– Талантливый бывший студент, Боумиель,– я не пряталась, поэтому говорила громко, чтобы меня слышали.– Тот, кто променял благородство своего дара на преступления, как я понимаю.

Мужчина напротив уже откровенно веселился, но быстро посерьезнел:

– Госпожа Свияга, я ничего не имею против вас. Мне нужна только ваша подопечная. Отдайте ее мне и никто из ваших людей не пострадает. Обещаю.

Тут я почувствовала как в мою куртку сзади вцепились руки принцессы, слышавшей все до последнего слова.

– Зачем тебе моя страшненькая ученица?

– Профессор, вы крутой маг. Но мороками я все же владею лучше. Вы же понимаете?– он ухмыльнулся с оттенком превосходства.– За нее мне заплатят столько, что до конца жизни работать не придется.

– Профессор, кто это?– уже почти выкрикнул Боумиель.

– Иллюзор. Маг с говорящим именем. Огромный резерв и владение всеми видами иллюзий. Самородок, можно сказать,– похвалу я цедила сквозь зубы.

Главарь, так же улыбаясь во весь рот, снял свою шляпу и шутливо раскланялся перед всеми.

– Прости, Иль. Но девушку я тебе не отдам. Ее доверили мне и я не могу.

– Что ж, – улыбка мгновенно сползла с его лица.– Тогда не обижайтесь, Профессор.

Он дернул головой и его шайка бросилась на наших солдат, прижавших своих коней как можно ближе к карете. Я в ответ взмахнула рукой и широкая полоса тьмы окутала нападавших. Кто-то из них завизжал, вцепляясь себе в лицо. Да, «черный туман» практически бесполезен против нежити, но живым он просто выедает глаза, вызывая обильное слезотечение и жуткие рези.

Разбойники отлично владели оружием, это было понятно даже мне. Вот ближайший к дверце солдат вскрикнул и схватился за проткнутый бок. Тьма, их больше! Они попросту задавят нас числом. Я закрыла глаза и сосредоточилась, распуская призрачные ленты. Естественно никаких кладбищ поблизости не было, но один бедолага, погибший от рук лихих людей, нашелся неподалеку в кустах. Чуть больше энергии в ленту, опутавшую почти сгнивший труп, и он поднялся. Скелет, чтобы не рассыпался по дороге, я укрепляла уже на ходу. Мне нужен был боеспособный зомбак, а не кляча, теряющая конечности.

На все это у меня ушло около десяти секунд, по ходу поднятия человеческого зомби, встали давно погибшая тушка вороны и кролик. Ушастого я сразу же упокоила обратно, толку с него. А вот ворону направила на помощничка Иллюзора. Дохлая птица, рассыпая остатки перьев, набросилась на голову кровожадного бандита, стремясь выклевать глаза. Разбойник тут же замахал руками и закричал. Напавшее сверху нечто всегда дезориентирует. На десять минут он вышел из игры, это хорошо. Подоспевший приковылять зомби накинулся на круп лошади одного члена шайки. Взвившееся от страха животное сбросило с себя седока и помчалось прочь. Удара об землю разбойник не пережил, остался лежать в пыли. Еще минус один. А скелетик переключился на другого.

Вдруг за моей спиной раздался истошный визг Эммы. Я резко обернулась и обнаружила с нами в карете снова скалящегося Иллюзора. Чертов морочник! Отвел-таки глаза! Отвел и пробрался внутрь экипажа.

– Профессор, отдайте ее мне, людей же погубите и сами пострадаете. Я просто продам ее обратно Апполиону.

– С чего ты взял, что это его дочь?

– Я ж не идиот, Профессор. Я ее вижу. И у Папеля видел. Да и не стали бы вы сопровождать простушку какую, – мужчина схватил принцессу за руку и дернул на себя, но та мою куртку не выпустила.– Я обещаю не трогать вас и отпущу вашу охрану. Отдайте, зачем вам умирать?

– Ты не идиот, Иллюзор, это верно,– процедила я.– Только отдать тебе я действительно не могу. Нет разницы от чего умирать. Да и не по чести это.

