В таком неопределенном состоянии я и выехала на большой тракт. Снова мельтешение карет, телег, груженых и пустых. Всадники, одетые побогаче и совсем просто. Те, кто ехал в город поторапливались, чтобы успеть до непогоды. Те, кто выезжал, поплотнее запахивался от несильного, но противного сырого ветра. Жизнь шла своим чередом. Как и десять, сто лет назад. И как будет продолжаться еще неизвестно сколько времени. Я поймала себя на этих философских мыслях и усмехнулась. Старею, что ли? Не время сейчас. Я уселась в седле поудобнее, подтолкнула лошадиные бока пятками и выехала на середину тракта. Так быстрее будет, чем тащиться за каретами.

До деревушки, в которой мы обедали с принцессой, я добралась быстрее. Все же скорость всадника выше, чем у экипажа. Рассиживаться не стала, купила пару горячих пирогов и вновь наполнила дорожную фляжку отваром. Трактирный конюх принес для жеребца немного воды и овса. И хоть лошадь было жалко, но есть я ему не позволила. Тридцать капель специальной настойки и животное взбодрилось. Мужик неодобрительно зыркнул на меня из-под лохматых бровей. Явно деревенский и животину любит, жалеет. Я вздохнула про себя: я тоже люблю, но приоритеты, Тьма их подери.

Дороги стали поуже и не такими ухоженными. Я пустила лошадь ходкой рысью, а сама, согнув ногу в колене и закинув ее на седло перед собой, достала купленную снедь. Вкусно! Я купила один пирог с зайчатиной, а другой с овощами. Мясо было мягким, хорошо протомленным со специями. Хрустящее слоеное тесто тоже заслуживало похвалы. Во втором творении умелой кухарки голодную некромантку порадовали чуть припущенные, сохранившие сочность и хрусткость овощи и отварная картошка. Запив свой обед, я снова села как положено. Настроение улучшилось, да и погода здесь была получше. Нависших туч не было, так, легкие облака.

Свой путь я не рассчитывала. Бесполезное занятие. У меня в запасе еще два дня. Хоть пешком, но дойду. Лишь бы не потерять себя на этом пути. Усилием отогнав гадкие мысли, я снова бездумно уставилась на дорогу под равномерную рысь жеребца.

Вечер еще не вступил в свои права, а я уже подъезжала к знакомому поселку. Ночевать я снова буду в «Пузатом кухаре». Смысл отказываться от удобств? Кому нужны такие жертвы?

На этот раз в поселении было тихо. Ярмарка схлынула и все вернулось на круги своя. Я бросила повод подбежавшему дворовому, наказала как следует выстудить лошадь, напоить, а потом и накормить. Завтра снова поедем без остановок.

Войдя в трактир, порядком удивилась. Вместо громогласного добряка Папеля за стойкой стояла тонкая и хрупкая Сорнаэраф.

– Здравствуй, Свияга,– ее голос был подобен журчанию лесного ручья. Удивительные существа эльфы.

– Здравствуй, Сорна. Сегодня ты на хозяйстве?

– Да. Муж срочно уехал в Ромпас. Ищет новое место для нас.

– В столицу? Срочно? Что-то случилось?– я вгляделась в ее лицо.

– Пока нет, Свияга. Но Тьма наступает на наши земли. Ты сама должна ее чувствовать. Это твоя суть,– голос ее был ровным и спокойным, но в глазах плескалась боль изумрудного оттенка. Конечно. Существо, которое живет в гармонии с природой. Она чувствует колебания энергии так же хорошо, как и мы. Только сейчас я заметила прорезавшие ее лоб морщинки и усталый вид. Тьма, разлившаяся по Болотам каким-то образом давила на нее.

– Моя суть не Тьма,– хмуро ответила я эльфийке.– Я просто маг, который работает с ней.

В ответ мне досталась улыбка, говорившая, что мой довод слишком слаб.

– Я хочу переночевать и поесть. Плюс уход и корм за лошадью. Можно?

– Конечно, Свияга. Проходи наверх. Еду принесут через полчаса,– голос у нее был также спокойным. И мне стало стыдно за свое шипение. Просто мы слишком разные. Мало кто понимает природу некромантов, чего я хотела от нее?

Я взяла ключ от комнаты и пошла наверх. Значит, хотят сняться с места. Поискать счастья в Ромпасе. Жаль, мне нравился этот трактир.

