В доме Читтапона было много вещей, которые выдавали его деятельность. Огромная зеркальная комната для танцев – не единственная подсказка, что в доме живёт артист. В гостиной первым делом в глаза бросался мозаичный узор, охвативший всю стену. Не нужно было напрягать зрение и думать, что там изображено. Всё было предельно ясно. Узор демонстрировал пальцы музыканта, искусно перебиравшие струны гитары. Увидев мозаику впервые, я не могла отвести взгляда. Настоящее произведение искусства! Я уж умолчу о музыкальных инструментах в доме – рояль в отдельном зале, гитары, синтезатор.

Мой муж был против телевизоров. Но это не значило, что он не любил смотреть фильмы или концерты. Просто он считал, что такие вещи нужно смотреть на большом экране и с хорошим звуком. Именно поэтому в его доме можно найти проектор и выдвигающийся экран.

Неизбежно огромное количество коммутации – грусть и безутешная данность для его служанок, которым приходится убираться в доме. Я уже раз предложила Читу обзавестись специальными контейнерами для проводов с отверстиями. Папа с детства приучал нас прятать провода, чтобы не спотыкаться о них. Но Читтапон пока не прислушивался к моим советам. Отчасти это обижало меня, ведь он привёл меня сюда в качестве своей жены, а расставаться с холостяцкими привычками даже не думал.

Ах, да! Я забыла упомянуть о специальной комнате, где можно найти неимоверное количество подарков его поклонниц – портреты, с любовью написанные в разной технике; там поселились даже фигурки из папье-маше, которые превращали комнату в самый настоящий музей. Читтапон выбирал поистине хорошие работы, которые отлично вписывались в интерьер. Всё остальное он хранил в ящиках комода, находящегося в той же комнате. От скуки я пыталась отыскать письма на английском, чтобы узнать, что пишут ему фанатки. Но все они были написаны на корейском. Возможно, любопытство поможет поскорее выучить язык.

Мама заставила снять видео. И вот однажды утром под удивлённые взгляды слуг я целенаправленно двинулась к воротам, которые стали началом моего мини-фильма «Вилла Читтапона Ли» для мамы. Садовник и чистильщики бассейна не смели глазеть на меня, но я видела, как они косились в мою сторону, стоило только отвернуться.

Я показала маме крытый и открытый бассейны, благородные статуи, клумбы и аккуратно постриженные кустарники. Посреди всей этой красоты располагался изысканный фонтан. Сад здесь как миниатюрный мир. Я воспринимала его по-особенному, помня о том, что здесь не может быть одной точки обзора. Корейские дизайнеры создают свои шедевры, черпая вдохновение в ландшафтах дикой природы. В молчании и спокойствии духа я постигала истинную гармонию. Все составляющие ландшафта огромного сада, соседствующие друг с другом настолько различны, что помогают каждому вошедшему обнаружить для себя множество образов. Я живу здесь уже пару недель, но каждый раз воспринимаю их по-новому, пропуская через призму эмоционального состояния. В саду Читтапона Ли бал правили не цветы и газоны, а камни и вода, затем – деревья и бамбук, и в последнюю очередь в ход шли строения.

– Чит говорит, что камни символизируют тело Земли, силу рождения и созидания, – говорила я в камеру. – Вода, в свою очередь, – её жизненный дух, безмятежность и разум.

Нола была в восторге от моего рассказа. Ей было так же интересно полюбоваться на неповторимый, загадочный и глубоко символичный сад.

Когда мы вечерами прогуливались с Читтапоном по его владениям, он рассказывал очень много интересного. Например, что одним из любимых растений корейцев являлась сосна, символ долголетия. Магнолии – символы достатка. А ещё в его саду росли рододендроны и примулы. Но основной цвет сада все же зелёный.

Завершила я свой показ на верхней террасе, откуда можно было созерцать всю панораму сада.

