Агата уже была в столовой и сидела на нашем месте. Когда мы зашли, она улыбнулась во весь рот и радостно помахала нам рукой. Мы помахали в ответ и пошли на линию раздачи за едой. Вивьен теребила платье и оглядывалась по сторонам. Наверное, искала взглядом новоиспеченного папашу. Мы взяли еду и пошли за стол.

– Привет, – сказала я, обняв Агату за плечи. На этот раз я села рядом с ней, а не с сестрой.

Мы ели молча. Вивьен периодически поворачивалась и смотрела на дверь. И тут в столовую вошел Гэвиус. Он кинул взгляд на наш стол и пошел за едой.

– Вивьен, там Гэвиус, – встревоженно сказала я.

Вивьен тут же обернулась и увидев своего парня затряслась так, будто провела пару часов на холоде. Она не сводила взгляд с тарелки, а ее движения стали неестественно резкими. Гэвиус подошел, сел рядом с Вивьен и поцеловав ее в губы сказал «Привет». Затем он поздоровался с нами и пожелал приятного аппетита. Мы ответили ему взаимностью и продолжили есть молча. С появлением Гэвиуса атмосфера накалилась. Мы с Агатой то и дело переглядывались. Я понимала – она думает о вчерашнем разговоре про его переписку с сестрой. Агата доела и отложила ложку.

– Тебе помочь собрать вещи? – Спросила она.

– Ты уезжаешь? – Тут же отреагировала Вивьен.

Я легонько пнула Агату под столом.

– Сейчас не время, – начала я.

– Я жду объяснений, – Вивьен отложила приборы и уставилась на меня, нахмурив брови.

– Мы с Агатой подумали, что раз у тебя серьезные отношения с Гэвиусом, я могла бы переехать к ней, чтобы вы больше времени проводили вместе, – замялась я.

Вивьен смотрела то на меня, то на Агату.

– Совершенно не против, – процедила она сквозь зубы и продолжила есть. Агата сжала мою ногу под столом и посмотрела на меня виноватым взглядом.

– Ты не обижаешься? – Спросила я сестру.

– О, нет, ни капельки, – в голосе Вивьен звучало раздражение. – Моя сестра всего лишь бросает меня ради девчонки со странностями с которой знакома всего неделю. Ничего страшного.

– Я тебя не бросаю! Я хотела обсудить это с тобой, – успокаивала я сестру.

Внезапно она вскочила и закричала так, что ее могли услышать на другом континенте.

– Но не обсудила! Ты мне больше не сестра. Собирай вещи и проваливай, знать тебя не хочу!

Гэвиус неуместно улыбнулся и пожал плечами. Вивьен бросила ложку в суп так, что он расплескался, и кинулась к выходу. Я встала и пошла за ней. Мы вышли из столовой, я схватила сестру за руку.

– Подожди, давай поговорим.

Вивьен грубо вырвалась.

– Нам не о чем говорить, – закричала она.

Вивьен побежала вверх по лестнице, я все так же бежала за ней. Я взяла ее за плечо намереваясь остановить. Внезапно Вивьен обернулась. Глаза ее стали черными как у Агаты на уроке мистера Молоуни, ее рот исказился в ужасной гримасе.       – Отойди!

Изо рта Вивьен донесся утробный рык. В этот же момент из ее ладони вырвалось зеленое пламя и ударило меня в грудь. Я отлетела назад и покатилась вниз по лестнице. У меня под ребрами будто появился огромный моток колючей проволоки, там все резало и жгло, к тому же при падении я ударилась головой. Сознание помутилось. Я кашляла и задыхалась. Во рту почувствовала привкус железа, в глазах потемнело. Последним, что я увидела сквозь темную пелену, было лицо Драго Хеллсона.

