Глава 25

Ночью я плохо спала, прокручивала в голове прошедшие события и никак не могла взять в толк, почему Дима так внезапно уехал, да ещё прихватил с собой то, что ему не принадлежит.

Несколько раз за вечер порывалась позвонить Хару и узнать, может, ему что-то известно. Но потом вспоминала, что у меня запланирована поездка в лес с Сарой, а разговор мог завести совершенно в другую степь и изменить планы. У меня не было времени. Завтра девятый день. А послезавтра мне уже уезжать. Именно поэтому воздержалась.

Зато почти всю ночь звонила Диме. Гудки шли, но он не брал трубку. Я написала кучу гневных сообщений, уверенная в том, что он их читает. А под утро настрочила последнее: «Сегодня иду в лес со своей знакомой Сарой, и будь что будет». Я надеялась, что это его остановит или он хотя бы позвонит, чтобы отговорить, но ничего подобного не произошло. Вёл себя, как сбежавший любовник.

Рано на рассвете я села в машину к Саре, и назад дороги уже не было. Яркие утренние лучи солнца больно били по глазам прямо через лобовое стекло. Я всё время отворачивалась.

– Дима уехал, – призналась я Саре.

– Почему? Разве вы не завтра уезжать должны были?

– Он струсил, вот и уехал, – говорила я, печатая сообщение для Хару. – Хуже нет, когда остаёшься полностью без поддержки.

– Кому тогда пишешь, раз на Диму злишься?

– Хару. Всё это время он занимался поисками сестры, – смело ответила я, а мысленно добавила: «А ещё искал информацию о тебе». Я в упор посмотрела на профиль японки. Такая же холодная, без эмоций и скользкая, как лёд в Ледяной пещере Нарусава. Каковы ее мысли? Она про себя проверяет свой план? Или у неё и вправду добрые намерения? – Я отправила ему геолокацию, – сказала я, когда мы приехали.

Сара не ответила. Вышла из машины и нырнула в чащу темного леса.

– А… разве ты не будешь брать снаряжения? Как потом выход искать?

– Я не заблужусь, не волнуйся, – ответила она, и голос ее звучал уже глухо, эхо исчезло.

И снова этот дурацкий звон в ушах от нестерпимой тишины. Ветки под ногами трещали, но и эти звуки растворялись в воздухе, едва появляясь на свет. Ровный глухой шум крови в ушах был самым громким звуком, что я слышала. С ощущением непонятной, неизвестной и мистической силы, царапнувшей затылок острой колючкой, я шла вперёд за Сарой. С каждым шагом усиливался страх, а вместе с ним и убежденность, что деваться уже некуда.

– Далеко идти?

– Да. Просто не теряй меня из виду.

И вдруг я остановилась.

– Ты убьешь меня? – мой голос потонул в тишине, но Сара услышала, развернулась и уставилась на меня. Я смотрела на неё в ответ и ждала реакции. Девушка была удивлена, но лицо ее явно этого не демонстрировало. – Ты ведь раньше убивала…

– Откуда ты взяла эти мысли? Я убивала, чтобы не умереть с голоду.

– Нет! Ты убивала и потом, – бросила смелое обвинение, после чего Сара подошла ближе. Я смотрела на ее руки, которые не были сжаты в кулаки от негодования, они не тянулись к карманам, в которых, возможно, спрятан нож. Сару трудно было разгадать, но ещё труднее – предугадать ее движения.

Это постоянное отсутствие эмоций и патологическое самообладание в любых ситуациях, в принципе, помогает достойно выглядеть в глазах окружающих. Сара знала, что ее сдержанность – прекрасная возможность быстро завоевать доверие, что она и сделала со мной… и с другими, такими же, как я.

Я понимала, что это заслуга гнусного леса самоубийц, в котором ей пришлось прожить несколько месяцев. Меня не удивляло ее хладнокровие, но в глубине души я надеялась хоть немного, что она проявит себя.

– Ты убила четырёх мужчин, – сказала я. Чего мне терять? Уж лучше выяснить все здесь и сейчас, покончить с этим. – Не отрицай. Если твоё имя Сара Шиба, то в интернете куча новостных статей, кричащих об этом убийстве. И прежде чем ты расправишься со мной, ответь за что.