После такого яркого видео, мама решила затеять ремонт у себя, чтобы создать нечто похожее. Да, она была восхищена! Даже я, равнодушная к подобным вещам, наслаждалась красотой и величием этого места, легко отключаясь от внешнего мира. Здесь создавалось настоящая бесконечность времени. Я не чувствовала себя стесненной, наоборот, здесь я обретала спокойствие и умиротворение.

~~~

Я увидела их в окно. Читтапон вышел к ним на встречу. По идее, я тоже должна была присутствовать там, но я схитрила: сказала, что ещё не готова. Сидела в комнате с пудреницей, горя от волнения, и молилась, чтобы ланч чудесным образом отменился.

Но ничего не отменилось.

Троица приехала на одной машине. Я тут же окинула своим профессиональным взглядом тачку, быстро отметила её плюсы и минусы, коих оказалось совсем мало, затем уже обратила внимание на его друзей.

Впереди шёл брюнет в чёрной кожаной куртке. Они обменялись с Читом приветствием, затем мой муж обнялся с крашенным блондином, которому пришлось выпустить руку темноволосой азиатской красотки. «Корейская Клеопатра» – так я ее прозвала, потому что она носила ровную чёлку и ярко красилась. На девушке было короткое розовое платье с поедками. Я подумала, что такой наряд больше подходит для клуба, но не на ланч. Однако не придала этому большого значения, ведь я не знакома с корейской культурой. Тем более, Чит говорил, что она известная под-звезда, а у них своя собственная мода.

Правда, я в своих джинсах-дудочках и коротком белом топе выглядела теперь слишком скромно на её фоне.

– Элора! – позвал меня с лестницы Читтапон.

Я подлетела к зеркалу, провела помадой по бледным губам, затем подмигнула себе и вышла.

Они пристально смотрели на меня. На секунду я даже почувствовала себя неведомой зверюшкой с хвостом и тремя головами. Поймав руку Читтапона, мне стало легче. Я смастерила любезную улыбку на лице и бросила неформальное: «Приветик!». На их лицах не дрогнул и мускул.

– Моя жена Элора, – сказал Чит, пытаясь разрядить напряжение. – Милая, это мои друзья. Вон, – он показал на темноволосого парня в куртке. Тот протянул мне руку.

– Рад знакомству!

Его рука была тёплая, сухая, а прикосновение до безобразия приятное. Парень показался мне симпатичным, и я подумала так не от того, что ищу приключений на свой зад. Просто я любила разглядывать людей. Тем более, в корне отличных от меня.

– А это, – очередь дошла до блондина, – Тхэ Мин и его девушка Ким.

Они оба кивнули, но меня не покидало чувство, что они не очень рады меня видеть. Их лица напоминали фарфоровых человечков. Знали бы они, каким образом я попала сюда, то, уверена, изменили бы неправильное мнение и направили своё недовольство на друга.

А ещё эти супер замудренные имена! Ким я запомнила, а с парнями оказалось не так просто. Придётся попотеть, чтобы запомнить их. Во время ланча я то и дело нагибалась к Читу, чтобы он напомнил мне имена, на что он улыбался и просил меня не беспокоиться.

– Раз ты смогла запомнить моё имя, то и эти запомнишь, – сказал он, потрепав меня за щёку.

Пообедав, мы вышли в сад. Парни отсоединились от нас, у них были свои темы для разговоров. Я иногда поглядывала в их сторону. Читтапон выглядел счастливым, улыбка не сходила с его лица. До моего уха долетали корейские фразы, звуки которых сливались в один неразборчивый звук. Возможно, в один прекрасный день я смогу их понять.

Ким молча разглядывала меня, потягивая мартини.

– Как вы познакомились? – резко спросила она.

А ведь мы не обсуждали с Читтапоном этот вопрос. И что теперь отвечать?

– Наше знакомство самое неинтересное, о чём можно рассказать, – отчеканила я, затем перевела стрелки на другую тему. – А вы давно дружите?

– Да, – кивнула она, как-то невесело бросив взгляд в сторону парней. – Иногда мне кажется, что мы все – одна семья.

– Читтапон много рассказывал о вас. – Тут я слукавила, он не успел рассказать о них много, но должна же я отличиться.

Ким усмехнулась. У неё был надменный вид. И даже когда она ставила бокал с мартини на столик, её движения были медленными, ленивыми. Потом она откинулась на спинку стула, забросив ногу на ногу.

– Странно.

– Что странного?

– То, как ты его называешь. Близкие друзья зовут его Чит. Никто не называет его полным именем. Ты вроде как жена… вот и странно.

В эту минуту на душе стало скверно – люблю я его или нет, хоть и вышла замуж насильно, хоть и легла в его постель, потому что хотела спасти подругу и отца, всё равно не хочется выслушивать от его друзей подобные замечания.