Секреты

1

Мне вновь приснился страшный сон, а может это было видение? Я в самом эпицентре автомобильной катастрофы, вокруг властвуют дым и пламя. Тяжело дышать. С каждым вдохом силы покидают меня. Но я не могу остановиться, я должна кого-то найти. В ушах звон, в глазах двоится и вдруг вдалеке я вижу силуэт, лежащий на почерневшем от копоти снегу. Из последних сил я иду к нему, но тело становится все слабее, я падаю на колени и кашляю. На снегу остаются несколько капель крови. На коленях я ползу к этому человеку и вот сквозь дым вижу черные как уголь волосы. Я разворачиваю девушку к себе. Взгляд Агаты направлен прямо, зрачки не двигаются. Из ее рта течет тонкая красная струйка.

– Агата, нет, – прошептала я, – Только не ты…

Тут же из моих глаз потекли слезы. Они падали на щеки мертвой девушки. Я упала на грудь к Агате и зарыдала. Я не сразу заметила крупные капли, падающие с неба, лишь почувствовала, что дышать стало легче. Я обернулась. С неба лил ярко-алого цвета дождь.

Я осторожно открыла глаза. Голова раскалывалась так, что я неосознанно надавила на виски. Первое, что я увидела, была черная комната.

– Воды? – Раздался рядом знакомый голос.

– Господи, Агата. Ты в порядке? – Спросила я.

– Серьезно? Это вопрос должны задавать мы! – Возмутился еще один знакомый голос. Драго Хеллсон в своем репертуаре.

И тут я вспомнила что произошло. Живот предательски забурлил, а к горлу подступила тошнота. Все тело болело как после тяжелой тренировки. Больше всего болела грудь. Я провела по ней пальцами и почувствовала шершавую ткань бинта.

– Что она со мной сделала?

Губы пересохли. Говорить было тяжело. Агата принесла мне стакан воды. Я немного приподнялась на кровати и села. Натянула одеяло и зажала его подмышками.

– Ничего особенного. Всего лишь применила магию, запрещенную в школе, – ответил Драго.

– Не только в школе, – добавила Агата.

– К слову, ты могла умереть, тебе повезло. Правда шрам останется…

Драго будто насмехался надо мной.

Я ощутила жжение в глазах и приказала себе зажмуриться. Это не помогло, по щекам потекли слезы.

– Только не слезы. Рад, что ты в норме. Позову врача, – Драго встал и направился к двери.

– Придурок, – еле слышно прошептала я, когда Драго вышел из комнаты.

– Этот придурок поднял тебя и отнес во врачебный покой. А еще он ошивался тут все время, пока ты была без сознания, – сказала Агата и ее тон показался мне раздраженным.

– Боишься, что я вляпаюсь в новую историю с сыном Одена? – Спросила я и выдавила из себя подобие улыбки.

– Нет, верю в твое благоразумие.

В эту самую минуту дверь в палату распахнулась.

В комнату ворвалась полная женщина средних лет в белом переднике и голубой шапочке, из-под которой неряшливо выглядывали каштановые завитки. Она катила впереди себя металлическую тумбу. У нее были синие глаза и добродушное лицо, внушающее доверие. Все ее движения напоминали стремительный ветер, даже скорее ураган или смерч.

– Деточка, солнышко, Оливия, мы так рады, – запричитала она, сложив обе руки на своей пышной груди. – Когда Драго сказал мне… Ох… надо же тебя осмотреть… Я аж подпрыгнула… Да куда подевался этот… И сразу же бросилась сюда.

Ее сбивчивая речь идеально подходила к движениям. Она одновременно делала несколько дел: искала что-то в ящике металлической тумбы и подвязывала передник, оборачиваясь ко мне, чтобы выдать новую порцию радости.

– Ох, ты же меня не знаешь, какая я невежливая, кошмар! Зови меня Тетушка Рут. Все эти дни я заботилась о тебе и пела тебе песенки, надеюсь ты слышала их во сне, – на последних словах Тетушка Рут радостно взвизгнула.

Мне снилось все что угодно, но точно не песни. Тетушка Рут подошла, нет, скорее подлетела ко мне и сунула массивный градусник мне подмышку. Внезапно градусник закашлял.

– Упс, не той стороной, – тетушка захихикала и перевернула градусник.

