– Это масло подарил мой отец. Оно очень дорогое. Отец сказал, что его трудно достать, так как это растение цветет на краю Аттики. Цветок называется Магнолией. Запах у него удивительный, ты сама почувствуешь это, когда будешь растирать меня.

Ванна была приготовлена, и рабыни оставили девушек одних. Эсфирь помогла Ариде снять лохмотья.

Ее взору открылась чудесная фигура девушки. Эсфирь отошла и с восхищением посмотрела на Ариду.

– Ты прекрасна! – воскликнула она, – я давно уже не видела такого совершенного тела!

Арида покраснела от смущения. Ее нежные щеки порозовели.

– Чего ты так смутилась? Ничего нет постыдного в том, что действительно прекрасно, – сказала Эсфирь, – красотой тела, как у тебя, можно гордиться. – и она опять окинула девушку взглядом.

Арида и вправду была хороша. Неправдоподобно тонкая талия, как на Критских изображениях богинь, покатые бедра с круглыми ягодицами, стройные ноги с маленькими ступнями, небольшая, но высокая и острая грудь, как бы дразнилась сосками.

Эсфирь увидела висевший на груди девушки круглый медальон.

– Что это? – спросила она, взяв его в руку.

– Это было у меня с рождения, – ответила Арида, снимая цепочку и передавая ее Эсфирь. – Единственная вещь, которая осталась мне от родителей.

Эсфирь раскрыла кулон. Внутри было изображено лицо прекрасной женщины с голубыми, как у Ариды, глазами и такими же светлыми волосами.

– Женщина очень похожа на тебя, – сказала Эсфирь, закрыв и отдав медальон.

– Да, я всегда считала, что это моя мать. Но, наверно, я никогда не узнаю этого точно, – грустно проговорила Арида.

– Не печалься. Мы поедем в Египет. Там, в городе Бото, в храме Гора, живет оракул. Он поможет разгадать твою тайну.

– О! Я была бы очень рада этому! – воскликнула Арида.

– А теперь ступай в воду, и посмотрим, как твоя кожа отмоется наконец, от грязи.

Арида спустилась по мраморным ступеням в ванну. Как только вода коснулась ее тела, девушку охватила приятная дрема. Аромат слегка кружил голову. Душистая вода ласково щекотала кожу.

– Эй, эй! – крикнула Эсфирь, – чур не засыпать! Я ведь тоже хочу принять ванну. Да не забудь, что ты еще должна растереть меня! Ну ладно, раз уж ты так разморилась, то я сейчас приду к тебе и помогу.

После этих слов Эсфирь сбросила хитон* и повернулась к девушке. Арида, увидев нагую Эсфирь, сразу проснулась.

– Госпожа, восхищались мной, но теперь я вижу, что вы, наверно, хотели посмеяться надо мной! Разве я могу сравниться с вами!

– Что за ерунду ты говоришь? – возразила Эсфирь, – я не смеялась над тобой, ты действительно прекрасна.

– Но Ваша красота в миллион раз превосходит мою! – воскликнула Арида.

– Какая глупость! – засмеялась Эсфирь и бросилась в воду. Мутная вода покрыла ее тело. Поднявшийся ветерок разнес благоуханье.

Эсфирь было 24 года. Красота ее тела сводила с ума. Пожалуй, ваятель с нее стал бы лепить Афродиту. И он был бы прав. Неземной, поистине божественной красотой была наделена Эсфирь. Природа часто в женщинах небольшого роста закладывает удивительную гармонию. Покатые плечи, изящные руки с маленькими ладонями и тонкими пальцами. Высокая и широко расставленная полная грудь безупречной формы. Тончайшая талия спорила с крутизной бедер. Округлый чуть очерченный живот. Стройные, великолепной формы ноги с небольшими ступнями. Красота тела подчеркивалась прелестным лицом. В ней смешались несколько кровей. Эсфирь была еврейкой по отцу и гречанкой по матери. Черные густые вьющиеся волосы, тонкий прямой нос, длинные ресницы достались ей от матери. А совсем необычные для Эллады, огромные темно-зеленые глаза, сверкающие как звезды, достались от отца. И было в Эсфири еще что-то неуловимое, какие-то внутренние волны, дающие понять каждому мужчине, что перед ними женщина, обладать которой истинное блаженство.

Эсфирь взяла губку и начала оттирать с Ариды грязь. Мутными потоками вода стекала с девушки

. – Ну вот, видишь сколько на тебе было, – сказала Эсфирь, – теперь рабыням придется долго отмывать бассейн…

Девушки, смеясь, еще немного поплескались в ароматной воде. Но усталость, накопленная за день, начиналась сказываться. Эсфирь зевнула.

