Зак, Корбин и я с самого детства не разлей вода. Мы вместе бегали по крышам гаражей, в тайне от взрослых жгли спички, мы втроём однажды сбежали из дома с намерением обойти весь белый свет. Нам было по девять-десять лет. К счастью, мы далеко не ушли. Толстый коп, поедающий гамбургер в своей машине – не знаю почему, но именно это самое яркое воспоминание… наверно, голодная была – заметил, что мы без родителей, отвёз нас в участок, а спустя два часа Мита Хартон забрала нас домой. Нас наказали и оставили под строгим домашним арестом. Помню, как Дэниел дразнился весь вечер, пока не получил от Корбина роликовым ботинком.

Почему я изменила отношение к Заку?

Всё началось с того дня, когда он дал понять, что питает ко мне нечто большее, чем просто дружеские чувства. Меня начали раздражать его поползновения: дурацкие цветочки, внезапно появляющиеся на сиденье в моей машине или на капоте; как бы внезапные прикосновения и странные улыбочки. А потом он стал выпрашивать свидания. Если бы не всё это, то я обнимала бы его сегодня так же, как и своего брата.

Но Зак не брат. И не друг. Он потенциальный ухажёр, а значит, очень опасен. Не хватало, чтобы Чит с ним встретился. Там, в Орландо, он не понял, но здесь точно поймёт. Зак – соперник.

~~~

– Как ты там без меня, чаги?

«Что с тобой, что без тебя – всё одно. Я в неволе!» – хотела крикнуть в трубку, но вместо этого ласково пропела:

– Замечательно, дорогой! – состряпала гримасу на слове «дорогой», затем перешла к главной новости: – Ты знаешь, Корбин сделал мне сюрприз: приехал сегодня утром. Я так счастлива, ты даже представить себе не можешь!

Мне показалось, что Чит улыбнулся, хотя тон в голосе не изменился.

– Хорошо. – Выдержав недолгую паузу, он сказал: – Надеюсь, глупостей не натворишь.

– Не бойся, не сбегу. Паспорт у тебя, забыл?

– Я просто хочу предупредить, что если ты всё же что-то задумала, то лучше не трать время зря. Даже если ты уедешь, развестись не сможешь.

– Любопытно, чем таким ты пытаешься напугать меня?

– Ты подписала брачный договор, чаги. В нем есть пунктик, который превратит твою жизнь и жизнь твоих родителей в кошмар. Лучше не рискуй.

В этот момент моё отражение в зеркале было похоже на призрака, так я побледнела. Он ударил меня сейчас ниже пояса. А ведь и правда я подписывала какие-то документы. Чит сказал, ничего особенного, а я не подумала прочитать. Вот дура! Снова дура!

После разговора с Читтапоном я некоторое время сидела в спальне, не в силах сделать движение. Мозг работал в беспрерывном темпе, я пыталась представить разные ситуации. Но что бы я ни придумала, всё сводилось к плохим последствиям. Корбин не сможет мне помочь.

В дверь забарабанили.

– Элора! Ты готова?

Я стряхнула с себя оцепенение и встала, чтобы еще раз взглянуть в зеркало.

– Да, Корбин! Дай мне две минуты!

Коснулась ладонями лица и тут же обнаружила, что щеки горят. Глаза слезились, словно комната наполнилась дымом, который пытался их высушить. К горлу подкатывал огромный ком, и мне казалось, что я задыхаюсь.

«Ты подписала брачный договор, чаги… подписала договор… подписала…» – вновь и вновь звенел голос Читтапона.

Мне уже не вырваться из его сетей. Понимание, что я обречена оставаться в плену его жизни, и никогда не стану свободной, не вернусь к прежней жизни, душило меня, резало самыми острыми лезвиями изнутри, пилило и скребло, я парализована тем самым чувством, беспомощна перед ним. Попалась не как бабочка, а как муха. Попалась и запуталась так, что остаётся ждать своего конца, а не спасения.

– Элора! – вновь позвал Корбин.

Больше нельзя было заставлять Зака и Корбина ждать. К тому же, для нас был зарезервирован столик в лучшем ресторане города, благодаря Вону. Когда я позвонила ему и спросила совета, в какой ресторан сводить брата и его друга, Вон без колебаний назвал парочку, а потом не поленился забронировать столик для нас. И водитель нас уже ждал. Поэтому взяла сумочку и, отметя все посторонние мысли, вышла к парням с улыбкой. Незачем им видеть беспокойство на моем лице, ни к чему лишние переживания.

– А здесь мило, – сказал Зак, когда мы приехали в ресторан.

Наш столик, как оказалось, был на террасе третьего этажа, вид отсюда открывался прекрасный. Зак с интересом рассматривал улицы, дома, да и пейзаж в целом. А Корбин смотрел на меня. Он не задавал вопросов. Наверно, ждал, когда я сама заведу долгожданный разговор.

Принесли еду. Корбин и Зак уставились в свои тарелки.

– Это что? – спросил мой брат.

– Это «чигэ» – густой суп. Вкусно! Приятного аппетита!

