Эйдана стояла на краю берега, глядя на отражение звёзд в тёмной воде. Впервые за долгое время она чувствовала не только тяжесть ответственности, но и что-то ещё. Странное, почти забытое чувство… надежды. Здесь, для этого народа, жившего в гармонии с миром, её проклятая сила обретала иной смысл. Так сможет ли она удержать свой предел? Или же была слишком самонадеянной?..

Глава 5

Берега реки Иссэ

Путь вверх по течению Иссэ оказался изнурительным. Река, мирная и широкая в долине, здесь, в теснинах гор, превращалась в яростного, ревущего зверя. Она металась между отвесными скалами, с грохотом обрушиваясь на валуны и вскипая ледяной пеной. Воздух был наполнен оглушительным шумом и влажной пылью.

Совместный отряд двигался двумя группами, поддерживая друг с другом зрительный контакт там, где это было возможно. Воины Эйданы, привыкшие к дисциплине и тяжёлым переходам, шли по одному из берегов, прорубая себе путь через заросли и используя верёвки или помощь близнецов для преодоления особенно крутых склонов. На другом берегу, двигаясь с почти невозможной лёгкостью, скользили воитт во главе с Рианом. Они перепрыгивали с камня на камень, словно призраки, их зелёные плащи сливались с растительностью, делая их почти невидимыми.

Так прошло два дня. Два дня непрерывного движения вверх, против течения, против ветра. Они останавливались на короткие привалы, чтобы съесть немного вяленого мяса и сухих лепёшек, и снова продолжали путь. Каждые несколько часов они брали пробы воды. Яд никуда не делся, его концентрация лишь росла, становясь всё более ощутимой.

Эйдана шла впереди своего отряда, её золотые глаза внимательно сканировали каждый камень, каждую трещину в скале. Она видела, как Риан на противоположном берегу то и дело останавливался, прикладывая ладонь к земле или к стволу дерева, словно прислушиваясь к биению сердца гор. Их методы были разными, но цель – одна.

На третий день они достигли ущелья, которое казалось непроходимым. Река здесь сужалась до нескольких метров, превращаясь в бурлящий котёл, а скалы по обеим сторонам становились гладкими и отвесными. Пройти по берегу было невозможно.

– Дальше только по воде или по верху, – громко крикнул Джу, перекрывая рёв реки.

Эйдана посмотрела наверх. Скалы уходили в небо на сотню метров. Взобраться было можно, но это заняло бы слишком много времени и сил, к тому же они бы потеряли реку из виду.

Она подала Риану условный знак рукой. Воитт остановился, и их взгляды встретились над бушующим потоком. Он указал на узкий, едва заметный карниз, тянувшийся вдоль скалы в нескольких метрах над водой. Для её воинов он был смертельной ловушкой. Но не для воитт.

Риан, в свою очередь, указал на другую сторону ущелья, где несколько упавших деревьев образовали шаткий затор. Это был шанс для людей Эйданы перебраться на их сторону, где берег был чуть более пологим. Киан и Джу, обратившись в истинную форму, взялись переправить товарищей по скользким от ила стволам. В это время воитт, один за другим, начали движение по карнизу, прижимаясь к скале. Их грация завораживала.

– Соэл, – позвала Эйдана, когда последний из её солдат перебрался через затор. – Снова время для твоей птахи.

Светловолосый молодой воин вышел вперёд. Он тихо произнёс заклинание и коснулся пальцами белого рисунка на своём лбу, где тонкие линии и точки напоминали очертания расправленных крыльев. Под его пальцами рисунок вспыхнул бледно-голубым свечением, как и его глаза.

Эйдана почувствовала магию чужого алхена – не её огненного и яростного, а тонкого и едва уловимого, как дуновение ветра. Соэл медленно убрал руку от своего лба, и с его пальцев сорвалась полупрозрачная, словно призрак птица. Без единого взмаха крыльев она бесшумно взмыла в небо, становясь точкой на фоне серых скал.

Весь отряд замер, наблюдая за полётом анье⁷. Птица сделала несколько кругов над ущельем, а затем устремилась дальше, вверх по течению, туда, куда они не могли заглянуть.

Прошла минута, потом другая. Напряжение нарастало. Риан и его воитт тоже остановились, их головы были подняты к небу. И вдруг глаза Соэла вспыхнули ярче.

