– Не могла. Мы боялись, что ты все испортишь, поэтому я пообещала подготовить тебя, а потом рассказать. В конце концов, в этой операции твоя невидимость тоже понадобится.

– А вы учли, что Габриэль собирался её убить?

– Убить Кристу? – в голосе Дакоты ирония.

– Её можно убить, – утверждаю я. – И до того, как она доберётся до кодов, он успеет сделать своё дело.

– Ему кое-что помешает, Матиас. Габриэль влюбился в Кристу. Она сама сказала, что он предлагает управлять миром вместе – два бессмертных человека и бла-бла-бла. Я знала, что с тобой будет трудно. – Дакота принимается за яйца. – Но я предупредила, помнишь? Будешь мешать, заморожу. Ешь!

Справившись с первым потрясением, хватаю вилку уже видимой рукой и начинаю забрасывать кусочки омлета в рот.

Через десять минут к нам за столик подсаживается Дариус. Я удивлённо смотрю на Дакоту. Та пожимает плечами.

– Позвонила ему, пока была в уборной. А ты быстро, Дариус.

– Пробок нет на дорогах.

– Что происходит? – хмурюсь, переводя глаза с одного на другого. Затем спрашиваю только Дакоту: – Зачем он здесь?

– Чтобы объяснить тебе, упрямец, в чём состоит наш план.

Пока мы перебрасываемся вопросами и ответами, Дариус заказывает себе завтрак.

– Итак? – говорю я, когда Дариус получает свою еду. – Объясняйте. Я весь внимание.

– Для начала имей в виду…

– Если я начну мешать, Дакота меня заморозит. Я понял. Говори.

– Я не об этом, Матиас. Коды. Они нужны не только нам, но и организации. Но Босс прав – мы все хотим уничтожить коды, чтобы не навредить миру. Супер способных хватает. Если таких людей станет больше, то мир полетит к чертям, наступит тот самый долгожданный конец света. Никто этого не хочет. Чтобы предотвратить катастрофу, мы обязаны достать коды и остановить Габриэля. Мы – значит, все вместе. Босс хочет покончить с войной и объединиться с организацией ради достижения одной цели.

– Подожди, но с чего вдруг Босс решил объединиться? Он сам ушёл, затаил обиду на организацию, а теперь, получается, не может без неё справиться?

– Анна. Мы думали, что решение в ней. Босс считал, что она поможет нам достать коды и поймать Габриэля, после чего Фишер собирался явиться в организацию, и таким образом помириться. Он бы отдал коды, а заодно нарушителя Габриэля, чем заслужил бы доверие. Но, посовещавшись, мы считаем, что сил одной Анны не хватит.

– Мой отец понял свою ошибку, – поджав губы, говорит Дакота. – Он хочет вернуться.

– Но если не будет кодов, то ради чего организация продолжит существование?

– Ради нас. Разве наши жизни не важны? Не забывай, Матиас, что передав сперму любой женщине на планете, ты становишься потенциальным отцом сверхчеловека. Ребёнку передастся твой ген, который мутирует и выработает новую сверхспособность. За такими детьми нужно будет наблюдать. Именно этим и должна заниматься организация – контролировать.

– Контролировать, – повторяет Дариус, – но не вредить миру. Сейчас Габриэль является угрозой для жизни Нью-Йорка. А таких, как он, может появиться потом сотни и тысячи. Этого нельзя допустить.

– Так, ладно. А от меня что требуется? – Я нервничаю, поэтому уже не могу думать о еде. – Вы хотите, чтобы я поговорил с людьми из организации? С Луизой? С Джейсоном? С кем? И что я им скажу? Фишер хочет вернуться и подумывает объединить силы. А? Как вам?

Дакота с Дариусом обмениваются взглядами. Я чётко вижу, что они насмехаются надо мной, и уже готов сорваться, но тут объявляется Алессио.

– О! Вся компашка в сборе! – язвлю я.

Но он не обращает на мой выпад внимания. Алессио чем-то сильно взволнован, голос дрожит, когда он начинает говорить.

– Случилось кое-что непоправимое.

Дакота поднялась со стула.

– Не пугай.

– Анна…

Моя очередь вскакивать со стула.

– Анна? Что с Анной?

– Контейнер, в котором я её держал, ночью взорвался. И я, клянусь, не знаю, как это случилось.

Крис

Я словно внезапно очнулся от сна. Всё плывёт перед глазами. Вспыхивает яркий свет, я пытаюсь уклониться, но мне мешают. Я хорошо чувствую, как тёплые пальцы осторожно раздвигают мне веки и светят фонариком. Резкий свет в глаза вызывает боль, и я начинаю дёргаться, вырываться.

