Русалочка под прикрытием (страница 28)
За дальнейшими событиями мы могли наблюдать только по приборам. Два космолета приземлились рядом, тут же выскочили по четыре бойца из каждого и перебежками, прикрывая друг друга, приблизились к звездолету. Трое вошли, остальные остались снаружи. Через минуту один вышел с опущенным автоматом, что-то сказал по рации. Ответ они получили моментально, оставшиеся на улице солдаты зашли на борт и задраили люки.
– Вот сейчас начнется самое интересное, – я повернулся к Мие. – Чтобы не пропустить, нужно найти какой-нибудь транспорт. Во дворе я видел неплохой дельталет последней модели.
– Видела, – скорчила Миа недовольную гримасу, – он стоит бешеных денег. Представляешь, кто может оказаться его хозяином? Только за его угон нас могут приговорить к пожизненному.
– Двух пожизненных не бывает, – я стал спускаться.
Прямо около дома стоял черный угловатый дельталет, даже круче, чем тот, на котором меня отвозили имперцы к фельдмаршалу. Я огляделся, поднял с дороги увесистый камень и хотел ударить со всей силы по стеклу, но Миа уже сидела на корточках, ковыряясь в дверном замке. Раздался щелчок, и дверь дельталета отъехала в сторону.
– Даже спрашивать не буду, откуда у тебя такие познания, – я выбросил камень и хотел сесть на штурвал, но Миа преградила мне путь.
– Я открыла, я и за рулем.
Нехотя я обошел и сел на пассажирское сиденье. Миа завела мотор и подняла машину в воздух. Я получал данные с выпущенного дрона, перенастраивая его на слежение. Как и думал, имперцы нашли меня, захватили звездолет и подняли его в воздух. В окружении космолетов ищеек они двинулись в направлении города. Мне оставалось только следовать за ними и смотреть, куда его доставят.
– Я поняла твой маневр, – не отрываясь от дороги, произнесла Миа, – ты хочешь попасться прямо в лапы фельдмаршалу. Так ты узнаешь, где находится его штаб, хотя и ты и я это прекрасно знаем. Вопрос – зачем и что делать дальше.
– Это уже два вопроса, – улыбнулся я. – Но ты не права, где они сейчас, мы не знаем. Вряд ли фельдмаршал станет сидеть на месте, ожидая, что взбунтовавшиеся мы прорвемся к начальству и выложим им адрес. Но мы им нужны, точнее, капсула и мое бренное тело. Солдаты не умеют обращаться с такой аппаратурой, поэтому они должны будут доставить ее на новое место дислокации.
– Поняла, – ответила Миа и больше вопросов не задавала.
Мы держались на расстоянии, следя за передвижением только с помощью дрона. Все шло хорошо, но одна мысль не давала мне покоя. После перемещения обратно в тело я не мог как раньше действовать быстро в экстремальных ситуациях, простые мысли давались с трудом, будто застревая в решетке русалочьего мозга. Вот и сейчас я пытался выпутать эту мысль, которая не давала мне покоя, но она прочно увязла. Это раздражало, потому что чутье и инстинкты кричали во все горло, а я, как контуженный, не мог понять ни слова.
Наконец, провертев мысли в разных направлениях, я поймал нужную за хвост. Я же сам начинал служить с имперских ищеек и точно помню устройство их космолетов. Они напичканы не только боевым оружием, но и средствами слежения, которые позволяют находить преступников в городских трущобах. Следовательно, мой дрон они должны были засечь сразу. Не отреагировали и не нашли нас по сигналу от дрона только в одном случае – они выманивали нас.
В подтверждение моих мыслей справа раздался сильный удар, дельталет качнуло, и мы начали заваливаться набок, теряя высоту, и через секунду врезались в землю, пропахав днищем огромную борозду.
Глава 17
Земля, Франция, Париж, лесная дорога.
– Папа, там же Линн, – Аннет плакала, стуча кулаками по заднему стеклу фургона. – Мы не можем ее оставить!
– Деточка, Линн совсем не беззащитная девушка, – успокаивала ее Валери, пытаясь оторвать от стекла и усадить на сиденье. – Ты же знаешь, это специально подготовленный военный, ты видела, как он дерется. Он спас нас, дал возможность уехать.
– Она умерла, спасая нас, – плакала Аннет, закрыв лицо руками.
