Света уже почти расстроилась и хотела чуть-чуть поплакать. Дед Мороз твердо обещал, а папы нигде нет!

А потом она заметила нового человека. Он только что вышел из дверей напротив и, как она, осматривался. Света пригляделась…

Большущий, красивый, сильный, серьезный! Классный!

И понятно же – надежный, как та здоровенная палка, которой Света в прошлом месяце дала сдачу противному Витьке из их группы.

Она улыбнулась своим мыслям. Вот, это совсем другое дело. Это точно папа. Сразу же видно, ну.

Света решительным шагом направилась в его сторону. Он пока не замечал ее, крутил головой, смотрел куда-то вдаль. Не замечал ровно до той секунды, пока Света в него не врезалась. Тогда, конечно, остановился и уставился на нее сверху вниз.

– Ну, пливет, – сказала Света.

– Хм-м, – удивленно промычал он.

– Ты на моего папу похож, – порадовала его Света.

– Извини, малышка, я спешу, – ответил он.

Света скрестила руки на груди. Спешит он! Нет, вы представляете, девочки?

– Я папу ищу! – возмутилась Света.

– Погоди, ты потерялась, что ли? – Он нахмурился, сел перед ней на корточки, на этот раз внимательно посмотрел в глаза. – Так. Ты, главное, не паникуй. Я сейчас позову администратора, сделаем объявление, и папа сразу найдется… Хорошо?

Света вздохнула. Эти взрослые иногда бестолковые такие!

Она уж собралась было всё ему объяснить, но тут к ним подлетела мама. Уф-ф, не вовремя…

Оля

Я летела к ним через весь холл и думала, что ситуация – хуже и быть не может.

А подлетев, еле сумела в последний момент затормозить. Иначе точно уронила бы на пол Кирсанова, сидящего на корточках перед Светой.

С другой стороны, может, зря не уронила? Некоторым товарищам стоило бы и падать иногда с высоты своей самооценки.

– Привет, – сказал Кирсанов и встал на ноги.

У меня внутри всё опять забурлило. Нормально, значит, говорить вот так спокойно «привет», как будто мы только вчера с ним виделись?

– Сколько лет… сколько зим… – сквозь зубы процедила я, вложив в эти слова весь яд и отраву, которые пять лет копились у меня в сердце.

Отвернулась и тут же переключилась на своего несносного ребенка:

– Светочка! Ты что наделала-то! Ты почему с елки ушла, разве так можно? Я же волновалась!

– Мамочка! – возмутилась она в ответ. – Я плосто пошла искать папу, что такого?

– К-кого… искать? – поразилась я и закашлялась.

Наверное, подавилась ядовитой слюной.

– Это твоя… дочь? – еще сильнее поразился Кирсанов.

Я проигнорировала неудобный вопрос и самого Кирсанова. Даже не посмотрела в его сторону.

– Так, Светочка, – строгим голосом сказала я. – Ты не слушаешься, и это очень плохо.

– Ну ма-а-ам! – тут же заныла Света. – Я плосто папу пошла искать!

Я взяла ее за руку. На самом деле, сейчас это не вопрос дисциплины. Мне надо срочно увести ее от Кирсанова.

Папу она пошла искать, прости господи! И ведь, что самое интересное, нашла…

Ну как, как, как это возможно?

– Оля, подожди, – сказал вдруг Кирсанов у меня за спиной. – Объясни, что ты вообще тут делаешь… Ты у меня работаешь, что ли? Откуда ты на конференции взялась?

«От верблюда!» – хотелось рявкнуть мне и заодно плюнуть в него остатками ядовитой слюны, словно тот самый верблюд.

Но я не успела. Обернувшись, я обнаружила, что к нам подошел какой-то низенький мужичок в синем пиджаке.

– Юрий Сергеевич… – проблеял мужичок. – Простите, пожалуйста, мне так неудобно вас беспокоить… – Казалось, он сейчас падет на колени и кинется Кирсанову руки целовать. – Но вы… будете продолжать выступление? Вас все ждут…

Кирсанов нахмурился, и мужикок заметно побледнел. Как будто собирался не просто на колени падать, а еще и биться головой об пол и причитать: «Прости меня, барин, холопа твоего недостойного, не вели казнить…»

– Да, Филипп Родионович, сейчас вернусь, – на удивление спокойно ответил Кирсанов, и мужичок начал медленно розоветь. – Оля, жди здесь. – Это он уже мне приказал. – Я закончу выступление и через двадцать минут вернусь.