С этими словами я оплела его шею тьмой, затягивая. Он зарычал, заскреб свободной рукой по горлу, вены вздулись от напряжения, но руку принцессы так и не выпустил. Она уже была белая от страха, но в обморок пока не падала, это радовало. На улице раздавались крики и вопли тех, кому повезло пообщаться с зомбаком. Мой подручный тоже времени зря не терял, успевая орудовать и мечом и сплетать ноги лошадей тьмой, запускать им в ноздри призрачных мошек. А некогда подающий огромные надежды студент факультета бытовой магии Иллюзор Маджест задыхался все сильнее. Глаза закатывались от недостатка воздуха. Но я не верила. Мастер создавать мороки, он был способен на что угодно. Распознать иллюзию человека можно только по току крови. Наведенный образ может быть вполне материален, его можно пощупать, будет вздыматься грудь на вдохе. Но сердца у него нет. Когда Иль обмяк на диванчик кареты, я сдернула его ладонь с предплечья Эммы, задвинув ее в сторону. Приложила пальцы к шее. Венка слабо, но дрогнула. Пульс есть, он настоящий и он жив. Пока.

– Сиди!– бросила девчонке, разворачиваясь снова к дверце. Там обстановка переменилась. Двое наших охранников лежали на земле. Один был в сознании, судорожно зажимая свою рану на плече, а вот второй впал в беспамятство. Он еще был жив, я чувствовала, но времени оставалось мало.– Боумиель! Веревки и путанку!

В запале боя бывший лавочник не сразу сообразил, что я от него хочу. Сообразив же, бросился к багажному отделению и быстро нашел то, что было нужно. В четыре руки мы быстро связали бессознательного мага, потом я тщательно окутала его путанкой, напитывая ее энергией.

Принцесса забилась в угол кареты, подтянув колени к груди и закрыв лицо руками, беззвучно рыдала. Убедившись, что Иллюзор надежно обездвижен, я подхватила свой саквояж и выскочила наружу. Помощника главаря нигде не было видно, оставшиеся разбойники уже только оборонялись, растеряв свой запал с потерей командиров. Я отвернулась от них и заторопилась к нашему раненому.

Достав нож, распорола на солдате куртку и рубаху, обнажив раненый бок. Вокруг раны не было крови, кожа была белая. Это очень плохо, значит вся кровь внутри, в животе. Обычно от таких ран не выживают. Я раскрыла свой чемоданчик. Все ингредиенты лежали на своих привычных местах. Так, мне нужна крапива. Достав флакончик с широким горлом, отсыпала в ладонь немного серо-зеленого порошка. Ладонь второй руки на мгновение окуталась рыжим пламенем. Теперь она чистая, можно браться за рану. Оттянув край порезанных тканей, с силой вдунула измельченную траву внутрь тела. Я уселась прямо на землю, накрыв рану ладонью. Закрыла глаза и стала отслеживать потоки энергии в теле парня. Пусть он не маг, но жизненная энергия есть у всех. Разница только в ее силе и активности. Я подпитывала ее своей тьмой, забирая болезненную черноту. Мне от нее никакого вреда не будет, а вот охранник поправится быстрее. Ну, вот и все вроде бы. Подчистила все, что смогла. Теперь требуется бадьян. Зажав склянку в руке, вспомнила Дерика и хмыкнула. В крышке склянки была закреплена пипетка для удобства использования. Внутрь раны я просто плеснула, а вот снаружи требовалась более аккуратная работа. Равномерно накапав несколько капель вдоль страшного пореза, полюбовалась на немедленное действие чудо-травки. Ткани срастались практически на глазах.

Из кареты раздался смех пополам с кашлем и подвизгивания принцессы. Очнулся, голубчик, значит.

– Профессор, помощь нужна?– подошел Боумиель.– И с этим товарищем разбойным что делать?

Я тяжело поднялась с земли, опираясь на вежливо предложенную помощником руку:

– Уже нет, все хорошо с ним будет. Поднять, как очнется – напоить. Через пару часов встанет.

– А с морочником?

– Ему рот заткнуть и в багажное. Остальных,– я огляделась вокруг, разглядывая поверженных,– на обочину. У нас нет времени разбираться с ними. Надо ехать, иначе не успеем.

Подручный кивнул и побежал исполнять поручения. Иллюзора выволокли из кареты, сунули в рот кляп и загрузили поверх чемоданов сзади кареты.