– Зная хитрость и силу Линн, вряд ли, – спокойно высказался Марвин, удерживая руль, пытающийся вырваться на каждой кочке. – Не думаю, что он победит этого верзилу, но не это было его целью. Опасное оружие они отправили с Земли, наши повара уже сбежали на свою планету, Линн ждет то же самое. Мы попрощались, значит, он уйдет к себе.
– Я не хочу прощаться с Линн, она прикольная. Или он, мне все равно, – заливалась слезами Аннет, – я привыкла к ним.
– Многое меняется, еще недавно ты вообще не знала, кто она такая, потом невзлюбила ее и только тогда, когда узнала, что она русалка, подружилась. Теперь приключения закончились и придется возвращаться к обычной жизни – школа, задания, уборка комнаты.
Аннет забилась к окну, обхватила колени руками и смотрела на мелькающие деревья. Они выбрались на трассу, по которой покатили в сторону города. Ночью машин попадалось мало, когда выехали на междугороднюю трассу, Марвин перестал гнать фургон, влившись в основной поток. Взгляд его то и дело скользил по зеркалу заднего вида, ища огромный внедорожник бойца Джона. Но позади ехали только заплутавшие легковушки, да фуры с уставшими дальнобойщиками.
Город встретил их привычными огнями, шумом ночных гуляний, песен уличных музыкантов, звоном бокалов и смехом молодых парочек. Витрины светились, привлекая покупателей, над отелями и клубами мигали вывески, привлекая посетителей, город жил своей жизнью.
Раньше Марвин смотрел на Париж, не замечая его. Город и город, такой же, как все остальные, мигают светофоры, гуляют люди, кто-то ест, кто-то спит, одни идут на работу, другие возвращаются. По-настоящему его волновала только работа, дослужиться до шефа, изобрести новый рецепт, победить на конкурсе – это все были его первоначальные цели, а добиваясь одной, он ставил перед собой другую. Глупо было ставить цель – заслужить уважением дочери, она же есть, рядом, в получасе езды. Сейчас, изредка оглядываясь, он видел раскрасневшееся и опухшее от слез лицо дочери и понимал, что основная его цель – сделать так, чтобы Аннет никогда не плакала.
Валери заметила, что он часто оглядывается на дочь, и положила свою руку на его. Марвин всегда принимал как должное ее уважение, помощь, но сейчас благодарно сжал ее, повернулся и подарил улыбку. Настоящую, благодарную, не те, которые он дарил раньше, вынужденно улыбаясь, когда она в очередной раз выручала его, напоминала о днях рождениях, покупала подарки.
– Приехали.
Фургон заскрипел тормозами, останавливаясь около подъездной дорожки двухэтажного дома. Аннет, которая задремала на заднем сиденье, протерла глаза ото сна и выглянула в окно.
– Это мой дом? Папа, ты что, привез меня домой?
– Конечно, дорогая, – Марвин выключил мотор и повернулся к ней. – Ты должна жить дома с мамой.
– Я хочу с тобой! Ты же знаешь, мама хочет увезти меня и сделать папой этого жуткого качка.
– По закону ты должна жить с мамой. Я не могу обеспечить тебе нужный уход и воспитание. Тем более у меня нет работы, даже места работы уже не существует. Так что лучше, если ты сейчас вернешься домой.
– Валери! Ну ты-то хоть скажи!
– Дорогая, папа прав. Твоя мама волнуется, тебя не было несколько дней, ты прогуляла школу и пропала непонятно куда, мы же так и не предупредили ее. А она будет сильно недовольна.
– Я даже представляю ее лицо, когда ты появишься на пороге. А уж что она скажет, – закали глаза Марвин, пытаясь разрядить обстановку.
– Можешь обернуться и посмотреть, – Аннет насупилась и стала вылезать из фургона.
Марвин обернулся и увидел, что из дома выскочила Софи с битой в руках. Сзади семенил Клаус, пытаясь убедить жену остановиться, но это мало помогало. Софи неслась как пиратское судно для захвата королевского фрегата.
– Я знаю, что она у вас! – кричала она, замахиваясь битой. – Отдайте мою дочь! Вы не получите ничего, ни копейки! Я вам все разнесу, если не отдадите!
– Мама! – Аннет выскочила из фургона и побежала к матери навстречу, загораживая собой машину. – Со мной все в порядке.