– Ага, угу, – покивала я.

Буду ждать с нетерпением, точно-точно.

Кирсанов вместе с сопровождавшим его Филиппом Родионовичем развернулись и ушли.

– Придурок, – прошипела я ему вслед.

– Мамочка, ты сказала плохое слово! – обрадовалась Света.

– Пойдем! Быстро! – рявкнула я.

– Мама, нельзя! Он сказал, что велнется!

Но я, конечно, не собиралась ее слушать. Я потащила ее за собой к выходу, игнорируя рев и сопротивление.

В конце концов, ей четыре года, а мне двадцать семь. Я, может, и хрупкая стройная девушка, но по сравнению с ребенком я почти тяжелоатлет.

Нам надо срочно домой! Да куда угодно, лишь бы сбежать от Кирсанова!

Глава 3

Оля

Мы подъехали на машине к дому Лены. Надо было нашу сумку с вещами забрать и рвать когти домой.

– Этот дядя – мой папа, – заявила Светочка.

От неожиданности я резко нажала на тормоз – чуть не въехала в сугроб.

Мало того, что моя четырехлетняя дочь отправилась в одиночку искать папу и, что характерно, нашла! Так она еще и каким-то образом выяснила, что это действительно ее папа!

Да как она могла выяснить? По сути, никто об этом не знает, кроме меня!

– Света… – Я покачала головой. – Ну объясни мне, зачем ты такое придумываешь?

– Я не плидумываю! – возмутилась она. – Мне Дед Молоз сказал!

– Дед Мороз сказал? – опешила я. – Прямо так и сказал? Вот этот человек – твой папа?

Если бы Света ответила «да», я бы, кажется, снова начала верить в Деда Мороза.

Однако дочь моя смутилась.

– Нет, он плосто сказал, что, если велить, то папа нас найдет…

– Тогда почему ты решила, что именно Кирсанов и есть твой папа? – осторожно спросила я.

– Он мне понлавился, – вздохнула Света. – Все дяди воклуг были какие-то дулацкие, а этот мне слазу понлавился. Я хочу, чтобы он был моим папой…

Я тоже вздохнула. Что ж, вера в Деда Мороза отменяется, а вот в голос крови я, кажется, не верить теперь не могу.

Тем более надо нам держаться подальше от Кирсанова! Не дай бог у него тоже, как у Светика, голос крови проснется!

***

У Лены мы пробыли совсем недолго. Собрали сумку, перекусили на дорожку, взяли с собой пару бутербродов.

– Может, переночуете? – предложила Лена. – Скоро темнеть начнет… лучше завтра уж ехать, по-светлому…

– Нет, лучше сегодня. – Я покачала головой, решив не вдаваться в подробности.

Света начала хныкать, что не хочет никуда уезжать, и утешилась только, когда Лена подарила ей костюм жар-птицы.

– У меня дети выросли, – улыбнулась она. – Пусть ребенок порадуется, может, еще и в следующем году поносите.

Ребенок так порадовался, что стащить с нее платье оказалось совершенно невозможно. Пришлось надевать теплую кофточку прямо поверх кружев и стразиков, а потом влезать вместе с юбкой в зимний комбинезон. К счастью, операция прошла успешно, а Света окончательно успокоилась.

– Дед Молоз сказал, что папа нас найдет, – сообщила она. – Я думаю, он за нами сколо плиедет.

У меня по спине побежали мурашки. Света, конечно, фантазерка, и Кирсанов к нам не приедет. Однако с каждой ее репликой мне всё сильнее делалось не по себе.

Уже в машине я настроила навигатор и заодно выяснила, что зарядки у телефона осталось всего двадцать процентов. Да, стоило проверить заряд, когда мы были еще в квартире у Лены, но чего ж теперь. Через прикуриватель заряжу.

***

Светочку укачало, и она уснула в своем детском кресле.

Мне кто-то несколько раз звонил с незнакомого номера, но я не стала принимать вызов – неудобно разговаривать за рулем. Если это спамеры, желающие предложить кредит, то пошли они к черту.