~~~

– Вот ты где.

Читтапон нашёл меня на террасе. Мне нравилось сидеть здесь и смотреть на сад, особенно в моменты, когда очень грустно.

Он сел рядом со мной в просторное кресло-качалку. Я убрала в сторону подушку, чтобы ему было удобнее. Улыбнувшись, Чит приобнял меня за плечи, и я тут же прильнула к нему. Друзья ушли, а у меня остался осадок.

– Почему ты грустишь? – спросил Чит. – Ким тебе что-то сказала?

– Мне кажется, я ей не понравилась.

– У неё тяжёлый характер. С ней бывает…

– Она спросила, как мы познакомились, – перебила его я, подняв голову так, чтобы видеть его глаза. – Нам нужно придумать историю знакомства.

Он взял меня за подбородок.

– Мы придумаем самую романтичную историю, – сказал он полушепотом, его губы почти касались моих. – Чтобы все завидовали.

Я бы хотела испортить этот момент, сказав, что считаю наше знакомство самым неинтересным, но уже трепетала от предвкушения поцелуя. Но он не целовал, медлил, синие глаза плавили мою волю, и я растекалась в его объятиях жидким металлом. А потом отвёл губы и начал целовать шею, прекрасно зная, что это мое самое слабое место.

– Чит, – шепнула я, велев себе называть его отныне только так. – Чит, меня не примут в твоей стране. Я другая.

Он отстранился.

– С чего такие мысли? Ты не единственная белокожая девушка, которая вышла замуж за корейца.

– Они так меня разглядывали…

– И они будут. Будут, потому что ты появилась в моей жизни неожиданно. Им интересно, и это нормально. – Мы сидели друг к другу лицом. Локоть его правой руки опирался на спинку кресла, а пальцами он гладил меня по щеке. Ногой он отталкивался, чтобы немного раскачать нас, а я тормозила подошвой. А потом я почувствовала, как его левая рука сжала моё бедро. – Не думай об этом, ладно? – сказал он. – Вскоре они поймут, что ты для меня значишь.

– Интересно посмотреть, как ты будешь им это показывать.

– Я даже пытаться не буду. Они сами всё поймут, – томно ответил Чит, прильнув к моим губам. Рукой он властно провел по внутренней стороне моего бедра, я чувствовала тепло даже через плотную джинсовую ткань.

Он крепче прижал меня к себе и стал покрывать поцелуями мое лицо неторопливо, нежно. И я вдруг поняла, что у меня нет никакого настроения для прелюдии и секса. Когда он снова хотел поцеловать меня в губы, я резко отвернула голову.

– Давай не сейчас, пожалуйста.

– Я всего лишь хочу, чтобы ты расслабилась.

Но я была непреклонна. Встала и поправила прическу.

– Я не хочу.

И вышла прочь, оставив Читтапона возбужденного и злого на террасе.

~~~

Клуб – это то место, куда Корбин Бессон и Зак Хартон ходили как к себе домой. Их лица мелькали везде, а значит, их знал каждый, кто часто тусовался в этих местах. В последнее время они приходили сюда не ради развлечения, а для того, чтобы погрустить, излить, так сказать, своё раздражение на окружающих. Вновь и вновь они обсуждали Элору и её необузданность, но легче не становилось. Ведь она по-прежнему была замужем и всё ещё находилась в Южной Корее – на другом материке.

– Как думаешь, она счастлива? – спросил Зак. Он пил уже четвёртую кружку пива и почти лежал на барной стойке.

– Ты спрашиваешь меня об этом каждый раз, когда пьёшь, – напомнил Корбин. В стороне блондинка с аппетитными формами строила ему глазки, но Корбин был к этому равнодушен. – А вообще… не знаю. Она не похожа на несчастную женщину.

– Я всё равно не понимаю её. Она так любила машины, собиралась стать гонщицей, а тут взяла всё бросила и умчалась в чужую страну ради какой-то вшивой «звезды».