Столовая у нашей «миссис Инны» получилась светлая, в мягких тонах, очень уютная. Мне полагалось садиться за небольшой овальный стол, накрытый чистейшей скатертью, затем Инна Викторовна приносила на большом подносе еду и расставляла её на столе. Как правило, компанию мне составлял Алексей, который благодаря памяти Синегорского – не Бизона же! – прекрасно умел вести себя за столом. Иногда уже за кофе к нам присоединялась и сама Инна Викторовна, хотя мне стоило невероятных усилий убедить её в том, что это никак меня не шокирует.

Еда была удивительно вкусной, как, впрочем, всегда, и я в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что она свела меня с этой удивительной женщиной. Благодаря ей место, где я обычно просто ночевал, стало становиться настоящим домом, чего у меня не было уже несколько веков.

– Когда ты планируешь ехать в Зареченск? – спросил Алексей, когда я, сыто отдуваясь, примерялся к первой чашке кофе.

– Как можно быстрее, – ответил я и рассказал внимательно слушающей публике в лице Алексея и Фредерика о сегодняшнем визите мадам Годуновой.

– Думаешь, она не случайно пришла именно к тебе? – Алексей задумчиво помешивал ложечкой в чашке с кофе. – Или это совпадение? Не верю я в них, если честно. Смотри, как гладко получается: ты собираешься в Зареченск для того, чтобы разобраться с Карасём, и тут же к тебе обращается главная местная ведьма с просьбой помочь в деле с убитой подружкой. И, что интересно, подружка убита тоже в Зареченске! Прямо не городок на задворках области, а центр мировой преступности какой-то.

– Добавь к этому то, что когда мы ещё только обсуждали поездку, к нам пришёл Игорь Лозовский, у которого – внимание! – в Зареченске брат трудится заместителем главы администрации, – вставил Фредерик.

– Многовато совпадений, вам не кажется? – я внимательно посмотрел на сосредоточенных… помощников? Партнёров? Друзей? Не последнее, это точно, так как у некромантов друзей не бывает по умолчанию. Пусть будут помощники, а там посмотрим.

– Вариантов два, – Фредерик выпустил когти, полюбовался на них и медленно втянул обратно, – либо нас подталкивают к тому, чтобы мы поскорее ехали, либо рассчитывают, что тебе не понравится такое количество совпадений, и ты передумаешь влезать во всё это. Твою реакцию не очень сложно просчитать, особенно если достаточно хорошо тебя знать. И тут возникает кто-то, кто хорошо знает тебя, Лозовского, Годунову и Карася. Думаю, мы все поняли, о ком идёт речь?

– Стелла, – кивнул я, – она могла увидеть печать на Лозовском, точнее, она наверняка её увидела, она хорошо знакома с Годуновой и только они знают, что там между ними, она знает меня очень давно. Осталось выяснить, знакома ли наша красавица с Карасём, хотя и трёх фигур из четырёх уже вполне достаточно. Сколько сейчас времени?

– Ещё не поздно для делового визита, – на лету поймал мою мысль Алексей, – но я пойду с тобой, это не обсуждается. Я эту дамочку не видел, но она мне заранее не нравится и доверия не внушает.

– Не вопрос, – легко согласился я и потянулся к телефону, чтобы вызвать такси.

Глава 2

К дому Стеллы мы подъехали уже в темноте, хотя в северных широтах зимой темнеет удручающе рано. Можно даже сказать, что в некоторые дни вообще не рассветает. Однако центральные улицы были ярко освещены, на деревьях и витринах по-прежнему сверкали новогодние гирлянды, поэтому мрак и темнота прятались в подворотнях и на боковых аллеях небольших скверов.

Нужное нам здание не было исключением и помимо фонарей сияло какими-то рождественскими узорами, выполненными из разноцветных гирлянд. Возле парадного крыльца даже была выставлена в здоровенной кадке ёлка, на которой висели серебристые и золотые звёзды. Эффектно, по-купечески богато, но, как по мне, так совершенно ни к чему.

Мы с Алексеем выбрались из такси и неспешно поднялись по чистым, тщательно подметённым ступенькам к массивной двери. Фредерика мы не стали брать с собой, чтобы не злить лишний раз Стеллу, которая почему-то его терпеть не могла.

Тяжёлая дверь бесшумно открылась, и нам навстречу из будки шагнул уже знакомый мне по прошлому визиту охранник.