А если это Анна Николаевна из «Альфа Парадиз» или какой-нибудь Филипп Родионович, и они желают сообщить мне, что я не должна была уходить с конференции, то… пошли они тоже к черту.

Всё равно я не буду у них работать ни за что. Вернусь домой, напишу заявление на увольнение и вышлю почтой. Заказным письмом, вот так.

Примерно минут через сорок пути, когда мы ехали уже по трассе, погода заметно испортилась. Повалил снег – сначала крупными хлопьями, потом началась натуральная метель. Темнело, и видимость становилась всё хуже и хуже.

Я сбавила скорость – я не настолько опытный водитель, чтобы гонять, как сумасшедшая, в таких условиях. Кажется, домой мы доберемся не через пять часов, а хорошо если через семь-восемь.

И что делать? Не возвращаться же? Ох, говорила мне Лена – оставайся, а я ее не послушала…

Это всё из-за Кирсанова! Он просто козел! Из-за него мы уехали в ночь, да еще в такую кошмарную погоду!

На приборной панели зажегся красный значок. Я понятия не имела, что он означает, раньше никогда такого не видела. По идее, все эти значки сообщают о какой-либо неисправности, знать бы еще, о какой…

Выглядел он, как схематичный рисунок аккумулятора. У меня проблемы с аккумулятором? Но почему? У меня же совсем новый аккумулятор! Это очень странно, да…

Я съехала на обочину, затормозила, заглушила двигатель. Потом снова завелась – вроде заводится с пол-оборота, как обычно. И красный значок погас. Я успокоилась и тронулась с места.

Еще через минуту значок опять появился на приборной панели. Я уже ничего не понимала. Может, просто глюк? Машина-то старая, бэушная, у меня и раньше были с приборной панелью проблемы, когда там в проводах что-то окислилось и, стоило тронуться, по ошибке включались чуть ли не сразу все значки…

Если бы тут поблизости была какая-нибудь станция техобслуживания, я бы, конечно, заскочила туда, попросила бы посмотреть, что у меня за проблема.

Но мы ехали, по сути, через лес. Мы уже миновали несколько маленьких городов Московской области, а сейчас, на этом отрезке пути, не было ни одного населенного пункта. И ни одной станции техобслуживания…

Я покосилась на спящую Свету и решила ехать вперед. Рано или поздно будет какой-нибудь очередной городок, и там я, наверное, смогу получить помощь. Если значок горит по ошибке, то и вообще проблемы никакой нет.

А если не по ошибке… Ну, видно будет.

***

Минут через десять машина начала странно себя вести. Она буквально притормаживала на ходу и сама сбавляла скорость, сколько бы я ни давила на педаль газа.

Еще через пятьсот метров она замедлилась настолько, что я поняла: сейчас просто остановится.

Я успела вывернуть руль, чтобы съехать на обочину, и там мы встали. Приборная панель погасла полностью. Никакие огоньки на ней больше не горели. Фары тоже погасли. Печка выключилась.

Кажется, у меня все-таки проблемы с аккумулятором…

Дрожащей рукой я отсоединила телефон от держателя. Кому звонить, кого на помощь звать? Так, какой тут ближайший городок? Надеюсь, интернет хоть ловит?

Надо найти телефон эвакуатора… надо, чтобы был поближе… Господи, где мы находимся-то вообще? Сейчас, сейчас…

Телефон пискнул, сообщая мне, что зарядки осталось менее одного процента.

Как менее одного процента?! Я же заряжалась всю дорогу! Через прикуриватель!

До меня даже не сразу дошло, что, поскольку аккумулятор не работал, то и телефон не заряжался. Включенный навигатор высосал из него последние электроны.

Еще несколько секунд я лихорадочно пыталась найти номер хоть какой-нибудь аварийной службы. А потом экран телефона в моей руке погас.

Всё, приехали, привет.

Глава 4

Юрий

Я увидел ее там, на конференции, и обалдел.

Это было слишком неожиданно. Настолько неожиданно, что я дар речи потерял.

Только что вещал сотрудникам о планах на будущий год и перспективах роста, а потом заметил краем глаза какое-то движение в заднем ряду.

Я посмотрел туда. Запнулся на полуслове и больше ничего не говорил.