– Расправиться с тобой? Я хочу помочь.

– В чем заключается эта помощь? Подожди, я догадаюсь. Ты возвращаешь долги своим духам за то, что они сохранили тебе жизнь. А иначе для чего было вырезать глаза и языки тем беднягам и увозить их с собой?

– Беднягам? Вита, ты знаешь мою историю. Ты знаешь, что произошло перед тем, как я сюда попала. Те нелюди вовсе не бедняги! – выкрикнула Сара, и впервые на ее лице отразилась боль. – Да, я их убила. Но то была моя месть за то, что они отобрали у меня нормальную жизнь. Они расстреляли не только моих маму и папу, но и подруг, всех, кто находился тогда в нашем доме! Я обошлась с ними по-божески, поверь. – Сара сделала паузу, а когда убедилась, что я готова слушать, продолжила: – Я долго готовилась к этому событию. Искала, проверяла, выясняла. Потратила года на то, чтобы вычислить своих убийц. Мне пришлось провести внутреннее расследование, допросить дядю, своих кузенов и всех, кто работал с папой. Причина банальна, как и всегда. Деньги и жажда власти.

– Такое преступление не могло остаться незамеченным.

– Оно и не осталось. Нескольких посадили, там было ловко всё подстроено. Но главный виновник – папин заместитель – оставался на свободе и радовался жизни. Сейчас его внучка где-то здесь, в Аокигахара, а он точно смотрит на неё с небес.

– Ты…

– Поступила так же, да. Считаешь, это жестоко?

Конечно, я считала, что это жестоко, ведь ребёнок ни в чём не виноват… И тут я осеклась, Юмико тоже не была виновата, и ее подруги… Так, может, стоит смириться с такой жестокостью?

– Я помогу тебе, а потом сдамся полиции. Я всё заранее продумала. Приехав сюда, я всего лишь хотела попрощаться с родными местами, со своими друзьями… Я привезла сюда девчонку, но всё равно ношу ей еду. Не получается у меня просто взять и бросить ее тут. Я даже надеялась, что твой Дима с поисковой командой ее найдут. Но девчонка им не попадалась. Недавно я вытаскивала ее из ямы, она поранила себе ногу, сейчас лежит в моем старом доме.

Так вот, откуда все те ссадины и грязь на Саре в день, когда я встретила ее в фойе. Вот, почему она была так негативно настроена и прогнала меня.

– Я собираюсь показать тебе, где она. Спасёшь девчонку.

– Значит, я попалась тебе случайно?

– Да. Если честно, услышав твою историю, я сразу поняла, что смогу на тебя положиться. Но не могла же я так просто взять и сказать, что убила четырёх человек, привезла в лес семилетнюю девочку, внучку убийцы моих родителей, которую ты должна спасти. Такие истории быстро не рассказываются. Ты ведь понимаешь меня? Теперь, когда всё знаешь?

Я не испытывала к Саре отвращение, страх испарился, как будто его и не было, а природа леса вдруг показалась мне прекрасной. Она поступила правильно. Потому что я не собиралась ее подводить, зная, что она не безвозмездно просит.

Помоги мне, а я помогу тебе – ее замысел.

Спасти две жизни – разве может быть что-нибудь важнее этого?

– Что я должна делать? – с готовностью спросила я.

– Сначала встретимся с моими друзьями.

Она повернулась и снова пошла по тропинке. Я двинулась следом. Мы пересекли чащу заковыристых деревьев, обогнули какой-то камень и остановились у корня, торчащего из земли дугой. Сара долго с кем-то разговаривала на японском языке, я, конечно, ничего не понимала. Потом она попросила фотографию Алсу. Я вынула сложенный снимок из кармана джинсов и протянула Саре, которая тут же продемонстрировала ее воздуху.

От мысли, что там сейчас стоит дух человека, да ещё и мальчика, у меня всё похолодело внутри. Я почувствовала, как ворот футболки душит меня.

Поговорив ещё немного, Сара обратилась ко мне:

– Озэму говорит, что Алсу здесь давно нет.