До того, как служанка принесла поднос с едой, я уже успела сходить в купальню и постоять под горячеватыми струями, смывая с себя дорожную пыль. Поблагодарив девушку и отдав ей оплату за все, ужинать не стала. Аппетита не было. Легла на постель и заложила руки за голову. Думать было не о чем. Постепенно веки стали слипаться и я позволила себе задремать. Я знала, что проснусь ровно тогда, когда будет нужно.

Так и случилось. Тьма толкнула в бок, заставляя проснуться. Я проспала весь вечер и ночь. И сейчас близился рассвет. Время прощаться с мягкой тихой темнотой самого лучшего времени суток. Вдох-выдох, взгляд в окно. Тьма. Она скрадывала ненужное и выделяла то, что заслуживает внимания. Люди считают, что Тьма зла и чужеродна. Это неправда. Так рассуждают те, кто боится открыть глаза пошире и увидеть правду в мире. Свет может обелить чудовищные поступки. А Тьма может их подсветить даже в самой черной черноте. Нет ничего чернее Света, нет ничего белее Тьмы. Есть только энергия, сила. А с какой стороны ты ее берешь – нет разницы. Жаль, не все могут это понять. Первый луч солнца пробежал по моим закрытым векам. Я усмехнулась самой себе. Прекрасная работа над собой. Абсолютное спокойствие и равновесие. Именно в таком состоянии и стоит идти в бой.

Дневное светило уже смелее сыпануло свои рыжие лучики-паутинки на землю. А я отвернулась от окна. Хотелось есть. Нетронутый ужин был холодным и уже не таким аппетитным. Я провела рукой над подносом и кушанья сразу подогрелись. Нет причин экономить энергию, сейчас я сильна. И ослабеть мне не грозит. Я основательно позавтракала, привела себя в порядок и отправилась вниз.

В трактире было тихо и пусто. Я заглянула в общий зал. За одним из столов сидела Сорнаэраф. Почувствовав мой взгляд, она подняла голову.

– Свияга… Я знала, что ты соберешься в путь рано. Я собрала тебе припасы в дорогу,– она указала на небольшую сумку, стоявшую на лавке.– Здесь еда на два дня.

– Спасибо, служительница леса,– я благодарно наклонила голову.

– Свияга,– эльфийка встала и подошла ко мне.– Я знаю, куда ты едешь. Не знаю зачем, но ты готова оборвать свой путь.

– Не знала, что лесные настолько проницательны.

– Это не проницательность,– легкая улыбка тронула ее губы.– Мы чувствуем тех, кто стал внутренне готов. Они становятся ближе к природе. Вряд ли я смогу тебе это объяснить, да и не нужно это. Возьми.

Я опустила глаза и увидела тонкий гибкий прут, которую эльфийка протягивала мне.

– Тростник?

– Тростник,– подтвердила она.– Отданный растением во время своего цветения. Самый гибкий и прочный. Он полон жизни и готовности расти, просто спит. Он принесет тебе пользу, я чувствую.

– Спасибо за дар,– я снова склонила голову.

– Не торопись увидеть конец своей дороги, Темная. Твое время еще не пришло. Ты нужна не только себе,– голос трактирщицы стал звенящим. Я подняла глаза и остолбенела: глаза Сорны светились пронзительной зеленью. Эльфийка пророчила! Сразу стало понятно, почему ее мать так страдала от брака дочери с простым трактирщиком. Провидцы не просто редки, их единицы! Настоящее сокровище. Наверняка, Сорнаэраф видела свое предназначение заранее. Поэтому их жизнь с Папелем и была такой гладкой и нерушимой. Даже против воли родни.

– Спасибо за напутствие,– голова моя против воли склонилась еще ниже.

Эльфийка резко втянула воздух носом и со стоном опустилась обратно на лавку. Было видно, что она ослабла. Я настороженно глядела на нее, готовая помочь.

– Иди, Свияга,– она устало махнула рукой.– Со мной все в порядке. Иди. Тебя ждут.

И я вышла, крепко сжав в руке тонкий прутик. От таких даров не отказываются.

Глава 14

День четырнадцатый

14.1.

Отдохнувшего и сытого жеребца я нашла в конюшне. Дежуривший конюх Папеля еще спал на куче соломы, уютно подложив под щеку ладонь. Я мельком глянула на него. Совсем еще молоденький мальчишка. Такие на рассвете еще смотрят сны, в отличие от старших. И пускай смотрит. Я и сама справлюсь. Вывела пофыркивающего четырехкопытного друга и оседлала. Подтянула подпруги как надо и похлопала его по шее.

