Виктория Миш: Лавка чудес, или Зимний вечер в Дэнфорте

Глава 1

Наш разговор с господином мэром с самого начала пошел неправильно, не в ту сторону. А всё из-за его мужского самолюбования и наглости!

«Он просто не оставил мне выбора!» – думала я, спешно удирая на метле от места преступления.

В небе сияла бледно-голубая луна. Морозец жёг щеки, а я даже не сразу накинула на себя согревающее заклинание. Испугалась погони!

Летела, подгоняя метлу и мечтая поскорее оказаться за городом. Пролетая над узкими каменными улочками, я молила хранительницу рода, свою пра-пра-прабабушку Гойфинэ, чтобы никто не заметил моего полёта. Всё-таки на ратушных часах пробило полночь.

Город спал, не зная, не ведая, что я натворила.

Я пронеслась над воротами, защищенными магическим контуром, который год назад сама и накладывала, и полетела к лесу.

«Нужно спрятаться под какой-нибудь елкой и еще раз хорошенько подумать! Вдруг удастся посоветоваться с лисом?..».

Мне предстояло решить, как выйти из щекотливой ситуации.

С утра мэра видели, входящим в мою лавку. И когда его найдут в таком… состоянии, то первым делом вспомнят обо мне.

А я не имела права накладывать чары на самого мэра и причинять ему вред!

Но он сильно взбесил меня!

Вспомнив сегодняшнее утро, я нервно хохотнула.

…И это еще я считала себя наглой ведьмой. Вот уж нет! Переплюнуть в наглости Кристиана Брэйна, нашего мэра, не смогла бы даже моя бабушка, потомственная ведьма и гроза окрестностей Крайтона.

Она ценила порядок в зельях и душах. А Кристиан Брэйн точно продал свою душонку за место мэра. И остался ни с чем! Иначе я не понимаю его действий. Зачем дразнить потомственную ведьму? Зачем нарываться на грубость? Какой в этом смысл? Или он был так уверен в своей безнаказанности?

И пусть мне двадцать семь и по ведьмовским меркам я юна – еще триста лет впереди, приголубить и без магии могу. Например, метлой. И сразу по котелку, который не варит.

… Нет, пошлые намеки мэр стал отпускать давно. Еще полгода назад, весной, я отказалась идти с ним на городской праздник роз и потом в местную таверну. Уж так господин мэр многозначительно сказал: «Тавэээрна», что я сразу всё поняла.

При таверне был единственный в городе постоялый двор.

Мэр рассчитал всё идеально: пригласи он меня к себе в особняк, пошли бы разговоры. А он не женат, и бравирует тем, что он – самая желанная и соблазнительная партия для здешних кумушек. Этим всех и берёт: то одному семейству напоет соловьем о своей преданности, то другое семейство осчастливит визитами и туманными намёками на возможную женитьбу. Все рады, все воодушевлены. И всем нравится Кристиан – идеальный мэр северного города Дэнфорта.

Соглядатаев у нас в городке предостаточно. Так что правильно он просчитал: среди всеобщего праздника и веселья, после торжественной речи и парада роз в горшках, никто бы не заметил, как мы уединились наверху.

Вот только меня он совсем не привлекает. О чем я тогда сразу и сказала.

Три месяца он со мной не разговаривал. Теперь же, когда я расслабилась и уже готовила подарочные зелья к празднику Вьюжной ночи, он ударил исподтишка: отобрал у Лавки чудес лицензию. Пришел ко мне сегодня утром и с издевкой об этом поведал. Обещал прислать стражу, чтобы заколотить досками витрины и вход, а товары ненадлежащего качества изъять!

Теперь я не имею права официально торговать в Дэнфорте.

Как же меня это бесит!

Бабушка рассказывала, что еще сто лет назад ведьмам не нужна была никакая лицензия. Обученная магии ведьма уже сама была лицензией.

И можно было жить хоть в глубине леса – люди приходили, приносили дары и боялись тебя.

Теперь же всё иначе: я арендовала дом на краю Дэнфорта. Отремонтировала его. Исправно плачу налоги, помогаю гражданам в их болезнях и горестях (в основном, сердечных), и всячески улучшаю благополучие города.

Да я делаю больше, чем сам мэр со своей больницей и пожарными!