– За такое короткое время ты неплохо освоилась здесь.

– Конечно, Зак! Я потребляю эту еду почти каждый день, пришлось привыкать.

– И тебе нравится здесь?

Я промолчала, перевела взгляд на Корбина, а он взгляд в тарелке спрятал.

– Ладно. Я хочу знать, что вам рассказала Фаррен.

– Нет уж! – выпалил Корбин. – Ты расскажешь нам всё. Как так получилось, что за три чертовых дня ты смогла влюбиться и более того – выйти замуж? По телефону ты сказала, что всё слишком серьёзно. И вот мы здесь. Даю тебе слово.

Зак поддакнул.

Я не знала, с чего начать. Волнение накрыло меня с головой, что я не чувствовала ни голода, ни жажды. Сердце ускорило ход и теперь стучало в моих висках, щёки пылали, мысли сбились в голове, оставив одну звенящую необъятную пустоту. Как мне признаться?

– Элора? Просто расскажи.

– Хорошо. Но вы мне не поверите.

Корбин повернулся к Заку.

– Убери подальше от меня все ножи и вилки.

– Здесь палочки.

– И палочки тоже. А то я её убью.

– Элора, – ласково произнёс Зак, – мы здесь для того, чтобы поверить. Если ты попала в беду…

– Да! Я… В общем, Фаррен попросила помочь ей в одном деле. Я должна была вести фургон. На вопрос, что случилось, она толком ничего не ответила. Просто надо было выручить подругу, которая собрала кучку подружек, чтобы… чтобы… – У меня язык не поворачивался. Казалось, он прилип к небу и больше никогда не подаст признаки жизни.

Корбин решил подогнать меня.

– Чтобы?

– Чтобы похитить Читтапона Ли.

– Похитить?! – в один голос воскликнули парни. Я на них тут же зашикала.

– Пожалуйста, не привлекайте внимание. Да, они хотели поразвлечься. А меня никто не предупредил. Я узнала, что они задумали, когда Чит уже был в фургоне. – Вздохнула. – Я не одобрила этой затеи, стала ругаться с Фаррен. Ссора привела к тому, что фургон перевернулся.

– Кстати, помнишь по телеку показывали фургон. Мама смотрела новости, ещё поражалась тому, как просто сейчас похитить звезду. Чёрт, – Зак вытер рот салфеткой, – какой острый суп! – Сделал глоток воды. – Я даже не думал, что это Читтапона твоего похитили.

– Что было дальше? – нахмурившись, спрашивал Корбин.

– Дальше я потеряла сознание, очнулась утром, но ни Фаррен, ни её подруг не было. Я нашла Читтапона без сознания на траве. Как оказалось, у него было сотрясение.

– Хорошо же он стукнулся, – зло усмехнулся мой брат, – что аж жениться захотелось!

– Между прочим, я очень испугалась. Телефон куда-то делся. Мы были у чёрта на куличках, машины проезжали там раз в двадцать минут. Парень мог погибнуть из-за Фаррен, а обвинили бы меня. К счастью, подъехали двое парней, у них доктор нашёлся, заодно приют.

– Ты поехала к незнакомым мужикам с больным человеком…

– С раненым.

– Какая разница! Ты не могла мне позвонить?

– Я же объясняю тебе, что испугалась. Думала, он очнётся, и мы как-то договоримся. Откуда мне было знать, что он жениться захочет? – в моем голосе появились писклявые нотки.

– А отказаться нельзя было? – мягко поинтересовался Зак.

– Я пробовала. Но факт в том, что он собирался засадить нас с Фаррен в тюрьму. Нашему отцу, Корбин, грозил разгром. Я испугалась за его репутацию. Забыл, что было в случае с Дэниелом? А ведь по сравнению со мной тот случай – цветочки! Он мальчик, а я… – горько усмехнулась. – Единственная дочь участвовала в детской забаве своей несносной подруги. Но это ведь совсем не смешно!

– Почему Фаррен тебя бросила?

– Мне она сказала, что испугалась. Они решили, что мы с Читом… того.

– Идиотка! – стиснув зубы, произнёс Корбин.

– Кто? Я?

– Фаррен твоя!

– Только прошу тебя, не рассказывай ей ничего. Вообще не трогай её. Я привыкаю, со мной всё хорошо. Лучше, чем было бы в тюрьме, – подумав, добавила я.

– Значит, вот откуда царапины на твоём лице.

– Что? – Я уставилась на Зака.

– В тот вечер, когда я тебя поймал на дороге. Думаешь, я не заметил?

Корбин некоторое время думал. Он доел суп, приступил к другому блюду, пока мы с Заком говорили о вечере, когда он подобрал меня.

– Почему ты не ешь, Зак?

– А ты?

– Я нервничаю. А когда я нервничаю, то не могу есть.

– А в моем случае желудок против корейской еды.

Мы посмеялись. И теперь, когда обстановка разрядилась, Корбин сказал:

– Ты выполнила своё условие, теперь можешь уехать.

– Чит забрал мой паспорт.

– Ну и кто после этого похититель? – рассвирепел брат.

– Со мной, правда, всё хорошо. Ты хотел знать правду, я тебе её рассказала. Вам рассказала, – добавила, глядя на Зака. – Прошу вас, пусть всё это останется между нами.

– Но ты же с ним несчастлива.

«Ты подписала брачный договор, чаги…»

– Вопрос времени.