Мужские и женские голоса доносятся отовсюду, но я не могу разобрать ни одного слова. Мешает гул в голове. Всё это длится недолго. В какое-то мгновение я чувствую укол в руку и проваливаюсь в бездну тьмы.

В следующий раз я просыпаюсь в тихой комнате. Тёмные шторы плотно закрывают окно, так что свет проникает лишь сквозь узкую щель. Эту спальню я хорошо знаю. Большой плазменный телевизор напротив двуспальной кровати, подвесные горшки с цветами, прорезиненный коврик с ворсом в центре комнаты, красивая люстра в виде цветка на сером потолке. Я нахожусь в доме Луизы.

Гул в голове исчез. Тишину нарушает слабое чириканье птиц за окном.

Осмотревшись, я принимаюсь вспоминать, что со мной случилось. Меня положили в кровать совершенно голого. Приподнимаю одеяло, разглядываю тело и обнаруживаю непонятного происхождения раны. В некоторых местах вижу пластырь. Меня залатали, как порванную рубаху.

Последнее, что я помню – спор между мной и Джейсоном в контейнере. А потом… А где Анна? Начинаю вдруг нервничать, метаться, кричать.

Луиза вбегает в комнату и пытается утихомирить. Я не поддаюсь. Тогда она небольшим разрядом тока заставляет меня замереть.

– Больно, черт возьми! – успокоившись, писклявым тоном говорю я.

– Скажи, как ещё я могла тебя угомонить? – свирепо отвечает девушка и встаёт. – Могу я открыть шторы?

– Нет. Так хорошо. Где Анна? Что произошло?

– Не знаю, где Анна. Её ищут, – ещё более раздражённо огрызается Лу. – Контейнер взорвался. Видимо, ты пытался спастись и…

– И?

– Прошёл сквозь землю.

– Что? – у меня округляются глаза.

– Что слышал! Вошёл в землю, каким-то образом проделал нехилый путь до воды и там выбрался. Мы нашли тебя на берегу без сознания. Вся кожа была разодрана, ошмётки висели. Уж не знаю, от взрыва это или от того, что ты проходил сквозь почву.

Я молчу. Ничего не помню.

– Организация ищет Алессио, – снова говорит Луиза, присаживаясь на край кровати. Только сейчас замечаю, что она без парика. Череп гладкий и ровный. Тем не менее, Лу кажется мне по-прежнему милой. – Они хотят, чтобы он тебя исцелил.

– Он засадил Анну в контейнер, а я теперь должен довериться его силе? – злюсь. – Звони миссис Макнайт или дяде Биллу или ещё кому-нибудь и скажи, что я вылечусь своими силами.

– Не упрямься, глупый. Ты нам нужен не через месяц, а сейчас.

– Да ну!

– Оставь иронию при себе, – шипит Луиза и встаёт.

– Ты куда?

– Медитировать. А ты поспи лучше. В тишине так хорошо было.

Обиделась.

Накрывшись с головой одеялом, я закрываю глаза и пытаюсь уснуть. Но вдруг понимаю, что раз контейнер взорвался, то Джейсон…

– Луиза!!!

Криста

В щель наблюдаю, как Габриэль зашнуровывает ботинки. Он думает, что я крепко сплю и не услышу, как он уходит. Но я претворялась. Жду с нетерпением, когда он захлопнет за собой дверь, тогда я смогу действовать. Все это уже и так слишком затянулось.

Как только Габриэль выходит из дома, я бросаюсь к своей сумочке. Она лежит в верхнем ящике комода. Достаю телефон, набираю сообщение Дакоте, но не успеваю дописать. Дверь в спальню открывается, меня бросает в холодный пот. Вот чёрт! Быстро сбрасываю окно, выпрямляюсь и с улыбкой оборачиваюсь.

– Привет!

– Что ты делаешь? – без улыбки спрашивает Габриэль.

– Я? Э… проверяю, нет ли сообщений от преподавателей.

Топчусь на месте, пока Габриэль обходит большую кровать, чтобы приблизиться ко мне. Если сейчас он возьмёт у меня телефон и просто проверит последнее открытое окно, я в беде. К счастью, он этого не делает. Берёт меня за подбородок, целует.

– Я ненадолго отлучусь, – произносит он. – Криста, я тебе доверяю, но… в этом доме ты не откроешь ни одной двери, ты не сможешь влезть ни в один шкаф. Ты меня поняла?