Ворота мне открыл уже проснувшийся дворовой работник. Зевая и почесывая мятое от сна лицо, он что-то бурчал себе под нос о ранних путниках. Не уверена что расслышала все, но слово «ненормальные» там точно было. Ласково улыбнувшись на прощание, запустила ему под куртку несколько маго-мошек. Раздавшийся за спиной тонкий, почти бабий визг искупил вину противного мужичка. А нечего! Я злой и ужасный некромант. Так то!

День сегодня обещал быть ясным и теплым. По-осеннему, но все же. Выехав за пределы поселка, привычно распустила поисковую сеть. Места начинаются не самые людные и не самые спокойные. Я вспомнила Иллюзора и криво усмехнулась. Сейчас я бы встретилась с ним с удовольствием. Развлеклась вдумчивой беседой, так сказать. Но дорога была пустынной и тихой. Только звуки ударов копыт взлетали к верхушкам деревьев.

Сегодня я не торопилась. Выехала на рассвете, никто меня не задерживает, блюсти никого не надо. Лошадь это чувствовала и шла ходким, но спокойным шагом. Я надеялась приехать в дом Даниэля до сумерек. Пока я наслаждалась погожим деньком, на краю сознания зазвенела маленькими колокольчиками поисковая сеть. Кто это к нам пожаловал? Я не чувствовала опасности, сеть распознала небольшой источник силы. Потянув повод, повернула коня влево и решительно направилась в заросли придорожных кустов. Проехав около сотни метров, услышала слабый писк-плач. В зарослях крыжовника обнаружилась нора. А возле норы мертвая самка волколака. Тыкаясь в пустой живот, пищал голодный щенок-волчок. Жеребец захрапел, мотая головой. Я погладила его между ушей, набрасывая легкое успокоение.

– Тихо-тихо, видишь, осиротел малыш,– пробормотала я, спрыгивая.– Давай посмотрим, что случилось с матерью.

Почуяв чужого, щенок запищал и полез под уже застывшие лапы погибшей. Спрятаться в норе еще не хватало ума. Не обращая внимания на протестующее тявканье, я взяла его за шкирку и подняла в воздух. Вот сюрприз! За долю секунды проверила мертвого зверя и окрестности. Нет, все спокойно: они здесь одни. Самка и волчонок были из породы тех злобных волколаков-мутантов, которые напали на нас на болотах. Те же магические артерии, сплетающиеся особым образом. Магический панцирь на теле, дающий большую силу. Но каким образом щенная самка оказалась здесь и одна, без стаи? Я внимательно осмотрела тушу, никаких видимых повреждений не было. А вот на энергетическом уровне было интереснее. Судя по всему, магическое животное родилось с изъяном. Одна из артерий, ведущая к сердцу, была слишком узкой. Волчица была слишком слабой. Зная принципы устройства стай волколаков, ее, вполне может статься, просто прогнали. Убивать самку они не могут, это наследие предков – лесных волков. А вот выжить – вполне. Уходя от запретной отныне для нее территории, волчица просто погибла от недостатка Тьмы. Волчонку на вид около недели. Значит, она ощенилась и ослабела окончательно. Я поднялась с корточек и посмотрела на притихший серый комок. Черные пуговки глаз настороженно следили за моими движениями. И что с тобой делать? Оставить здесь – погибнешь уже этой ночью. Не от голода, так загрызут или филин унесет. Забрать с собой? Вообще, мысль интересная. Все-таки редкий экземпляр. Боумиель так хотел изучить их получше. Я развернулась и направилась к лошади. Где-то у меня была одна вещь…

Из седельной сумки появился крепкий холщовый мешок. Волчонок снова затявкал и замолотил мохнатыми лапками воздух. Энергия пульсировала в его теле мощными толчками. Но разве справится такой малютка с некромантом? Конь, несмотря на накинутое спокойствие, занервничал, почуяв извечного врага. Я забралась в седло и положила мешок перед собой. Направив жеребца вновь на дорогу и отпустив поводья, достала из сумки с едой мясной пирог. Вряд ли щенок ел подобное. Наверняка, еще молочный. Но, таких изысков у меня нет. Жить захочет – съест.

Захотел. Да еще как захотел! Проглотил пирог за два укуса и заскулил, прося еще.