~~~

Ким медленно подняла глаза и сладко улыбнулась идущему к её столику парню. Высокий, стильно одетый Вон, однако, никак не отреагировал. Когда он отодвинул стул, то лишь сухо поздоровался.

– У меня в запасе не больше тридцати минут, – затем сказал он и заказал соджу.

– Не думаю, что я задержу тебя надолго. Просто расскажи, как прошла ваша встреча с жёнушкой Чита. Что она тебе рассказала?

– Ничего особенного. У меня создалось впечатление, что Чит держит её в своём доме, как принцессу в башне.

– Он ведь говорил, что пока не хочет, чтобы новость о женитьбе просочилась в прессу.

– Это Ду Хён говорил. Знаешь, я показал ей город, позволил сесть за руль и… был удивлён. Она здорово чувствует машину. А ещё… – он задумался, глядя куда-то в сторону. – А ещё ей тоскливо одной. На самом деле она – приятная девушка, Ким.

– Хм.

Ким почувствовала раздражение. Что они все в ней находят?

Официант принёс напиток Вону и быстро удалился. Они сидели в кабинке, так что никакой шум не отвлекал их от важного разговора.

– Что насчёт их знакомства? Свадьбы?

– Она ничего толком не рассказала. Единственное, о чём упомянула – то, что Чит решал за неё. Она в их отношениях что-то вроде пешки. И это странно. Очень странно. Девушка тоскует…

Ким прищурилась, услышав в его голосе жалость.

– Тебе она тоже понравилась?

– Я же сказал, что она приятная.

– И ты туда же! Хотя… – Ким тряхнула густой шевелюрой и прикусила губу. В голову стукнула безумная, но вместе с тем потрясающая мысль. Вон потягивал соджу и даже не догадывался, что может оказать ей дружескую, неоценимую услугу. Не теряя времени, она сказала: – Ты можешь помочь мне в одном деле. Поверь, и я и ты – мы оба – останемся в выигрыше.

– Что ты задумала, Ким?

– Мы избавимся от этой девчонки.

– Мы? Но мне она не мешает.

– А мне мешает, – с напором сказала она. – И ты можешь помочь.

Соджу был выпит до дна, Вон отставил бутылку и откинулся на спинку стула, расставив широко ноги. Голову он склонил на бок, подозревая, что у Ким недобрые мысли.

– Чем я тебе помогу и какова будет моя выгода?

– Всё очень просто, – обронила она. – Ты соблазнишь Элору, заставишь её изменить Читтапону, а он предательства не прощает. А это значит, что они быстренько разведутся. Так же тихо, как и поженились.

Вон усмехнулся, положил локти на стол и посмотрел Ким прямо в глаза.

– Чит не прощает предательства, ты права. Я потеряю друга. В чём же тут польза для меня? А ещё больше меня интересует, что ты с этого поимеешь.