«Получается, что так. Слушай, прости, – быстро затараторил он, не давая мне снова завопить, – я же не специально. Это условия магического долга. Я не виноват».

«Я уже поняла, что на тебя бесполезно злиться», – ответила я раздражённо.

– Лия, давай без глупостей, – Зейн сложил руки на груди, – мы выполним новое задание и покинем страну немедленно. Без всяких сантиментов. Мы на работе.

И кивнул на сиротливо лежащий на краю кровати пухлый свёрток. Лейс прошипел что-то нелицеприятное про Мелвина, Марс молчал, но посмотрел очень уж красноречиво. А я гипнотизировала взглядом свёрток с такой желанной информацией по Амаль Тенмар.

– Новое задание в свёртке? – тихо спросила я.

– Да, – было мне ответом, – доступ к посылке только у тебя.

– Все на выход. И без вопросов! – бросила, не отрывая взгляд от посылки, на которой едва заметно просматривалась магическая печать.

Парни уходить не хотели, но близнецы всё-таки меня послушались, пусть Лейс и задел плечом Мелвина, когда уходил, а Марс смерил его ледяным взглядом. Удивительно послушные мальчики стали, я просто уверена, что тут есть какой-то подвох. Но разбираться буду потом. А вот Зейн встал в позу, аргументируя это тем, что он должен знать всё, что там есть.

– Мелвин, я расскажу тебе, что там, – я закатила глаза, – но потом.

– Вот уж нет, я не для того бегал как в задницу ужаленный по всем ущельям и холмам близ границы, чтобы ты меня сейчас выставила, – он взял свёрток в руки, – поэтому либо вместе, либо никак.

– Мы вообще-то на работе, забыл? – подколола его.

– Да куда нам торопиться, мы всё равно в оцеплении и в любой момент можем свалить. А ещё мы поговорим о твоём поведении в моё отсутствие, – зло усмехнулся бывший и вышел в окно.

Я даже сказать ничего этому мерзавцу не успела. И ведь после ухода Фаворски не стала восстанавливать контур. Ну, что за дура! Надо было ставить, тогда точно не удрал бы, к-к-козёл. Вот что это за ребячество? Я бы дала ему почитать, но только после того, как сама разобрала посылку. Ведь там может оказаться что-то для его глаз не предназначенное.

Я упала обратно на подушки. Доберусь до Зейна, выбью всю дурь. А пока пусть отдохнёт, похоже, ему и правда пришлось очень нелегко за всё это время. Ситуация складывается очень нехорошая. И почему-то мне казалось, что всё это связано с Фаворски. И со мной, конечно.

Я снова уныло посмотрела в потолок. То, что страна сейчас в оцеплении, конечно, пугало. Я понимала всю опасность ситуации и чувствовала, что случится что-то нехорошее. Ведь не просто же так Совет решил окончательно закрыться от Союза, хотя раньше вроде как стремился к контакту с внешним миром.

Но конкретно сейчас, в данный промежуток времени, когда я печальной колбаской предавалась тлену в своём кабинете, меня волновало кое-что другое. Например, моя судьба, когда всё это закончится. Наверняка родители узнают о моей работе, дядя не сможет промолчать, когда я заперта в Вильере. И тогда они меня запрут в самой высокой башне на краю света и никогда больше не выпустят.

Да, я взрослая девочка, но мои родители слишком уж пекутся обо мне. Хотя я не могу сказать, что они будут так уж не правы, если после всего запрут меня в том доме в закрытой бухте. Я бы с ума сошла от переживания, узнай, кем и где работает мой ребёнок. А ведь они искренне верили, что я нахожусь на краю Империи и перебираю бумажки в какой-нибудь захудалой ратуши замшелого городишки.

Так! Поныли и хватит. Надо брать себя в руки, буду решать проблемы по мере их поступления. В конце концов, когда-нибудь мама с папой должны были узнать, кем я на самом деле работаю. Скрывать от них это всю жизнь было бы крайне нечестно. А тут такой замечательный повод всё рассказать. Эпичненький, я бы даже сказала.

«Ма, па, я провела каникулы в Вильере, прямо совсем рядом с дарангским камнем, которым вы меня пугали в детстве. Не переживайте, всё было отлично, правда я оказалась в оцеплении, но ничего, вы ж знаете, я всегда найду выход. Пап, мам… Мама, не падай в обморок!..».