– Я совсем замучилась с тобой! – пожаловалась Эсфирь. – Теперь я лягу, а ты разотрешь меня.

– Хорошо, госпожа.

– Давай договоримся! Не называй меня госпожой. Я для тебя хочу быть просто старшей подругой. Не пристало гречанке быть рабыней!

– Спасибо гос… Эсфирь!

– Ну вот, так-то лучше, – улыбнулась Эсфирь.

Девушки вышли из воды. Их прекрасные тела сверкали капельками. Быстрые рабыни набросили на их плечи мягкие полотенца.

– А теперь разотри меня, – сказала Эсфирь, ложась на ложе и подавая Ариде лекифу с маслом. – Только бери совсем немного, оно очень сильно пахнет.

Арида открыла баночку, и необыкновенный запах полетел в комнату. Он был одновременно сладким и пряным. Взяв капельку масла на ладонь, Арида провела по спине Эсфирь. Тонкий аромат впитался в кожу.

Эсфирь застонала от восхищения. Массаж навеял на нее легкую дремоту.

Наступил вечер, и рабыни зажгли светильники в комнатах. Полумрак покрыл тенями стены и обстановку в доме. Принесли подносы с фруктами и легкими закусками.

– Я так хочу спать, – тихо проговорила Эсфирь, слезая с ложа. – Сейчас быстро перекусим и пойдем ко мне в спальню, там уже постелено для тебя. Ты будешь спать со мной в одной комнате. Знаешь, я боюсь темноты, и со мной всегда кто-нибудь из рабынь спит. Но они все настолько молчаливы и недалеки, что ужасно надоели мне. А ты совсем не такая: в тебе видна хорошая кровь. Теперь ты будешь со мной, пока не найдем твоих родителей или не выйдешь замуж.

– Спасибо, Эсфирь, – благодарно сказала Арида. – Только замуж я не хочу.

– Ты опять! Я даже ругаться с тобой сейчас не в силах! Скорей поедим и пойдем спать.

Поужинав, девушки поднялись на второй этаж, в спальню. Рабыни действительно постелили две постели. Эсфирь, недолго думая, скользнула под покрывало. Арида последовала ее примеру. В доме воцарилась тишина, светильники погасили. Сон завладел всеми.

ГЛАВА 3

Стояла глубокая ночь.

Вдруг раздались удары в дверь. За ней послышались веселые голоса и пение.

Эсфирь села на кровати.

– Ну вот! Не дали поспать! Наверно, это Элис с друзьями пришла.

Арида посмотрела на нее сонными глазами:

– Мне тоже вставать? – спросила она заплетающимся языком.

– Нет, конечно, нет! Ты и так измучена. Отдыхай, я сама с ними разберусь, – ответила Эсфирь, накинув на плечи гиматион*, и направилась к входной двери.

Приоткрыв ее, Эсфирь увидела Элис – немного полноватую светловолосую девушку..

– Привет, Эсфирь! Ты одна?

– А с кем я могу быть?

– Ну, мало ли… Я тут привела двух молодых людей, можно посидеть у тебя?

– Я вообще-то уже спала, но раз уж вы пришли, то заходите. Только я приведу себя в порядок.

Эсфирь выглянула за дверь и увидела двух молодых мужчин: одного повыше, а другого пониже.

– Сколько им лет? Ты опять привела мальчиков? Им, наверно, нет и двадцати? – спросила Эсфирь у Элис.

– Нет, им по двадцать одному году… Зачем тебе приводить себя в порядок? Ты и так хороша.

– Ну уж нет! Я так не думаю, – ответила Эсфирь.

Открыв дверь, она пропустила всех в комнату. Тот, что повыше, не отличался особой красотой: короткие, темные волосы стояли ежиком, с удлиненного худого лица смотрели глубоко посаженные черные глаза, тонкие губы растянулись в улыбке. Взгляд Эсфирь скользнул по нему и перешел ко второму молодому мужчине. И тут взор ее утонул в свете ярких, необыкновенно больших светло-карих глаз, заставляя почемуто забиться ее сердце.

Эсфирь скрылась в комнате и быстро стала одеваться. Дверь приоткрылась, и к ней в комнату вошла Элис. Белый хитон с черными крючками в виде стилизованных птиц обтягивал полную фигуру Элис, ее темные глаза горели от возбуждения:

–Эсфирь! Тот, что пониже – мой.