– Мы к Степаниде Алексеевне, – небрежно обронил я, проходя мимо него, но парень не зря получал зарплату, потому что вежливо, но непреклонно остановил нас.

– Вам назначено? – сурово спросил он, всматриваясь почему-то именно в Алексея.

– Нет, но Степанида Алексеевна нас обязательно примет, – спокойно ответил я. Ну а чего злиться: у каждого из нас своя работа. Его функционал – не пускать в дом посторонних, и он делает всё для того, чтобы к нему не было вопросов.

– Игнатов? Лёха? – неуверенно проговорил парень, словно не веря своим глазам.

Мой спутник на мгновение замер, видимо, в этот момент главным был Бизон, и он выпускал вперёд Алексея, а потом шагнул к охраннику.

– Толян?! Да ладно! Откуда ты здесь? Какими судьбами?

Мужики обнялись, похлопали друг друга по плечам, а потом Алексей, повернувшись ко мне, объяснил:

– Это Толян Бублик, мы вместе служили, а потом в одной конторе лямку тянули.

– Бублик – это фамилия такая, – привычно пояснил парень, пожимая мне руку, – а то все думают, что прозвище.

– Широков, Антон, – представился я, – так что насчёт Степаниды? Дома она?

– Недавно вернулась, – кивнул охранник, – и обратно не выходила, я бы видел. У нас тут с этим строго!

– Если хочешь, я могу один сходить, – повернулся я к Алексею, – а ты с приятелем поболтай, наверняка вам есть, что вспомнить.

– Не, давай я с тобой, а потом просто задержусь, – не согласился Алексей, а его приятель понятливо кивнул.

Мы поднялись по пологой лестнице и остановились у знакомой мне двери с элегантной табличкой.

– Демидова Степанида Алексеевна. Целитель, – вслух прочитал Лёха, и его голос гулко раскатился по просторным лестницам старинного особняка.

Я нажал кнопку звонка, хотя обычно Стелла чувствовала посетителей заранее и уже заранее подходила к двери. Но на этот раз ответом нам была тишина, и я, чувствуя, как удивление сменяется непонятной тревогой, позвонил ещё раз. Результат был тем же: открывать нам никто не спешил.

– Вроде бы твой приятель сказал, что она недавно вернулась, – я, не понимая, пожал плечами, – вряд ли Стелла станет от меня прятаться – нет повода. Более того, она сейчас заинтересована во мне больше, чем я в ней. Это на мне обязательства, так что… странно это.

Нажав кнопку звонка и прислушиваясь к раздающимся в квартире громким трелям, я старательно пытался справиться с подступающими дурными предчувствиями. За дверью не было слышно ни малейшего шороха, и я попросил Алексея спуститься и позвать охранника Толяна. Будем вместе решать, что делать в этой странной ситуации.

– Ты точно видел, что она вернулась? – на всякий случай уточнил я. – Может, ты её с кем-нибудь перепутал?

– Её не перепутаешь, – вздохнул Толян. – Шикарная женщина! Она ещё прошла и мне улыбнулась так весело. Я, помню, обрадовался: обычно она на меня вообще никакого внимания не обращала, словно я мебель какая-то. А тут и кивнула, и улыбнулась… Поэтому я точно не путаю ничего.

– А когда это было? – я перебирал все возможные варианты того, что Стелла не открывает. Может, в ванне лежит и не слышит? Но у неё всегда в доме горничная присутствует. Кстати…

– А горничная тоже должна быть дома?

– Не знаю, – Толян пожал могучими плечами, – я в три часа сменился, при мне не приходила и не уходила. Но я могу у сменщика узнать, если очень надо.

– Надо, – решил я, и парень полез за мобильником.

Сменщик сообщил, что горничная ушла около полудня, счастливая и довольная, так как Степанида Алексеевна её отпустила, сказав, что у неё приватная встреча. Такое бывало и раньше, поэтому горничная, чрезвычайно обрадованная внеплановым выходным, уехала к родителям в пригород. С кем и во сколько конкретно у хозяйки должно было состояться рандеву, девушка не знала.

– Значит, Степанида, – я старался не забываться и называл Стеллу официальным именем, – вернулась, чтобы с кем-то встретиться. Следовательно, она должна быть дома. Ты точно не мог её пропустить, Толян?