Да, даже в мыслях это казалось довольно абсурдным. Демоны с объяснениями, если что, буду прикрываться дядей как живым щитом. Не одной же мне отдуваться, верно? А сейчас мне важно поймать этого придурка малахольного, именуемого моим напарником, и отобрать мой свёрток.

Ишь что удумал! Ведёт себя так, будто самый главный. Да, он выше меня по званию, старше и опытнее, но ведёт себя как полный кретин. Всё-таки хорошо, что мы с ним расстались. Рано или поздно я бы его прибила. И пришлось бы тащить в ночи хладный трупец, замотанный в бабушкин проеденный молью ковёр, и прятать улики страшного преступления…

Правильно говорят, что ни происходит – всё к лучшему. И теперь я оказалась в этой жутковатой, но дико любопытной стране на опасном задании, и встретила необычных людей. Встретила Фаворски. Вот что бы было, если бы я никогда не оказалась в Вильере? Я бы никогда не узнала об этих несносных братьях?..

Предаваться думам тяжким мне помешал стук в дверь. Ну, отлично, хоть кто-то разгонит мою меланхолию! А то я уже как-то подустала кручиниться и погружаться в пучину грусти. И как назло, видя моё нерадостное настроение сегодня за завтраком, Нарски опять отменил все мои занятия на сегодня, не принимая моих возражений. Что б ему, заботливому такому.

– Войдите! – выкрикнула бодро и села ровнее.

– Здравствуйте, профессор Корнелия, – в кабинет вошёл Стефан, – как ваше самочувствие?

– Здравствуй, – поприветствовала парня, – хорошо, спасибо. По какому поводу ты ко мне заглянул?

– Ивар, – сказал он и прошёл в глубь кабинета, – я поговорил с ним, как вы и просили.

– А ты времени зря не теряешь, Стефан, – я жестом пригласила его сесть.

– Не люблю откладывать в долгий ящик, – он качнул головой, а я понимающе улыбнулась. В этом был весь Ковальски.

– Я тебя внимательно слушаю, – я переплела пальцы.

– Я поговорил с ним, сказал, что знаю, что он следит за вами и докладывает, – я слушала внимательно, – он стал очень нервным, задёргался, будто нас кто-то мог услышать, и попросил забыть обо всём и не лезть в это ради моей же безопасности. Профессор, мне кажется, он в беде.

– Очень на это похоже. Хорошо, – я хлопнула по столу, – спасибо за помощь, Стефан. Для меня это очень важно.

– Постойте, профессор, – он и не думал вставать и уходить, посмотрел на меня серьёзными глазами, – вы же не оставите всё, как есть? Ивару нужна помощь. Я не могу его бросить.

– Стефан, – сказала я вкрадчиво, – мне кажется, тебе стоит последовать совету Бельски. Не лезь в это ради своей же безопасности. Будь благоразумен, ты же не хочешь пострадать? Подумай о своей бабушке, у неё больше никого нет, кроме тебя.

– Это связано с тем, что вы – из Союза? – в который раз убеждаюсь, что он очень смышлёный и проницательный парень.

– Думаю, я не солгу, если отвечу «да», – я покачала головой.

– Тогда я точно не отступлюсь. Я должен ему помочь, – он упрямо сжал челюсти и посмотрел на меня твёрдым решительным взглядом.

Упорный и несгибаемый, но при этом миролюбивый и очень умный. Просто невероятные сочетания качеств в одном немаленьком худощавом старосте лосиков. Не удивлена, что парни выбрали именно Стефана Ковальски главным. Есть лидерские качества и тот самый элемент спокойствия, позволяющий удерживать какую-никакую, а гармонию в этом буйном стаде.

– Шансов отговорить тебя у меня нет, верно? – спросила, ни на что особо не надеясь.

– Нет, – помотал головой Стеф.

– Хорошо, – я приняла решение и создала контур, – тогда сделаем это вместе. Поможем Ивару. Но сначала принеси мне клятву, что всё, что ты увидишь, услышишь или узнаешь от меня – останется между нами. Ни словом, ни делом, ни каким-либо другим способом ты не раскроешь мою тайну.