– Жаль! Он мне тоже понравился.

– Ну пожалуйста, Эсфирь, миленькая, не строй ему глазки! А то я поссорюсь с тобой! – молитвенно сложила руки Элис.

– Ладно! – вздохнула Эсфирь. – Не буду. Раз он встречается с тобой, значит, я не имею на него права.

"Интересно, чем ему понравилась Элис?"– подумала Эсфирь, оглядывая неуклюжую фигуру подруги. Но давая слово Эсфирь, решила твердо его придерживаться, и стараться не показывать свое отношение к этому молодому человеку.

Закончив одеваться, Эсфирь подошла к зеркалу. Девушка была прекрасна в бирюзовой, полупрозрачной короткой тунике. Стройные ноги зашнуровывали серебристые ремешки сандалий. Золотой пояс в виде змеи, опоясывал тонкую талию. На левой руке был надет золотой, как и пояс в виде змеи, браслет. Волосы, уложенные узлом, перевивала нить жемчуга, своей белизной подчеркивая черноту густых прядей. Большие овальной формы серьги из жемчуга Эсфирь вдела в свои небольшие розовые ушки. Элис с завистью окинула ее взглядом.

– Ты так прекрасна! Пожалуйста, не забудь о моей просьбе! – попросила она опять.

– Ну конечно, конечно! Раз я обещала, значит, можешь не беспокоиться, – ответила Эсфирь.

Девушки вышли из комнаты.

При виде Эсфирь у юношей перехватило дыхание. Они подошли к ней, чтобы представиться и произнести слова приветствия. Тот, который повыше, назвал себя Костиксом, а второго звали Дионисом. Как уже было сказано, он был ниже Костикса. Белая хламида красивыми складками облегало стройное тело юноши. На широких плечах она была скреплена золотыми шпильками. Крепкие ноги были обуты в кожаные сандалии. Стоило посмотреть на лицо Диониса, и становилась понятна любовь великих богинь к смертным мужчинам. Оно было божественно прекрасно. Правильный овал лица, нежные щеки, прямой небольшой нос, красиво изогнутые яркие губы, густые черные волосы прядями падали на лоб. И необыкновенно огромные глаза, необычного, светло-золотисто-карего цвета, опушенные длинными черными ресницами. Взгляд таких глаз проникал в самое сердце, зажигая в нем страсть. И Эсфирь почувствовала, как дикое, слепое чувство охватывает душу, зажигая страсть к Дионису. Эсфирь попробовала сбросить с себя это ощущение, чтобы не нарушить данное слово.

Она предложила всем сесть. Чтобы как-то освободиться от влияния Диониса, Эсфирь посадила его рядом с Элис, а сама села рядом с Костиксом. Эсфирь хлопнула в ладоши, и рабыни принесли испеченное, нарезанное тонкими ломтиками мясо, хлеб и вино. Разлив вино в килики*, Эсфирь проговорила:

– Давайте выпьем за встречу, за новое знакомство, – она подняла чашу и плеснула в дар богам.

– Я очень доволен этим знакомством, – проговорил Дионис, поднимая килик и многозначительно глядя на Эсфирь.

Эсфирь опустила глаза и сделала вид, что пьет вино. Сердце отчаянно билось в ее груди.

– Расскажите о себе, вы женаты? – спросила Эсфирь.

– И я, и Дионис женаты, но из-за разных причин мы больше года не живем с ними, – проговорил Костикс. – А дети у вас есть? – поинтересовалась Элис

– У меня нет, а у Диониса есть сын полутора лет.

– Он живет у тебя? – спросила Эсфирь у Диониса, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Нет! Но я бы этого очень хотел. Увы, жена забрала его к себе, – сказал Дионис мелодичным, печальным голосом.

И Эсфирь захотелось закрыть не только глаза, но и уши, так как голос Диониса завораживал.

– Почему тебя назвали Дионисом? – спросила Эсфирь и подняла свои зеленые глаза. Более терпеть и не смотреть на юношу, она была не в силах.

– Мои родители познакомились у храма бога Диониса, во время празднования его дня. И дали клятву, что родившийся первенец будет назван в честь этого бога.

– А если родилась бы девочка? – улыбнулась Эсфирь

– То они назвали бы ее Дионисией, я полагаю, – ответил Дионис, не сводя глаз с Эсфирь.

– А у тебя есть брат или сестра? – спросила она.

– Да, у меня есть брат. Но он еще маленький, ему нет еще и четырнадцати.