Казалось бы, для общественности нет ничего удивительного в том, что золотодобывающее предприятие объединяется с ювелирным концерном. Только в их глазах это выглядело, как если бы ювелиры Пожарские присоединили к себе еще один ресурс – золото, как они уже делали с многочисленными месторождениями драгоценных камней по всему миру.

Никто не оглашал, что концерн Пожарских идет ко дну благодаря идиотскому управлению Александра Федоровича Пожарского. Тот растратил бюджеты компании на пиршества, убыточные контракты и собственные приходи. И теперь его сыновья пришли за компанией Влада, чтобы как-то прикрыть свой позор.

Влад слишком сильно ненавидел Пожарских, чтобы принять их в качестве партнеров. Им придется уйти. Он найдет способ избавить бизнес от этих нахлебников.

Влад слишком хорошо помнил, как они с отцом смеялись, обсуждая слияние компаний в ресторане в центре Лондона. Ни отец, ни сын не допустили бы этого слияния. Ни к чему мешать свои дела с грязными делишками этой гребаной семьи.

Только глупая Лариса и ее дочка все испортили, а Влад не мог влезть, пока не станет официальным хозяином компании. И вот пришло время расставить все по своим местам. И начнет он, конечно, с того, что избавится от Пожарских. А вот отдаст ли он им их компанию? Большой вопрос.

Никто здесь не знал Владислава Смольнова. И никто не догадывался о его аппетитах и жажде власти. А ведь Илья Викторович прятал сына не просто так.

Внезапно неподалеку послышалась неприятная возня. Сначала приглушенные голоса, пытающиеся донести какую-то информацию, как вдруг:

– Обобрали сволочи! – раздался резкий крик из основного зала. Голос звучал слишком близко, так что, вероятно, буянил один из игроков крайнего стола. – Да я вам ничего не должен! Карты крапленые, ясно?! Я с судом к вам приду!

Грозиться судом в казино, которое работает нелегально, было немного забавно. Каждый сидящий в зале игрок понимал, что, спускаясь в эту преисподнюю, подписывает негласное правило – не разглашать никому информацию об этом азартном клубе.

Игра за столом Влада продолжалась, хотя за занавесом явно происходило нечто более остросюжетное. Слышались голоса персонала, вежливо призывающие мужчину успокоиться. Кто-то позвал охрану. Попытки воззвать к разуму изрядно выпившего игрока были бесполезны. Тот продолжал кричать и грозиться расправой каждому, кто имел отношение к этому казино.

Неожиданно раздался звон битого стекла, и обманутый мужик с отчаянием завопил:

– Не подходите! Я заберу свое и уйду! – предупреждал он.

Пятясь, он вошел в закуток, где восседал Влад. Игра все же остановилась, когда все заметили толстого посетителя с безумным взглядом и разбитым стаканом в руке. На мужчину шли охранники, которым нужно было меньше минуты, чтобы скрутить пьяного игрока, как тот решил пойти ва-банк, взяв в заложники хорошенького молодого посетителя.

Он буквально кинул свою тушу в сторону Влада, который сидел к выходу ближе остальных. Рваное острие бокала неслось к лицу парня, а тот, не шелохнувшись, продолжал улыбаться. И стекло стерло бы эту улыбочку с его губ, если бы рыжая девчонка в жакете крупье не оказалась рядом быстрее. Она буквально вскочила на стол на четвереньках, выкинув вперед одну руку, и, только когда стакан с шумом отлетел в сторону, а толстяк с воплем схватился за окровавленную руку, Влад сглотнул и перестал улыбаться.

У его губ застыла вытянутая рука девушки, а в ее ладони был маленький, но опасно наточенный нож. Влад медленно осмотрел ее, застывшую на столе в любопытной позе. Девчонка же часто дышала, словно осознала – для простой крупье она слишком лихо выудила нож из рукава и защитила гостя. Все присутствующие сделали свои выводы.

А Влад… Он нашел девчонку.

Глава 2

Игру за столом продолжил мой коллега – один из тех, с кем мы пару раз пересекались в ночной банде. Парень окинул меня недоброжелательным взглядом, как бы намекая, какая я идиотка, раз позволила раскрыть себя. Обычный крупье вряд ли обладает проворностью вроде моей – я годами тренировала ее, чтобы выжить. Для той же цели при мне всегда был мелкий, но вполне опасный ножичек.