И вот, вместо благодарности и почтения, он прислал записку, что ждёт меня в своем доме для серьезного разговора. Прислал поздно, под конец рабочего дня. Я закрыла Лавку чудес, повесив на дверь заговоренный амбарный замок, и долетела до его особняка за две минуты.

Слуг не было, он всех отпустил. Меня встретил только старый дворецкий, принявший из моих рук метлу. Он поставил ее в угол под вешалку со шляпами, надел свое пальто, попрощался и вышел в морозную ночь.

В особняке мы остались одни.

Вот тогда я немного встревожилась. Что он задумал? Или он всегда отпускает слуг по пятницам, и в этом не было ничего особенного?

Решив не накручивать себя подозрениями, я поднялась на второй этаж, как и сказал дворецкий.

Мэр ждал меня в своем кабинете. Я была там один раз, когда забирала лицензию. Тогда мэр показался мне вменяемым. Разговаривал со мной вежливо, выглядел спокойным и уверенным в себе мужчиной.

Кто же знал, что его обуяет влечение?!

В углу кабинета, у диванчика, на небольшом деревянном столике был накрыт роскошный ужин: дымилось мясо в клюквенном соусе, горячий пар поднимался от отварного картофеля с грибами. А уж закуски какие были! Они радовали глаз пестрыми рядами на фарфоровых тарелках. И я вспомнила, что в суете проблем и переживаний совсем забыла пообедать сегодня. Горожане как услышали, что лавка, возможно, закроется на неизвестный срок, штурмовали ее каждые пять минут. То за одним приходили, то, вспомнив о более важных зельях, прибегали через двадцать минут. Одна немощная бабулька два раза забывала отвар для памяти. Хорошо, что во второй раз в лавке была ее подруга и напомнила.

Кристиан встал со своего широкого кожаного кресла и направился ко мне. Он ласково пожелал доброго вечера и, изображая аристократа, коим он, конечно, никогда не был – так, всего лишь сын разбогатевшего торговца, склонился и поцеловал мне руку.

Не то, чтобы мне понравилось его касание… Но я не отдернула руку, понимая, что это – простой жест вежливости.

– А теперь, наша дорогая Айлин, перейдем к насущным делам! – елейным голосом сказал мэр.

Это было правильно! Сначала дела, потом – ужин.

Я было открыла рот, чтобы высказать ему все претензии, а после – почти дружелюбно предложить мирное решение проблемы, но он определил меня.

Я не ожидала такой прыти от Кристиана. Каким-то неуловимым броском он обхватил обе мои руки, крутанул меня за них и подтолкнул к стенке со своим портретом.

Вид вкусного ужина немножко отвлек меня. А сам мэр был хоть высоким, но щупленьким.

Однако, даже в таком щуплом теле скрывалась мужская сила. И зря я забыла об этом!

– Ты пришла, чтобы выпросить назад свою лицензию? – проговорил он в самые зубы.

Это было подло. Над моей головой он крепко держал запястья, и я не могла оттолкнуть от себя его ненавистное лицо.

– Да!.. Вы обещали мне протекцию, если я буду помогать! – в ярости выкрикнула я, загнанная в угол. – Вы забыли о моей помощи? А как же приворот леди Кэтрин или подавление воли графа Лероя? Этого мало?! Чего еще вы хотите?

Кристиан Брэйн лишь с издевкой ухмыльнулся:

– Мне нужна твоя помощь. В моей постели холодно вечерами… Ты должна помочь и согреть её.

– Ни за что! – покраснела я, – Давайте не путать дела и личные отношения. Я пришла продлить лицензию. Узнать, какие вы нашли нарушения!

– Разные!.. – с издевкой сказал мэр.

Из последних сил я сдерживалась, чтобы не сорваться и не придушить наглого мэра магией.

– Подумай, Айлин, хорошенько… – лицо Кристиана приблизилось.

В целом, многие женщины нашего городка считали его красивым.

Но не я.

В мелких часто моргающих глазках, в тонких усиках и идеально причёсанных темных волосах, мне виделся крот. Не знаю, почему – Кристиан был высоким и худым, и на толстенького маленького крота не смахивал. Он просто был противным!

Особенно меня раздражала его манера ходить вокруг тебя, нарезая круги, и посматривать исподволь. Подслушивать, когда только можно. Выведывать, нанимать шпионов. Собирать компромат…

Никаких романтических чувств он у меня не вызвал. Только легкое чувство брезгливости и презрения.протекцию

– Сегодня ты отказываешь мне, а завтра твоя лавка закроется. Потому что проверяющие найдут много нарушений, – с угрозой в голосе пообещал он.

– У меня всё в соответствии с правилами, ни одного нарушения – мы проверяли с Мэй по вашей методичке! – мотнула головой я. – И на свидание с вами я не пойду. Говорю в последний раз!

– Пойдешь!.. – многообещающе прошипел мэр, – И не такие приходили.

– Вы не имеете права заставлять меня!.. Это низко – пользоваться служебным положением!

Несмотря на то, что меня прижали к стенке и, заломив руки над головой, удерживали насильно в кабинете, я до последнего момента пыталась не пользоваться магией. Хотела достучаться до мужчины при помощи логики.

Потому, что злость внутри меня разгоралась адовым пламенем. И лучше бы господину мэру не попадать в него.

– Мне доложили, что у тебя на посылках какая-то лиса. Она приносит тебе записки из леса… Кто это? Говори!.. Ты хочешь сбежать от меня?! – сжав мои руки до боли, Кристиан наслаждался проступившим на лице смятении.

Я не хотела, чтобы кто-то об этом знал. И уж тем более, мэр.

– Вас это не касается! – сквозь зубы прошипела я, – Отпустите меня, пока я позволяю…

– А то – что? Нападешь на меня? – мэр наслаждался своей безнаказанностью, – Следующим этапом будет тюрьма и смерть. Ты так хочешь расстаться с жизнью?!

– Я не буду с вами спать! – в который раз повторила я, – Мою лавку вы не закроете. Иначе все ваши темные делишки выплывут наружу.

– Ты смеешь угрожать мне?! – мужчина вспыхнул и неожиданно прижался ко мне всем телом, – Негодная ведьма. Сколько можно распалять мое желание? Ты не видишь, как нравишься мне?..

О, я не только видела. Я даже почувствовала!

– Если сейчас же не отпустите мои руки, я испепелю вас! – скосив глаза в сторону, одним едва слышным словом призвала огонь стихии.

Пока он только нагревал мои ладони, зарождался в них. Думаю, Кристиан уже это почувствовал.

– Я не хочу ссоры. Вызовите себе для утех кого-то другого. Нас с вами могут связывать только деловые отношения, – почти спокойно сказала я, сдерживая магию.

– Ты не посмеешь! – повторил мэр, но уже не так уверенно.

Он почувствовал, что руки, заломленные над моей головой, сильно нагрелись изнутри. И уж точно он знал о моей родной стихии.

Огонь, милый огонь!

Да, больше всего я любила огненную магию. Практиковала ее в ведьмовской школе. Получила в дар от бабушки. Иногда, казалось, даже дышала ею, как древний первородный дракон.

Кристиан не успел отдернуть руки. Помедлил.

За что и поплатился!

Из моих ладоней вверх, до самого потолка, вырвались столпы магического огня. Они моментально подпалили резную балку, перебросились по периметру дальше, разгоняясь и обугливая всё на своем пути. Через две секунды весь деревянный потолок, переходивший в крышу, был в огне.

– Ты что творишь, ведьма?! – дурным голосом заорал Кристиан.

Он бросился к своему столу, схватил изогнутую телефонную трубку и набрал экстренный номер. Телефоны были введены в нашем городе недавно, всего как с полгода назад. И были только у пожарных, да дежурного врача больницы.

– Пожар в моем кабинете! – проорал мэр в трубку, – Скорее воды! Воды!

Освобожденная и довольная, я сделала несколько шагов к двери прежде, чем услышала шипящее:

– Жди завтра гостей, ведьма!.. Ты за всё поплатишься: и за лавку, и за свое поведение!.. У тебя – ночь, чтобы передумать.

Равнодушно скользнув по его взбешенному лицу, а потом сверившись с настольными часами, такими старинными, что достались ему, судя по тяжелому магическому фону, от пра-пра-прабабушки, я лениво обронила: