышления. Отложив гребень и поднявшись с табурета, драконица подошла к дверному проёму. Она коснулась пальцами вставленного в замочную скважину ключа и взволнованно спросила:

– Кто там?

– Это я, – настороженно ответила матушка. – Надо поговорить.

Не спеша, Алита повернула ключ. Учитывая события сегодняшнего дня, причиной столь позднего визита могло послужить что угодно. Заметив хмуро сдвинутые брови и плотно сжатые губы Марты, драконица поняла: предстоящий разговор будет не из приятных.

Торопливо прошагав вглубь спальни, женщина оглядела комнату. Как если б в первый раз оказалась в этом помещении. Алита с интересом наблюдала за поведением Марты. Подобные действия были нехарактерны для приёмной матери. Уже и не зная, чего ожидать дальше, драконица начала нервно перебирать складки ночной сорочки.

– Вижу, ты уже переоделась. – Марта старалась говорить как можно спокойнее, но Алита расслышала суровые нотки в голосе. Матушка плавно уселась в кресло возле камина, расправив юбку нарядного платья бордового цвета, которое всё ещё было на ней. – Прикрой дверь, пожалуйста.

Прозвучавшая просьба вывела из замешательства. Драконица заперлась и прошла обратно к туалетному столику. Взяв табурет, она поставила его напротив Марты. Так они могли видеть друг друга при разговоре.

– Алита, извини, я устала и потому не буду, да и не хочу ходить вокруг да около. Я сожалею, что до сегодняшнего дня мы почти не разговаривали на тему мужчин и прочего… Я не думала… – женщина замялась, опустив взгляд.

– Ты не думала, что я когда-нибудь покину за̀мок, – подсказала Алита. – Я тоже.

– Да, но… Алита, это было заметно всем. Твоя симпатия, твои взгляды. Так нельзя.

В голове моментально появился вопрос: «Почему?» Но драконица не озвучила его. Она уставилась в пол и продолжила перебирать трясущимися от волнения пальцами край кружевной сорочки.

– Я не ожидала от тебя такого. Что же будет, когда ты появишься при дворе? Ты будешь влюбляться во всех подряд? – Марта повышала голос, продолжая задавать неловкие вопросы. Алита ничего не отвечала, так как прекрасно знала: какой бы ответ ни дала, матушку это не остановит.

– Говори тише, пожалуйста. Нас могут услышать.

– Вот что тебя волнует. Что я отчитываю тебя? Что повышаю тон?

– Я не хочу, чтобы наш разговор кто-нибудь услышал, – драконица виновато посмотрела в раскрасневшееся лицо Марты. Ей хотелось, чтобы матушка поскорее ушла.

– Алита. Это всё глупости, ты совершенно не знаешь жизни. Ты только читала о ней в книжках, но это совсем другое. В жизни много лжи. Нужно быть осторожнее, иначе тебя могут использовать, обмануть. Ты просто представить себе не можешь, как с тобой могут обойтись, если ты доверишься не тому.

Дальше драконица уже не слушала, хотя матушка старалась изо всех сил пояснить, как устроен мир за пределами Громового за̀мка. Она в красках описывала ту жизнь, которую видела, работая в Эрте – родовом замке чёрных драконов, не скупясь при этом на подробности. Но Алита лишь улавливала обрывки фраз, глядя на языки пламени и стыдясь.

Наконец, когда поток отвратительных по содержанию рассказов иссяк, а драконица уже испытывала к себе и своим поступкам крайнее отвращение, Марта поднялась с кресла и обняла приёмную дочь.

– Ты должна понять, я очень переживаю за тебя. Я не могу поехать с тобой завтра. Я не писала об этом королю в ответном письме и не могу явиться вот так. Да и обязанности хранительницы никто не отменял. Поэтому ты поедешь одна, как и задумывалось. Прости, если наговорила лишнего. Спокойной ночи тебе. – Женщина всегда напоследок извинялась: для вида или же действительно чувствовала себя виноватой, драконица наверняка утверждать не могла.

Как только матушка ушла, Алита вновь закрылась на ключ. Радостное щекочущее чувство в груди исчезло, на смену пришла горечь разочарования. Затушив свечу, драконица забралась в кровать. Её мучила совесть за своё неподобающее поведение. Хотелось извиняться, но вот перед кем и, главное, за что, она не знала. Весь разговор с Мартой, если этот монолог можно было так назвать, она держалась. Но теперь к горлу подступил ком, и слёзы потекли ручьём, оставляя мокрые дорожки на щеках.

Проспав всего пару часов, Алита проснулась в обнимку с одной из подушек. Первая мысль была о нём, и девушка тут же уткнулась в мягкую поверхность, вспоминая улыбку начальника гвардии. Стиснув наволочку пальцами, драконица повернулась на спину и уставилась на деревянный полог кровати. В голове хаотично бегали мысли. Паника сменялась внезапной радостью, а затем вновь накатывало чувство страха. Как только ей удавалось хоть немного успокоиться, перед внутренним взором возникали запомнившиеся образы. Вот Кристофер сидит напротив неё, вот идёт рядом, вот бросает на неё взгляд, вот она касается его руки… Подобные прикосновения вызывали лишь улыбку, а в груди разливалось доселе неизведанное тепло.

Алита приподнялась на кровати и подумала о разговоре с Мартой. Как и полагалось женщине со строгими взглядами, она не одобрила подобного поведения. И разумом драконица понимала, что матушка права, но внутри бушевало какое-то иное чувство, заставляющее не верить словам хранительницы и желать новой встречи.

Алита поднялась с кровати и приоткрыла окно. Холодный воздух ворвался в комнату, заставив её поёжиться и накинуть тёплый халат.

– Я снова думаю о… нём, – она не смогла произнести имя вслух, словно оно стало чем-то запретным.