И я тоже с виду была мелкая и щуплая, но те, кому довелось перейти мне дорогу, знали, что эта хмурая малышка так же опасна, как нож в ее руке. Не стоит недооценивать противника. Важнейшее правило выживания.

Мне пришлось проследовать в кабинет Вепря, чтобы уладить вопрос с любимым ножичком, случайно вылетевшим из рукава прямо в мою ладонь. Я уже успела несколько раз пожалеть, что доверилась инстинкту и влезла между пьяным толстяком и элитным гостем.

К слову, об элитном госте.

Этот щегол шел позади меня, и я четко ощущала его взгляд, изучающий мое тело сзади. Ненавижу, когда кто-то стоит за моей спиной. Чувства обостряются, и хочется скорее снова прощупать прохладный металл ножа в руке, но Смольнов вытащил его из моей ладони, когда я зависла над ним. Теперь мы оба шли в кабинет Вепря только потому, что Владиславу захотелось обсудить инцидент с главным. Наверняка хочет пожаловаться и поныть из-за кошмарного сервиса и выклянчить фишки в обмен на молчание.

Смольнов позади меня вызывал неприятные ощущения не только из-за того, что я была уязвима в этом положении. Я злилась из-за недостатка информации о нем. Сосредоточившись на Пожарских, я упустила из виду один важный момент – после слияний компаний Смольновы встали на один пьедестал с моей несостоявшейся семейкой, и это делало их еще одной мишенью для моей ненависти.

И я, зациклившись на папаше Пожарском, благополучно забыла о существовании кого бы то ни было еще. А ведь Катерина Смольнова ожидает суда, и акции объединенного концерна должны были через нее достаться Давиду Пожарскому, но…

Но не случилось того, на что сам Давид, очевидно, рассчитывал. Почему я не отследила новости по этому вопросу? Почему не вписала в свой список имя Владислава Смольнова и не разнюхала о нем все, что только можно? Я допустила ошибку, и она может стоить мне определенных позиций.

Я кинула взгляд через плечо, отслеживая движения Смольнова. Вряд ли он прост, но я подыщу ключик и к этому сейфу. Взломаю. Узнаю, что мне нужно. Скроюсь в тени, заперев за собой замок. Сам Смольнов не заметит, как я щелкну его на раз-два.

Мелкая, но опасная. Пускаем нового игрока на поле.

Длинный темный коридор подпольного казино закончился, и мы уткнулись в дверь. Я прильнула к деревянному косяку. Два раза поскребла ногтем по двери и тут же один раз уверенно ударила кулаком. Я предупреждала Вепря о своем приходе. Гость за моей спиной едва слышно усмехнулся.

А чего он ожидал от главаря запрещенного казино? Уютного офиса с мягким диваном и симпатичной секретаршей в зоне ожидания? Скажите спасибо, что крысы не пляшут в коридоре. Это куда больше подходит природе Вепря.

Толкнув дверь, я вошла. Смольнов, конечно, не растерялся и вошел следом. Так как казино большей частью находилось в подвалах одного из московских клубов, принадлежащих команде Вепря, окон в комнатах не было. Темный кабинет, освещенный лишь торшером и экраном ноутбука, навевал неприятные мысли.

Я к этому месту привыкла настолько, что не обращала внимания даже на девицу, выползающую из-под стола хозяина. Тот откатился назад на кожаном кресле и смерил гостя вопросительным взглядом. Я тоже кинула на Владислава заинтересованный взгляд. Как он, надухаренный папенькин сыночек, отреагирует на грязь, в которой мы варимся?

– У меня есть к вам разговор, – серьезно заявил парень, сделав вид, будто ничего необычного не происходило.

Полуголая девушка поднялась с пола и, виляя булками в тонких черных стрингах, прошлась мимо Смольнова. Ее тяжелая грудь качалась при ходьбе, и я снова вперила взгляд в лицо парня, надеясь увидеть на нем хоть что-то: интерес, желание, отвращение… Но Владислав был холоден. Его глаза смотрели только на Вепря. Девушке пришлось цокнуть языком и молча удалиться.