Софи бросила биту и прижала дочь к себе.
– Несносная девчонка! – через секунду она отстранила ее. – Где ты была столько дней? Небось со своим папашей?
Она посмотрела в сторону фургона. Марвин сидел в фургоне, но Валери подтолкнула его, заставляя выйти.
– Софи…
– Так и знала, что это ты! Я же просила тебя, говорила по-хорошему, но ты не понимаешь! Ты второй раз украл у меня дочь!
– Папа никого не крал! – встала между ними Аннет. – Мы были с папой на рыбалке в лесу.
– В лесу, говоришь? – Софи взялась за биту и стала подходить к Марвину. – Значит так, дорогой бывший, я забираю Аннет, и больше ты ее не увидишь. Никогда!
Марвин подошел ближе, выхватил у бывшей жены биту и направил в ее сторону.
– Аннет такая же моя дочь, как и твоя. Ты не имеешь права запрещать видеться с ней. Да, мы не предупредили тебя, в этом есть моя вина. Но забирать дочь ты не имеешь права.
– Я-то не имею? А ты в курсе, что о пропаже детей возбуждается уголовное дело? Как только дочь не вернулась домой, я написала заявление в полицию о том, что ты выкрал ее. Тебя уже ищут, так что скоро мы будем разговаривать с тобой через решетку. Точнее разговаривать мы не будем вообще. Я подала в суд на лишение тебя отцовства. Суд будет через четыре дня. А так как ты лишился работы, да, я была у тебя на работе, да еще уголовное дело за похищение ребенка, я выиграют суд! – выплюнула она последнюю фразу, выхватила биту из рук Марвина, схватила Аннет за руку и направилась к дому.
Клаус, который все это время топтался за их спинами, пожал плечами и поплелся следом. Марвин выдохнул и обрадовался наступившей тишине, но ее разрезал рев автомобиля и скрежет торможения шин. Он обернулся, на них несся черный раскруженный внедорожник, крыша была примята в середине, одной двери не было, вторая болталась на одной петле, на повороте хлопая и с гулом отлетая обратно.
– Папа, – Аннет попыталась вырваться из цепких рук матери, – он нашел нас!
Валери выскочила из машины вовремя, внедорожник на полном ходу врезался в фургон.
– Это что еще такое? – повернулась к ним Софи. – Во что ты влез, дебил?! Мою дочь хочешь втравить в неприятности? Я все запишу! Все!
Она достала из кармана телефон и стала включать камеру. Аннет ей пришлось отпустить, и та бегом побежала к отцу.
– Иди в дом!
– Но папа!
– Я сказал – иди в дом! Дорогая, – более мягко проговорил он, поцеловав дочь в лоб, – я вас защищу, обещаю.
– Но ты не справишься, он же такой огромный и сильный.
– Я знаю, иди в дом, – он подтолкнул дочь в тот момент, когда из внедорожника вылез боец Джон.
– Клаус, – заверещала Софи, – убери этого придурка с нашего газона.
Клаус, который хлопал глазами и смотрел за всем происходящим ошалелым взглядом, отмер и направился в сторону Марвина.
– Да не этого, – продолжала вопить Софи, – того, большого. С этим я и сама справлюсь.
Сжав кулаки и разминая плечи, Клаус направился к бойцу, который, не снижая скорости, шел к Марвину.
– А ну, – начал Клаус, но договорить не успел. Боец Джон одним ударом свалил его на землю.
– Oblivisci omnia vivunt, iam, memini olim, – выкрикнул Марвин, расставив руки в стороны и закрывая собой Софи и Аннет, которая стояла в дверях дома.
Боец Джон остановился и уставился на него. Склонил голову набок как собака, которая задумалась, кидаться на жертву или обойти.
– Imperii est iunctus, – ответил боец Джон, развернулся и зашагал прочь.
– Клаус, – Софи бросилась к мужу, хлестала его по щекам, пыталась поднять на ноги. – Это все ты, – прошипела она, оборачиваясь к Марвину. – Я все засняла, из-за тебя моего мужа чуть не убили. Так что встретимся в суде!
Поддерживая Клауса под руку, она повела его к дому.
– Что ты ему сказал? – подошла к Марвину Валери.
– Я не знаю, Линн говорила, что эту фразу говорят друг другу их военные. Наверное, он признал меня за своего.