Я отчётливо понимала, что мне нужно сосредоточиться, собрать разрозненные кусочки в целую картину и выработать линию поведения и действий. Что мы имеем? А имеем мы отбившегося от рук Мелвина и кулёк с заветной информацией, а также вход в Источник и тайную секцию библиотеки – это проблема первой категории, относящейся к моей работе напрямую.

Во вторую категорию я включила – господина Эн, стоящего над Нарски; Фаворски, за которыми следят как за подопытными мышами; и прошлое моих близнецов. Эта категория сложная и очень загадочная, которую я просто обязана раскрыть во имя благополучия и безопасности всего сущего.

В третью группу я включила проблемы, связанные с моими студентами в локации академии. То есть здесь и сейчас, которые я могла начать решать прямо сейчас. Сюда я занесла непонятную ситуацию с Иваром и слежкой, решение текущих задач в моей группе, подозрительную сговорчивость братьев и занятия с завербованными мною лосиками.

Отдельным вопросом я вынесла то, что происходит со мной и Фаворски – странные искры, вырывающиеся то от них, то окутывающие их мои, изменение плетения леди Татлер и странную особенность парней. Я не забыла, что они зеркальные близнецы, и то, что это ещё не всё, судя по тому, что они продолжали расти в магическом плане.

Я отключила кран, скинула халат и погрузилась в воду. Я расслабилась. И душой, и телом. Мозг перестал выворачивать извилины, и те, предательницы, повернулись в сторону Фаворски. Если я собрала себя в кучку и разобрала всё по полочкам, то перестать думать о Марсе и Лейсе я не могла.

Что же в них такого особенного? Что цепляет меня, не даёт окончательно забыться даже сейчас – в горячей ванне с аромамаслами? Я прикусила палец, прищурившись уставилась в никуда. Что я вообще о них знаю? Они магическая аномалия, у них непростое прошлое, поставившее их друг против друга, они нужны господину Эн, они просто в опасности, пока находятся на территории Вильеры. Они могущественные плохо обученные маги.

Ещё и Источник, Тиль, что-то темнит. Загадочно говорит, что всё идёт как надо, что всё хорошо. Но я же вижу, что со мной и Фаворски происходит что-то странное. «Это не норма» – так бы сказал мой брат и покачал головой. А что не норма, в том надо разбираться.

«Ты бы лучше сосредоточилась на первой и третьей категории своих проблем», – вздохнул в моей голове противный голосок.

– Тебе не говорили, что вламываться в чужую голову как минимум не вежливо? – я шлёпнула ладонью по воде, вызвав тучу брызг.

«А к кому влезать? Я только с тобой смог наладить связь, – прохныкал Тиль, – тебе жалко, что ли? Ты хоть знаешь, как мне одиноко тут?».

Я пристыженно закусила губу. И правда, об этом я и не подумала. Но всё равно! Помогать не собирается, разводит тайны, даёт туманные намёки. Нет бы в лоб сказать, что да как! То, что я офицер Тайной службы, – не значит, что я люблю загадки сплошь и рядом.

«Но так же интереснее! – восторженно взвизгнул Тиль, а у меня заложило уши, – дитя, просто послушай умного дядю Источника, который многое повидал за свою жизнь. Не спеши, решай проблемы постепенно. Разберёшься со своим слугой – получишь свой свёрток и узнаешь много нового. Информация оттуда откроет тебе новые ниточки решений, по которым ты сможешь пойти. Это как звенья цепи. Одно цепляется к другому. И в конечном итоге ты придёшь к решению главной проблемы, перед этим устранив остальные».

– Зейн мне не слуга, – возразила я и почувствовала, будто Тиль закатил глаза, – хорошо. Спасибо за совет, завтра же устрою охоту за этим гадом.

«О, он недавно узнал ещё кое-что интересное, – загадочно прошипел Источник, – если будешь задавать правильные вопросы и трясти посильнее, то найдёшь ещё одну проблему, которую надо решить».

– Ещё одну? – взвыла я, вцепившись в волосы, – куда мне ещё? У меня и так котелок кипит!

«Ну, кому их решать, как не тебе, меняющая суть? Ты рождена, чтобы решать проблемы», – фыркнул он.

– Не называй меня так, мы предпочитаем другое название, – ответила я и с головой ушла под воду.