– Точно, – твёрдо ответил охранник, – это поздно вечером иногда трудно бывает сохранить бдительность, особенно если за двоих сутки берёшь, а сейчас-то совсем не поздно, так что я внимательно смотрел. Тут посетители редкие, всё же не многоэтажка современная. Хорошо если раз в полчаса кто-то пройдёт, а то и реже.

– Может, ей позвонить? – вдруг предложил Алексей, и я шёпотом выругал себя за несообразительность. Ну конечно, если Стелла, например, нежится в ванне, то телефон у неё наверняка с собой.

Однако безликий женский голос вежливо сообщил нам, что «абонент находится вне зоны действия сети» и предложил оставить голосовое сообщение.

– У тебя есть запасные ключи? – тяжело вздохнув, спросил я у охранника, и тот мрачно кивнул.

– Нам все хозяева оставляют запасной комплект на случай аварий или ещё какого форс-мажора, – пояснил он, – но мне нужно будет потом протокол составить.

– Главное, чтобы его не пришлось составлять полиции, – проворчал я, наблюдая, как Толян аккуратно вставляет ключ и дважды поворачивает его в замке. – Давай-ка я пойду первым, мало ли что там… Мне и отвечать, в случае чего.

На самом-то деле я пошёл первым на тот случай, если у Стеллы припасено какое-нибудь проклятье для незваных гостей. Я-то справлюсь – стряхну и дальше пойду, а простому человеку может стать худо.

Но, как ни странно, никакой магической защиты на двери не было, и мы беспрепятственно прошли в квартиру. В абсолютно пустую квартиру… Нет, мебель и всё остальное было на месте. А вот хозяйки не наблюдалось.

– Степанида, мать твою, Алексеевна! – громко крикнул я, уже совершенно не рассчитывая услышать ответ. – Отзовись, красота моя ненаглядная!

Послушав ещё минуту тишину, которая стала казаться неприятно гнетущей, я оставил Толяна и Алексея в холле, а сам решительно прошёл в гостиную, даже не сняв уличной обуви. Во-первых, у Стеллы это было не принято, а во-вторых, сильно испачкать туфли за те десять шагов, что мы сделали от такси до выметенного крыльца, я всё равно не успел.

В гостиной всё было готово к романтическому свиданию: на столе в ведёрке со льдом охлаждалась бутылка дорогого шампанского, стояла ваза с фруктами, несколько накрытых колпаками тарелок. Стояли подсвечники с не зажжёнными пока свечами. В общем, видно было, что Стелла готовилась к приятному вечеру. Осталось понять, где, собственно, сама хозяйка всего этого великолепия.

– Стелла, – уже не таясь, позвал я, переходя на иное зрение и по-прежнему не находя ни малейших следов присутствия заклятой подружки.

Убедившись, что мои спутники по-прежнему топчутся в холле, я частично открылся тьме и тут же вернулся в обычное состояние. Из спальни однозначно тянуло смертью, причём смертью дурной, окончательной. Терпеть такое не могу, но меня, понятное дело, никто не спрашивал.

– Толян, Лёха, – позвал я и тут же услышал шаги, – давайте быстренько проверим комнаты: не нравится мне всё это.

Отправив Алексея проверять кухню, я направился в сторону кабинета, а Толян, подумав, зашагал к спальне. Этого я и добивался, так как хотел, чтобы тело обнаружил кто-то посторонний, а не я и не Алексей.

– Твою ж! – предсказуемо раздалось из спальни, и в гостиную выскочил белый, как мел, охранник. – Она там! Мёртвая, это к бабке не ходи!

– Звони в полицию, Толян, – распорядился я и, пока охранник набирал 112 и с кем-то там разговаривал, скользнул в кабинет, быстро смахнул в карман пальто лежащий на краешке стола телефон и вышел обратно. Занятый переговорами охранник ничего не заметил, а Алексей понимающе кивнул.

– Иди встречай полицию и «скорую», – скомандовал я Толяну, который, как любой служивый человек, предпочитал чёткие инструкции, – мы никуда не уходим, ждём здесь.

– Слушаюсь, – на автомате козырнул охранник и быстрым шагом вышел из квартиры.

– А теперь быстро, – прислушавшись к удаляющимся шагам, сказал я, чуть ли не бегом устремляясь в спальню, – руками ничего не трогаем. Лёха, выпускай Синегорского, зуб даю, что нашу красавицу отравили.