Я достала воды, умылась сама и дала умыться зареванной Эмме. На руке у нее расцветал синяком отпечаток руки Иля. Солдаты подобрали разбросанные тела и сгрузили их где-то за кустами у дороги.

– Госпожа Дайдрейн, а что делать с оставшимися в живых?– подошел ко мне старший охранник.

– Мне абсолютно безразлично,– я пожала плечами.– Мне они не нужны, возмездием я не горю.

Мужчина кивнул и отошел, приказав отпустить разбойников, которые уцелели. Да и верно, что ж теперь, тащить их за собой?

– Профессор,– лихорадочно прошептала принцесса,– а тот, страшный человек, его надежно связали?

Ловко у нее вышло обращение, без запинки. Я даже улыбнулась:

– Не бойся, Эмма. Видела ту разноцветную веревочку, которой его оплели? Вот. Это специальные нитки. Они лишают любого мага его силы. Развязаться самостоятельно он не сможет. Ну а мы отпустим его только там, где можно будет. Не бойся,– повторила я.– Все закончилось. Сейчас снова поедем.

– А как он к нам вообще пролез? Вы же огоньки здесь зажигали…

– Тут просто все. Он же не нападал, он просто пришел. Защита была от угрозы.

Она судорожно вздохнула и ничего не ответила. Выйдя из кареты, я огляделась. Мини-побоище, Тьма задери. Неудравших лошадей привязали к задку экипажа. Не думаю, что это правильно, но пока пусть будут. Отпустить всегда успеем. Я направилась к Боумиелю, еще раз проверявшему надежность путанки на Иллюзоре:

– Помощник, тут я где-то зомбак бегал. Я про него совсем забыла. Ты не видал?

– Упокоил уже, Профессор,– хохотнул он.– А то наши люди отказывались к карете подходить, пока он вас охранял.

– Ясно. Скажи солдатам, чтобы взяли перекусить на седло. Останавливаться больше не будем. И лошадям еще по дозе той настойки Пепеля. До ночи нужно успеть в Гледо.

Взяв корзинку из багажника, я положила в нее немного еды из специально зачарованного отсека. Провиант туда укладывали еще дворцовые повара, но она была свежей, как будто только приготовленной. Перекусим с Эммой в карете прямо на ходу.

Наконец, все всё сделали и были готовы ехать. Раненого еще пошатывало, но он уже был способен взобраться на лошадь и удержаться на ней. До вечера будет злой и раздражительный – издержки лечения тьмой, ничего не поделать. Зато живой.

Отдохнувшие и приведенные настойкой в тонус лошади резво дернули экипаж, и мы опять покатили по лесным дорогам, с каждым часом приближаясь к Рваным болотам.

7.3.

Уже начало смеркаться, когда принцесса попросилась в туалет. С самой стычки с шайкой Иля мы не останавливались ни разу. Я никак не показывала ей своего беспокойства, но поисковую сеть держала распущенной постоянно. В этих краях можно ожидать всякой пакости.

Выглянула в окно, высматривая помощника. Но Боумиель куда-то запропастился. Он, так же, как и в начале пути, нарезал круги вокруг кареты, то обгоняя, то задерживаясь. Не удивлюсь, если высматривал растения какие-то или еще что. Фанат науки, ничего не попишешь.

Наконец, он показался из-за поворота впереди. Лошадка ему попалась активная, после дня пути скакала довольно резво.

– Профессор! Там за поворотом дерево лежит поперек дороги. Карета не проедет. Надо искать обходной путь.

Возница остановил лошадей, охранники вопросительно заоглядывались на меня. А я помрачнела. Времени на объезд у нас не было совершенно. В душу закралось беспокойство. Только через секунду я сообразила, что это моя поисковая сеть наткнулась на слабые всполохи тьмы. Увеличила радиус и за поворотом обнаружились разрозненные сгустки энергии. Темной, разумеется.

– Боумиель, ты ничего не чувствуешь?

– Здесь нет, Профессор. А чуть дальше маго-фон мутный. Но ничего определенного я не нашел.

– Ладно,– решила я.– Едем дальше, посмотрим, что там за дерево такое. Заодно и остановку сделаем.

Дорога круто изогнулась и мы снова остановились.

– Эмма, не выходи,– бросила я, выбираясь наружу.

– Почему?– возмущенно донеслось вслед, но я уже закрыла дверцу кареты.