Киваю, догадываясь, что он применил сверхспособность, велев не прикасаться к его вещам. За этим он и вернулся.

После его ухода переодеваюсь, потом минут пятнадцать тупо смотрю телевизор, думая, как забраться в его тайный кабинет.

Пишу Дакоте:

ГАБРИЭЛЬ ВЕЛЕЛ НЕ ПРИКАСАТЬСЯ К ЕГО ВЕЩАМ. Я НЕ МОГУ ДАЖЕ ЧЕРТОВ ШКАФ ОТКРЫТЬ. КАК БЫТЬ?

Отправляю, затем тут же удаляю его. Через две минуты приходит ответ.

ПРИДУМАЙ ЧТО-НИБУДЬ.

Так просто? Я не могу ничего придумать!

Я злюсь, потому что мне приходится не просто спать с этим человеком, мне приходится участвовать в его дурацких играх. То, что задумал Габриэль, никому не понравится. Сегодня вечером он собирается провести первый опыт, взяв у меня кровь. Боюсь, я не смогу сопротивляться. Дакота просила, чтобы я не позволяла ему брать у себя кровь. Но как? Он велит сидеть, и я буду сидеть.

Встаю и начинаю мерить комнату шагами. Останавливаюсь, смотрю на запертую дверь. Пока Габриэль не пускает меня туда, но уже признаётся, что там его лаборатория. Вечером он просидел там часа два, если не больше. Потом мы поужинали и он повёл меня в спальню. Он делает со мной, что хочет, а я подчиняюсь. Я не смогу сделать то, что просит Дакота. Даже ради Матиаса… не смогу.

Поднимаюсь на мостик и иду к запертой двери, останавливаюсь и смотрю на неё. Бесспорно, что коды там. Что ещё от меня хотят? Нужно обмануть Габриэля, поймать его…. и не дать взять у меня кровь.

Бросаю взгляд на часы. Я ведь не пленница, вдруг доходит до сознания. Бегу в спальню, надеваю кожаную куртку, быстро крашу губы, хватаю сумку и выбегаю из дома. Я тороплюсь, потому что боюсь, что Габриэль вот-вот появится и вернёт меня в дом.

Ловлю такси, из него звоню Дакоте. Она не отвечает. Тогда диктую адрес таксисту. Это риск, но другого выхода у меня нет.

Джейсон

Как же мокро…

Резко открываю глаза и понимаю, что лежу голый в воде. Делаю вдох, вода попадает в рот, отчего начинаю кашлять. Где-то в подсознании всплывают голоса и образы, но я всё равно не до конца понимаю, что делаю на берегу без одежды.

Кажется, я взорвался. Может, я попал в рай? Или в ад?

Сажусь и осматриваюсь. Где я, чёрт возьми? Вокруг меня вода и заросли деревьев. Всё в снегу. Город тоже виден, но он слишком далеко, хотя за деревьями виднеются крыши. Вода, должно быть, ледяная, но моё тело автоматически контролирует температуру, потому что внутри меня огонь. Я не дрожу, не чувствую холода, но это не значит, что я не хочу одеться.

Выбираюсь на берег и некоторое время сижу на прелых листьях, обсыхаю. Когда снег вокруг меня начинает таять, а из пальца появляются языки пламени после щелчка, принимаю решение выбраться отсюда. Понятия не имею, как я буду это делать, не имея средств связи, денег и самое главное – одежды. Придётся импровизировать, и будь что будет.

Иду осторожно, немедленно залегая в снег, если слышу шорох. Надо достать хотя бы брюки. Как-то не очень весело разгуливать с причиндалами наружу.

Преодолев лесопосадку, понимаю, что я всё в том же порту Ред Хук, но только в другой стороне и, кажется, я влез на охраняемую территорию. Меня засекают двое охранников.

– Эй! Ты чего здесь забыл, нудист хренов?

Они несутся в мою сторону, когда я ныряю обратно в лесок.

– Стой, ты!

Вот же счастье бегать голышом по лесу! Но тем не менее, не собираюсь останавливаться, бегу вперёд, но не к каналу, а к каким-то постройкам, похожим на гаражи. Если бы это были дома, то они были бы с окнами, но окон я не вижу. Охранники матерятся и приказывают мне остановиться. Перепрыгиваю через какие-то зелёные ящики, заворачиваю за один из гаражей, а потом с ужасом понимаю, что дальше начинается портовый терминал и бежать мне некуда.