Бедняга Лола, она все еще надеется зацепить здесь богатенького папика и все никак не продвинется по карьерной лестнице. Так и ползает от одного стола к другому. Жалкое создание.

С одной стороны, я была в не лучшем положении. Нагнуть меня, конечно, никому не дозволялось, но и я при Вепре была девчонкой на побегушках. Обращалась тенью и собирала данные на тех, в кого тыкал толстым пальцем хозяин. Брала чужое, если он того хотел. Приводила в его ловушки нужных людей.

Я тоже была здесь лишь обслуживающей единицей. Но у меня хотя бы была цель. Настоящая, прожигающая меня изнутри, и потому попытки Лолы просто уютненько пристроить свой зад на коленках богатого сноба вызывали у меня неприкрытое презрение.

К черту Лолу. Вепрь смерил гостя оценивающим взглядом, и я невольно сжала кулаки. Что угодно могло произойти дальше. Я не раз наблюдала, как в этом кабинете разбивали носы и лишали зубов. Одних – за неповиновение, других – за долги.

Хозяин встал со стула, застегивая ширинку. Этот мужчина сорока лет был из тех, про кого не сразу точно скажешь, чем он увлекается: кроссфитом или пивом на диване. Он казался одновременно качком, затекшим на массе, и просто крупным жирдяем.

– Ты кто, мальчик? – неприятно огрызнулся Вепрь. Он приоткрыл рот, демонстрируя криво торчащие клыки – главная причина, по которой его прозвали Вепрем.

Смольнов усмехнулся и покачал головой. Кажется, ситуация его забавляла. Стоит отметить, у этого парнишки крепкие нервы, хоть с виду и не скажешь.

– Меня зовут Владислав Ильич Смольнов. Полагаю, вы знаете, кто мой отец, – он сунул руки в карманы и снова посмотрел на Вепря так, будто тот был тупым громилой, а не бандитом, удерживающим в своих огромных лапищах сеть незаконных заведений.

– Так ты его золотой мальчик? – ухмыльнулся Вепрь, щедро плеская виски в бокал. Он по-особенному выделил слово «золотой», показывая, что прекрасно осведомлен, какое наследство получил Влад от отца.

Золотодобывающее предприятие, объединенное с ювелирным домом Пожарских. Правда, пока от этого слияния ничего хорошего не произошло. Компания несла убытки из-за черного пиара, устроенного и Пожарскими, и Смольновыми в лице Катерины и ее мамочки, питающей любовь к молодым парням.

В моей памяти всплыли фотографии, которыми пестрил интернет долгие пару месяцев. Здоровый Кирилл Пожарский с волосами, собранными в небрежный пучок. И рядом в коллаже фотография Ларисы – все еще вполне приятной внешне, но уже, увы, не первой свежести. Интересно, эти фотографии внесли раздор в идиллию Кирилла и той модельки, что он увел у своего старшего брата?

– Вы можете сколько угодно строить из себя властителей мира, – медленно проговорил Вепрь, – Смольновы, Пожарские, кто угодно еще… До тех пор, пока вы на моей территории, – мужчина обвел рукой свой кабинет, но имел в виду, конечно, казино, – вы никто. Так что, если ты пришел пугать меня своим именем, не трать время.

Вепрь неторопливо отпил виски, и, только когда он поставил бокал на стол, неприятно звякнув стеклом, Влад заговорил ровным тоном.

– Что ж, постарайтесь не лишиться своей территории, – серые глаза угрожающе сверкнули в полумраке, и я, не сдержавшись, покачала головой.

Этот идиот не ведает, что творит. Он собирается перейти дорогу Вепрю. Поздравляю, чудила, завтра твой труп найдут в ближайшем овраге. Повезет, если от него останется хоть что-то, по чему тебя можно будет опознать.

– Хозяин, я хотела бы вернуть свой нож, – встряла я, желая увести мужчин от опасной конфронтации. И зачем я это делаю? Пусть Смольнов поджарит свой зад и сам убедится, что с Вепрем нельзя играться.

Уж я-то знаю. Я живу по его правилам последние семь лет. Я видела, как исчезают те, кто не умеет склонять головы.

– Девочка моя, – с наигранной нежностью протянул Вепрь, – что я говорил тебе об оружии в зале?

Не успела я ответить, как Смольнов героически вступился: