Сергей Баев: Между прошлым и рассветом

От автора

Иногда, чтобы начать жить по‑настоящему, нужно просто перестать бояться выбрать.

Сергей Баев

Посвящается тем, кто однажды понял, что прежняя жизнь больше не подходит, и нашёл в себе смелость выбрать новую.

Благодарность Эта книга появилась благодаря моей девушке. Её поддержке, терпению и вере в меня тогда, когда я сам не был в себе уверен. Спасибо тебе – за тишину, за слова, за присутствие и за то, что была рядом в момент, когда эта история рождалась.

Глава 1. Московская клетка

Будильник зазвонил в шесть тридцать.

Анна Соколова открыла глаза и уставилась в белый потолок своей спальни. Ещё пять минут. Всего пять минут побыть человеком, а не функцией.

Рука потянулась к телефону, нащупала кнопку отключения сигнала. Тишина. За окном всё ещё было темно – ноябрьское московское утро не спешило светлеть.

Анна лежала, считая удары сердца. Раз… два… три…

Где-то на двадцатом она поняла: откладывать бессмысленно. День не спросит разрешения – он просто случится.

Ноги коснулись холодного ламината. Халат. Кухня.

Кофемашина послушно зашипела, наполняя маленькую однушку запахом арабики. Анна смотрела, как тёмная струя стекает в чашку, и думала, что это, пожалуй, самый приятный момент дня. Всё остальное – обязательная программа.

Душ, макияж, костюм. Классический серый – удобный, незаметный.

В зеркале отражалась ухоженная тридцатидвухлетняя женщина с аккуратно собранными тёмно-русыми волосами и усталым взглядом. Анна поправила воротник блузки и отвернулась.

Ей не нравилось это отражение. Не нравилось уже давно.

Семь сорок пять. Пора.

Москва встретила её серым рассветом и ледяным ветром. Анна закуталась в пальто и пошла к метро, растворяясь в потоке таких же спешащих людей. Все они куда-то торопились, все были чем-то заняты – и никто не улыбался.

Стандартная картина буднего дня.

Глава 2. Город у моря

Самолёт начал снижаться над Балтийским морем, и Анна прильнула к иллюминатору. Внизу расстилалась серая водная гладь, изрезанная белыми барашками волн. Берег приближался медленно, открывая панораму незнакомого города.

Калининград встретил её моросящим дождём и пронизывающим ветром. Анна вышла из здания аэропорта Храброво, поёжилась и огляделась. Провинция. Небольшой терминал, мало людей, размеренность движений. Непривычно после московской суеты.

Такси ехало по трассе мимо полей и перелесков. Водитель, мужчина лет шестидесяти с добродушным лицом, изредка поглядывал в зеркало заднего вида:

– Первый раз в Калининграде?

– Да, – Анна кивнула.

– По работе или так?

– По работе.

– Понятно. Ну, город красивый, увидите. Старый, немецкий ещё. Королевский, можно сказать. Кёнигсберг был когда-то.

Анна слушала вполуха, глядя в окно. Дорога петляла между посёлками с низкими домиками, потом вынырнула на мост через широкую реку.

– Преголя, – пояснил водитель. – Главная наша река. Город на ней стоит.

Вода была тёмной, почти чёрной под серым небом. По берегам тянулись набережные, старинные здания из красного кирпича, современные многоэтажки. Смешение эпох, смешение стилей.

– Вот мы и в центре, – объявил водитель, сворачивая на узкую улицу. – Адрес какой?

Анна назвала. Через пять минут такси остановилось у пятиэтажного дома с аккуратным фасадом.

– Приехали. Удачи вам тут!

Анна расплатилась, вытащила чемодан и поднялась на третий этаж. Квартира оказалась однокомнатной, но светлой и чистой. Большое окно выходило на Преголю – вид прямо на воду и Кафедральный собор на острове Канта.

Она подошла к окну и замерла. Собор стоял величественно и спокойно, его готические шпили уходили в низкое небо. Вокруг зелень парка, дорожки, редкие прохожие с зонтами. Тихо. Умиротворённо. От приоткрытого окна тянуло свежестью речной воды и едва уловимым запахом осенней листвы.

Анна выдохнула. Впервые за несколько дней – по-настоящему выдохнула.

Разобрала чемодан, повесила вещи, приняла душ. Было около трёх дня. Работа начиналась завтра, сегодня можно было просто погулять, освоиться.

Она оделась потеплее – джинсы, свитер, куртку с капюшоном – и вышла на улицу.

Дождь закончился, но небо оставалось затянутым тучами. Анна пошла наугад, вдоль набережной. Воздух пах водой, прелой листвой и чем-то ещё – солью? Морем? Чайки кричали где-то вдалеке, их голоса смешивались с мерным плеском волн о каменные берега.

Люди здесь ходили медленнее, чем в Москве. Не толкались, не бежали сломя голову. Старушка кормила уток у воды. Молодая пара сидела на скамейке, обнявшись. Мужчина с собакой неспешно прогуливался по дорожке.

Анна дошла до собора, обошла его по кругу. Читала таблички, фотографировала на телефон. Потом свернула в сторону центра и углубилась в старые кварталы.

Здания здесь были удивительными. Довоенная немецкая архитектура – аккуратные домики с черепичными крышами, кованые решётки, узкие окна. Рядом советские пятиэтажки и современные стеклянные офисы. Всё вперемешку, но как-то гармонично.

Анна шла и ловила себя на мысли, что ей нравится. Нравится этот город. Его тишина, его неспешность, его странная красота.

Желудок напомнил о себе – обед пропущен, завтрак был в самолёте. Анна огляделась в поисках кафе. Прошла ещё квартал и увидела вывеску: “Рассвет”.

Небольшая кофейня на углу здания, с панорамными окнами и уютным светом внутри. Анна толкнула дверь и вошла.

Тепло. Запах корицы, свежей выпечки и кофе. Деревянные столики, мягкие кресла, полки с книгами у стены. Приглушённая музыка – что-то джазовое, ненавязчивое.

За барной стойкой стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, в чёрной футболке и джинсах, поверх фартук. Тёмные волосы, коротко стриженные. Лет тридцать пять, может, чуть больше. Он поднял голову, когда Анна вошла, и улыбнулся:

– Добрый день. Проходите, располагайтесь.

Голос низкий, спокойный. Улыбка искренняя.

Анна кивнула и прошла к столику у окна. Села, сбросив куртку на соседний стул. Мужчина подошёл, протянул меню:

– Что будете?

Анна пробежалась глазами по списку:

– Капучино

Глава 3. Случайные встречи

Следующие три дня пролетели незаметно. Анна погрузилась в работу – встречи с подрядчиками, согласование бюджетов, разработка рекламных материалов. Калининградский филиал оказался амбициозным проектом, и Светлана требовала от неё полной отдачи.

Но даже в плотном графике Анна находила время заглянуть в “Рассвет”.

Первый раз – в обеденный перерыв во вторник. Максим встретил её с улыбкой:

– Двойной капучино без сахара?

Анна кивнула, удивляясь, как быстро это стало привычкой.

Второй раз – в среду вечером, после особенно выматывающего дня. Села за свой столик у окна, и Максим без вопросов принёс глинтвейн.

– Плохой день? – спросил он.

– Долгий.

– Глинтвейн лечит.

Он был прав.

Третий раз – в четверг утром, перед работой. Кофейня только открылась, посетителей не было. Максим готовил что-то на кухне, но, услышав звонок двери, вышел.

– Рано вы, – заметил он.

– Не спалось.

– Понимаю. Капучино?

– Да. И круассан, если есть.

– Свежие, только из духовки.

Он принёс заказ, и Анна ела, глядя на просыпающийся город. Максим вытирал столы, раскладывал салфетки, готовил кофемашину к рабочему дню. Двигался неспешно, уверенно, как человек, для которого это место – дом.

– Давно открыли кофейню? – спросила Анна.

– Три с половиной года. Сразу после переезда.

– Сложно было?

– Первый год – кошмар, – он усмехнулся. – Не знал ничего ни о кофе, ни о бизнесе. Учился на ходу. Но постепенно пошло.

– Не жалеете, что бросили архитектуру?

Максим остановился, задумался:

– Иногда жалею. Но архитектура осталась в прошлой жизни. Вместе со всем остальным.

Анна не стала углубляться. Каждый имеет право на свои границы.

– А вы? – Максим подошёл ближе. – Не жалеете, что в маркетинге?

– Раньше не жалела. Сейчас… не знаю.

– Что изменилось?

Анна пожала плечами:

– Разлюбила. Или устала. Или поняла, что это не моё. Не разобралась ещё.

– Может, Калининград поможет разобраться.

– Может.

В кофейню вошли первые посетители – пара пенсионеров. Максим извинился и пошёл их обслуживать. Анна допила кофе, оставила деньги на столе и вышла.

На улице было свежо и ясно. Солнце поднималось над городом, окрашивая облака в розовый. Анна дошла до офиса пешком, вдыхая утренний воздух и думая о том, что эти прогулки – лучшая часть дня.

В пятницу вечером Светлана пригласила всю команду в бар отметить завершение первой рабочей недели. Анна не хотела идти, но отказаться было неудобно.

Бар оказался шумным и переполненным. Коллеги пили пиво, смеялись, обсуждали футбол и сплетни. Анна сидела в углу с бокалом вина и старалась выглядеть заинтересованной.

Через час она не выдержала:

– Светлана, извини, но я пойду. Устала за неделю.

– Конечно, Аня! Отдыхай. Отличная работа на этой неделе, кстати.

Анна вышла на улицу и вздохнула с облегчением. Корпоративы никогда не были её стихией. Притворяться весёлой и общительной – выматывало больше, чем работа.

Было около восьми вечера. Идти домой не хотелось. Анна свернула к набережной и пошла вдоль Преголи. Вечерний город был прекрасен – огни отражались в воде, на мостах зажигались фонари, пары гуляли, держась за руки.

Она дошла до собора, постояла, глядя на подсвеченные шпили. Потом развернулась и пошла в сторону “Рассвета”.

Кофейня светилась тёплым светом. Внутри было несколько посетителей. Максим за стойкой разговаривал с девушкой-бариста. Увидел Анну и помахал рукой.

Она вошла, села за свой столик. Максим подошёл:

– Вечер пятницы, а вы в кофейне. Не судьба в бар или клуб?

– Была в баре. Сбежала.

– Не любите шумные компании?

– Терпеть не могу.

Максим рассмеялся:

– Понимаю. Я тоже. Поэтому открыл тихое место.

– Мудрое решение.

– Что будете? Глинтвейн?

– Давайте что-нибудь новое. Удивите меня.

– Вызов принят.

Он ушёл за стойку, и через несколько минут вернулся с высоким стаканом, наполненным слоями – кофе, молоко, карамель.

– Карамельный раф. Мой фирменный рецепт.

Анна попробовала. Сладкий, нежный, тающий на языке.

– Божественно.

– Рад, что понравилось.

Максим не ушёл, остался стоять рядом:

– Можно присесть? Или вы хотите побыть одна?