– Нашла, – выдохнул он, и птица, выполнив свою задачу, растворилась в воздухе.

– Доклад, Соэл, – потребовала Эйдана.

– Скверна. Сильная, – лицо Соэла было сосредоточенным. – Не просто яд. Земля мёртвая. Деревья почернели. И… следы. Лагерь. Большой. И что-то укрыто в боковой пещере, прямо у воды.

Взгляд Эйданы встретился со взглядом Риана через последние метры ущелья. Воитт коротко кивнул. Наконец-то. Они нашли след.

– Двигаемся, – приказала Эйдана. – Быстро и тихо. Они не должны знать, что мы идём.

Отряд, теперь уже единой группой, устремился вперёд по более проходимому берегу. Последние полдня пути превратились в медленное, напряжённое просачивание сквозь мёртвую землю. Тишина здесь была неестественной, давящей. Исчезли пение птиц и стрёкот насекомых. Даже рёв реки казался приглушённым, словно вода была слишком густой и больной, чтобы шуметь.

Под ногами хрустели почерневшие, безжизненные ветки. Мох на камнях был не зелёным, а тёмно-серым и сухим на ощупь. Эйдана видела, как Риан несколько раз останавливался, касаясь стволов мёртвых деревьев с выражением почти физической боли на лице. Он, дитя этих лесов, чувствовал агонию земли острее, чем кто-либо другой.

Они двигались в полном молчании. Каждый знал свою задачу. Воины Эйданы, привыкшие к вражеским засадам, высматривали растяжки и ловушки. Воитт, чьи чувства были обострены близостью к природе, указывали на рыхлые камни под ногами или на участки земли, пропитанные ядом настолько, что один неверный шаг мог привести к тяжёлому отравлению.

Наконец Риан, шедший впереди, замер и поднял руку, сжатую в кулак. Все мгновенно застыли, сливаясь с тенями и камнями. Они достигли цели.

Впереди, за густыми зарослями мёртвого кустарника, виднелся вход в пещеру – тёмный провал в скале, из которого сочился едва заметный, тошнотворный туман. Рядом с ним, впадая прямо в Иссэ, бежал широкий ручей. Но вода в нём была не прозрачной, а чёрной, и там, где она смешивалась с рекой, образовывались отвратительные тёмные разводы.

Эйдана жестом приказала отряду оставаться на месте, а сама, вместе с Рианом, бесшумно подползла к краю зарослей, чтобы лучше рассмотреть вражеский лагерь.

Зрелище, открывшееся им, было омерзительным. Своды пещеры терялись во мраке, но центр её был освещён чадившими факелами. Они были установлены вокруг алтаря, в качестве которого использовался огромный плоский камень. На алтаре лежал труп какого-то крупного горного зверя, его шкура была испещрена светящимися символами. Из вскрытого брюха животного в выдолбленный в камне жёлоб сочилась чёрная, густая жижа – тот самый яд, что стекал ручейком из пещеры прямо в водопад.

Вокруг алтаря стояли трое. Это были шаманы унгалов, но они отличались от тех, с кем Эйдане приходилось сражаться ранее. Они были выше, облачены в ритуальные одежды из тёмной кожи и костей, а их лица скрывали маски, вырезанные из черепов хищников. Они стояли неподвижно, их руки были воздеты к алтарю, а с губ срывался низкий, вибрирующий гул, который, казалось, заставлял дрожать сам камень под ногами.

В лагере насчитывалось не менее двух десятков унгалов. Двое из них стояли у входа в пещеру, ещё трое патрулировали у самого обрыва над рекой. Кроме них в лагере находилась пара огромных рагнолов. Дикие, смертельно опасные горные хищники, ростом в два раза превышавшие человека, контролировались магическими ошейниками.

Эйдана и Риан молча обменялись взглядами. План родился без слов. Они так же бесшумно отползли назад, к своему отряду.

– Шаманы поддерживают ритуал, – шёпотом произнесла Эйдана. – Алтарь – источник. Нужно уничтожить и то, и другое. Одновременно.

– Мои лучники снимут часовых, – так же тихо ответил Риан. – Двоих у входа и тех, что у обрыва. Это даст тебе лишь несколько мгновений, прежде чем шаманы отреагируют. С твоей силой велики шансы, что ты сможешь остановить их.

Эйдана кивнула, затем отдавая распоряжения своим воинам. Им нужно будет дезориентировать унгалов в лагере и задержать их боем.

– Киан, Джу, на вас рагнолы. Этих монстров не возьмут ни стрелы, ни мечи, их шкуры подобны броне.

Тишина перед бурей была абсолютной. Каждый воин, каждый охотник замер, превратившись в тень. Риан поднял руку, опутанную множеством плетёных браслетов. Его лучники, расположившиеся на скальном уступе над лагерем, медленно натянули тетиву.

Жест.

Тихий свист разрезал воздух. Он был настолько коротким и тонким, что почти потонул в отдалённом шуме реки. Пять стрел, выпущенных одновременно, нашли свои цели. Пять унгалов – двое у входа в пещеру и трое у обрыва – рухнули на землю без единого звука.

– Вперёд, – голос Эйданы не был криком, но пронзил воздух, как удар кнута.

Воины Рэйлин и охотники воитт вырвались из укрытий, устремляясь к лагерю. Унгалы, застигнутые врасплох, отреагировали с дикой, звериной яростью. С гортанными воплями они бросились навстречу атакующим. Завязался ожесточённый, хаотичный бой. Лязг стали смешался с предсмертными хрипами и боевыми кличами.

Воины Эйданы, защищённые бронёй, принимали на себя основной удар. Воитт же скользили между ними, нанося точные удары своими короткими клинками, а двое лучников, оставшиеся на позициях в скалах, стреляли, выцеливая уязвимые места в обороне врага.

Магические ошейники на шеях рагнолов горели тусклым багровым светом. Земля содрогалась от их оглушительного рёва. Подчиняясь воле шаманов, монстры ринулись в самую гущу битвы, сметая всё на своём пути, не разбирая своих и чужих.

Не сговариваясь, близнецы кинулись навстречу чудовищам. Они больше не выглядели как люди. Их тела окутало пламя, превращая в двух огненных духов альжу. Первый рагнол замахнулся когтистой лапой, способной одним ударом разорвать человека пополам. Но Киан увернулся и метнулся к его ногам, оставляя глубокие, дымящиеся раны и заставляя зверя потерять равновесие.

Джу запрыгнул на спину второму рагнолу. Чудовище взревело, пытаясь сбросить его, но огненный дух вцепился в его загривок, и температура его тела резко возросла. Раздался шипящий звук и тошнотворный запах палёной плоти. Шкура рагнола, способная выдержать удар меча, начала плавиться под огненным касанием.

Эйдана не смотрела на них. Она доверяла своим людям. Её цель находилась впереди. Путь к пещере был открыт. Бой, ярость, крики – всё это стало далёким фоном. Она видела лишь тёмный зев пещеры и трёх шаманов, которые теперь смотрели прямо на неё, их глаза под масками горели ненавистью. Один из них выставил вперёд посох, и из земли перед Эйданой вырвались чёрные, скрюченные корни, пытаясь схватить её за ноги. Она не остановилась. Алое свечение окутало её, мёртвые корни вспыхнули и обратились в пепел, не успев даже коснуться её сапог.

Эйдана знала, что допрашивать этих созданий бесполезно. Их души были настолько поглощены тьмой, что смерть для них была не концом, а возвращением к своему тёмному богу. Единственный способ остановить их – полное уничтожение. Она достигла входа в пещеру. Шаманы уже начали новый, более яростный ритуал, готовясь встретить её тёмной магией. Но они опоздали.

Глава 6

Эйдана остановилась на самом пороге. Она глубоко вдохнула, и её алхен, всё это время сдерживаемый, взорвался силой. Алые волосы, освободившиеся из сгоревшей перевязи, взметнулись вверх, словно живое пламя. Сила, дремавшая в её груди, вырвалась на волю – необузданная, яростная, очищающая. Воздух вокруг неё задрожал и раскалился, словно она сама стала дыханием дракона. Из-под её ног, из меча, из самых её ладоней хлынул поток жидкого огня. Он не взлетел вверх, а устремился вперёд, пожирая землю и камни. Этот огненный вал, ревя и шипя, ворвался в пещеру.