Вот бы и от проблем можно было так же легко уходить! Источник ехидно рассмеялся, а я выпустила возмущённый пузырьки. Даже на дне ванны покоя от него нет. Кто ж знал, что уже завтра начнётся настоящий бедлам, и я буду мечтать вернуться под воду?

Глава вторая. Охота на тень и прочие неприятности

Лия

Всё началось с невинного предложения моего коллеги. Коллеги во всех смыслах – и местного профессора, и нашего офицера, – Роберта Ратовски. Нет, лучше начать с самого начала. Потому что цепь событий запустил ректор Нарски, сам того не желая. Но, как говорится, у судьбы странное чувство юмора.

Итак. Всё началось с завтрака и ректора Нарски. Он всё время справлялся о моём самочувствии и рекомендовал ещё денёк отдохнуть от лекций. Меня это начало уже откровенно бесить, спокойствия не добавляла мысль, что кругом одни козлы, мешающие мне работать. К парнокопытным вместе с Нарски я с лёгким сердцем причислила и Зейна.

Потому что эта мелкая рогатая скотина решил поиздеваться надо мной с утра пораньше – оставил на моём столе в покоях письменный отчёт по разведке за вчерашний день. И значилось там ёмкое и всеобъемлющее «Не парься, детка, теперь я держу всё под контролем». Я смяла бумажонку и пообещала ему кровавую расплату.

– Корнелия, мне кажется, что вы ещё слабы, – в который раз за завтрак обратился ко мне ректор, а я поймала себя на мысли, что убить человека можно и столовым тупым ножиком. Тем более, что он так легкомысленно усадил меня по правую руку от себя.

– Господин Нарски, – ледяным тоном, которому научилась у лучшего, ответила я, – я чувствую себя превосходно. Благодаря вашей заботе я смогла прийти в себя за эти два дня. Больше не нужно, спасибо.

– Я настаиваю, – нахмурился Колобок, у меня чуть пар из ушей не повалил.

Вот почему мужчины думают, что они всё знают лучше и решают за меня? Я снова провела неприятную параллель между Нарски и Мелвином. Только первый явно преследовал свои цели. Я сжала руки вокруг столовых приборов, которые держала, чтобы угомонить свою злость и возмущение.

– Господин Нарски, я могу приглядеть за Корнелией на первой паре, – вызвался с другого конца стола Роберт, и ректор скривился.

– Отличная идея! – тут же подхватила я, уцепившись за возможность, – у меня как раз сегодня постановка.

– Ишь чего удумали! – проскрипел Заварски, щуря один глаз, – так не делается. Это против установленной учебной программы.

– Ой, да замолчи, эту программу установили ещё при наших прадедушках, – возразила сидевшая напротив мужа Лузовски, – давно пора хоть что-то разнообразить. Да и деткам будет интересно посмотреть на постановку старших. Все согласятся, эти постановки что-то очень любопытное.

Раздался нестройный хор согласных, кто-то молча кивнул, кто-то закатил глаза или отвернулся, как Заварски, но большинство преподавателей так или иначе поддержали речь Лузовски. Я еле сдержала довольную улыбку, наблюдая из-под ресниц, как растерялся Нарски, не ожидавший, что его так ловко загонят в угол.

– Ну хорошо, – выдавил Колобок, – но только на одну пару. Мы не будем делать это постоянной практикой!

Заварски фыркнул в седую бороду и с остервенением вонзил вилочку в ни в чём не повинный кругляшок от сосиски, поданной вместе с яичницей-глазуньей. Лузовски самодовольно отпила из стакана с соком, будто она только что в одиночку победила целую армию. Роберт с другого конца стола промокнул губы салфеткой, наверняка спрятал усмешку. Остальные преподаватели начали переговариваться.

– Но, – продолжил Нарски недовольно, обращаясь конкретно ко мне, и накрыл мою руку своей потной ладошкой, – если вы почувствуете себя плохо, то можете уйти с пар в любое время, Корнелия, только скажите мне.

– Конечно, – ни один мускул на моём лице не дрогнул, я даже благожелательно улыбнулась и аккуратно освободила руку, чтобы продолжить завтрак.