Стефан смотрел на меня долгим немигающим взглядом и раздумывал. По его глазам я видела – он понимал, что я не просто преподаватель, а всё происходящее очень серьёзно. Он взвешивал «за» и «против» моего предложения. И наконец решился. Я почувствовала облегчение.

– Ни словом, ни делом, ни каким-либо другим способом я не раскрою вашу тайну. Всё, что я узнаю от вас, увижу или услышу – останется между нами. Но я сниму с себя обязательства, если моё молчание будет во вред вам, профессор Корнелия. Клянусь.

Я только улыбнулась. А парень умён, такую интересную формулировку внёс в клятву. Однако я не стала ему что-то говорить по этому поводу. Конечно, это небольшая лазейка, но я была бы даже немного разочарована, если бы он просто повторил мои слова. А так Стефан всегда остаётся Стефаном.

Только после клятвы я рассказала ему, что прибыла в Вильеру не просто так. В подробности не вдавалась, но Ковальски и сам всё прекрасно понял. Лишь серьёзно кивнул и спросил, что мы будем делать с Бельски. Я постучала пальцами по поверхности стола.

– Присматривай за ним, наблюдай, с кем он общается. Попробуй чуть позже ещё раз разговорить его и пообещать помощь, – я прищурилась, раздумывая, что же ещё, – кто его сосед по комнате?

– Риз Торски, – коротко ответил он, а я серьёзно призадумалась.

– Тогда, возможно, стоит присмотреться и к нему, – я тут же вспомнила, как Марс говорил о том, что Гас слышал голос Риза, когда был на отработке у Заварски. Не может же это быть простым совпадением?

– Хорошо. Думаю, я пойду? – он поднялся.

– Конечно, – я расцепила контур.

– Кстати, профессор, ребята желают вам скорейшего выздоровления! – он обернулся возле двери.

– Я вернусь, они не успеют соскучиться, – широко улыбнулась на это заявление.

Староста ушёл, а я осталась думать. Всё становится сложнее и интереснее. Уж не верю я, что сморчок так запугал Ивара, что он просил Стефана держаться подальше. Ещё и Риз замешан во всей этой неразберихе. Демоны с ними, не будем забегать вперёд. Будем наблюдать и делать выводы. А сейчас мне нужно подготовиться к совместному занятию с Фаворски. У них как раз недавно закончилась последняя пара.

Долго ждать близнецов мне не пришлось. Я успела только мысленно набросать примерный план хода занятия. Раз уж эти упрямцы с чего-то решили быть послушными и заниматься вместе, то надо использовать это с максимальной выгодой для них обоих, пока Фаворски опять не передумали. Что в головах у этих двоих, я не имела ни малейшего понятия.

– Этот недоумок не здесь? – вместо приветствия сказал Лейс, первым нырнув в кабинет прямо перед недовольным Марсом, которому пришлось придержать братцу дверь.

– И тебе привет, – хмыкнула я, присаживаясь на край стола, – что-то вы сегодня бешеными лосями не прискакали ко мне. Неужели больше не беспокоит моё здоровье?

– Мы решили, что нужно дать тебе пространство. Вдруг это из-за того таракана, – ответил Марс, – я ошибся?

– Ага, – я улыбнулась, активируя контур и возвращая себе свою внешность, – мне просто пришлось скучать, без этого таракана-недоумка. Но я рада, что вы не стали прогуливать пары.

– Вот видишь, какой я хороший, – оскалился Лейс, а потом добавил, – хочешь выдать мне награду?

– Сам себе пинок пропиши, – сказал Марс, – достойная награда для тебя.

– И для тебя, – парировал Лейс, намекая на их связь, – я готов дать пинка хоть сейчас. Только попроси, братик.

Я только молча закатила глаза. Фаворски такие Фаворски, боги всемогущие. Перемирие перемирием, а перестать ругаться они точно не в силах. Хорошо, если не полезут бить друг другу морды – а то придётся их лечить.

Я сидела и наблюдала за ними. Они стояли и переругивались, а мне в голову пришла очень интересная мысль. Я настроилась и пригляделась к их магическим потокам. Центр их магии полыхал ярким светом, неровно пульсируя. Как интересно. А если…

– Лейс, Марс, перестаньте. Мы ведь здесь не для этого, – почти ласково сказала я, продолжая наблюдать.