Уходя из-за стола, я предложила Роберту привести его ребят в аудиторию, в которой обычно проходили мои занятия вместе с лосиками. Я отправилась туда телепортом, под завистливые взгляды остальных преподавателей. Но сначала решила заглянуть к себе и помыть руки с мылом – моя брезгливость к прикосновениям Нарски никуда не исчезла.

В аудиторию я пришла самой первой, открыла дверь и не успела вернуться за стол, как оказалась не одна. Внутрь зашёл Хорхе, он выглядел немного странно, был каким-то нервным и дёрганным, что было на него совсем не похоже. Я уже хотела спросить, в чём дело, как дверь снова открылась, пропуская нестройный ручеёк остальных моих лосиков.

– Здравствуйте, да, я чувствую себя лучше, спасибо, – я кивала на их приветствия и на беспокойные вопросы отвечала, что в порядке, внимательно каждого из них разглядывая.

Нет, с этими вроде всё, как всегда. Но я сделала себе заметку быть более внимательной к парням. В связи с информацией, которую мне принёс на хвостике Стефан, что-то творилось, довольно опасное. И Ивар был в этом замешан, а сейчас ещё и Ковальски решил влезть в это при моём попустительстве.

– Профессор Корнелия, вы вернулись, – ко мне подошёл только что вошедший Фрай и улыбнулся от уха до уха, обратившись ко мне лицом, к группе задом.

– Доброе утро, Котовски. Конечно вернулась, куда бы я делась, – я сдержанно улыбнулась и посмотрела на него выжидающе, мол, скачи на своё место, лапушка.

– Вы больше не встречаетесь с ним? – он подался вперёд и зашептал, – или вы из-за него не ходили на лекции?

– Это не твоё дело, Фрай, – я тоже понизила голос и посмотрела на него строго.

– Вы правы, но я хотел… – что он там хотел, я так и не узнала.

В аудиторию вошёл Марс, всё такой же подмороженный, а за ним и Роберт со своими ребятками. Я увидела знакомую растрёпанную физиономию. Кажется, его зовут Ледовски, это он по совету некой Мьестины ввалился в мой кабинет парой дней ранее, в поисках Ратовски. Интересно, что у них там тогда случилось?

– Заходите, – я приглашающе махнула рукой, а потом посмотрела на застывшего Фрая.

Он стушевался и ретировался на своё место. Я оглядела свою группу. Так, Лейса где-то демоны носят, остальные все здесь. Ладно, будем начинать без рыжего. А нечего опаздывать. Я посмотрела на семёрку подростков за спиной Роберта. Довольно маленькая группа. Вроде бы это седьмой курс, тоже боевые маги.

– Ребята, сегодня у нашей постановки снова будут зрители, – я хлопнула в ладоши, – профессор Ратовски со своими студентами. Сейчас мои ребята раздвинут парты, и вы сможете сесть.

Это я уже мнущимся парням и одной единственной девочке в их группе. Полагаю, это и есть та самая Мьестина. Я непроизвольно присмотрелась к ней. К женщинам-магам в Вильере относились довольно дурно, подавляя их магию, если она слабая. А вот тех, кого не удалось подавить отправляли в академию. А тут девочка ещё и на боевом факультет. Я просто уверена, что она очень сильный маг.

Парни начали подниматься со своих мест и уже привычно освободили место для наших исторических игрищ. Стефан, как ответственный староста, подошёл к младшим и сказал, где им лучше расположиться, чтобы лучше всё было видно. Роберт подошёл ко мне.

– Скажи, я не одна чувствую предстоящий балаган? – я выгнула бровь.

– Моя группа – стая енотов особого реагирования, – тихо фыркнул мужчина и пояснил, – я был их куратором с первого курса. Эта семёрка находит или создаёт неприятности быстро и качественно.

– Ядрёная смесь с моими боевыми лосиками, – хмыкнула я, стараясь не рассмеяться, – а что у них там случилось тогда?

– А, – Роберт неопределённо махнул рукой, – мальчишки поспорили и влезли на крышу академии. А как выбраться – не знали. Хорошо, что Мьестине хватило ума не лезть, а Ледовски просто мастер скалолазания и смог сползти сам.

– Вот уж повезло-повезло, – я хмыкнула, – я так понимаю, девочка староста?

– Скажу по секрету, под её каблуком иногда даже я прохаживаюсь, – он фыркнул.