Затем она немного отогнула мое одеяло и осмотрела бинты.

– Сегодня будет перевязочка, – нараспев произнесла Тетушка Рут. Она поставила две склянки рядом с моей кроватью. Одна из них была желтого цвета, другая лавандового, на обеих красовались ленточки.

– Запоминай, деточка. Я, конечно, напишу тебе рецептик, но ты все равно запоминай. Тебе сейчас нужно головушку напрягать, чтобы прийти в норму, – затараторила тетушка Рут. – Лекарство из желтой скляночки будешь принимать утром, днем и вечером после еды по пятнадцать капель. Добавь их в чай или капни прямо в ротик. Неважно, главное, чтобы они добрались до твоего желудка. А лавандовую водичку будешь пить только на ночь, строго три капли на стакан. Она поможет тебе сладко спать, а твоим ранкам поскорее заживать. Ой, в рифму сказала, – засмеялась Рут.

Возможно, многих Тетушка Рут уже утомила бы своим напором, огромным количеством слов, которые она произносила в считаные секунды, употребляя уменьшительно-ласкательные суффиксы. Но меня это успокаивало, я невольно начала улыбаться. Мне была приятна такая забота.

– Сейчас, золотце, принесу тебе вкусненький обедик. Ты пока оденься. Агата, хорошая моя, ты ей поможешь? – Рут порхала по комнате, не в силах стоять на одном месте.

– Конечно, – ответила Агата, и Тетушка Рут чересчур проворно для ее телосложения упорхнула за дверь.

– Она милая, – прохрипела я и потянулась к стакану с водой.

– Она создана для этого.

– Да, у нее талант располагать к себе больных людей.

– Нет, ты не поняла, – сказала Агата. – Она буквально создана для этого. Тетушка Рут – голем.

– Пора перестать удивляться, – я на миг поджала губы. – Феи, оборотни, големы, вампиры – обычная школа, почти как моя предыдущая.

– Ничего, скоро ты привыкнешь и станешь своей, – Агата ласково накрыла мою руку.

– В этой школе мне не стать своей, ты и сама это знаешь. Иногда я думаю, что мне нигде нет места.

– Для тебя всегда есть место рядом со мной.

Я не смогла сдержать улыбку. В этот момент в комнату ворвалась Рут. Она поставила поднос с едой рядом с кроватью.

– Кушай, милая, приятного аппетита, – ворковала Тетушка. – Как говорил мой покойный дедуля – хороший обед избавляет от бед.

Она сложила руки на груди и застыла в позе умиления. Видимо собиралась наблюдать как я ем. Так люди иногда смотрят на щенков или котят… ну или на маленьких детей. Видимо для Тетушки Рут я и была ребенком.

– Спасибо вам, Тетушка Рут, – сказала я и выжидающе посмотрела на нее, надеясь, что она ослабит хватку своего взгляда.

– Не за что, милая, если тебе что-то будет нужно – нажми на желтенькую кнопочку рядом с кроватью, и я прилечу, – сказала Рут и вышла за дверь, напевая под нос веселую мелодию.

– Я думала, она собирается заглядывать мне в рот, – сказала я и приподнялась. Тело отозвалось резкой болью. Болело буквально все. Тогда Агата подскочила ко мне, помогла сесть на кровати и подложила подушку под спину. Затем она подала мне поднос на котором стояла тарелка с макаронами по-флотски и легким овощным салатом. Еда не лезла в горло, но я все-таки взяла вилку и поковырялась в овощах.

– Если хочешь, чтобы Тетушка Рут ушла – можешь сказать ей об этом. У големов есть только те чувства, которые в них вложил создатель. Поверь, наша медсестра не умеет обижаться. Она здесь чтобы выполнять просьбы больных.

– А что насчет ее дедушки? Он тоже голем?

– Конечно нет. Его никогда не существовало. Память о родственниках и событиях также лишь часть программы.

Я продолжила есть думая о том, что сказала Агата. Значит любой человек из моего окружения может быть не настоящим. Я даже не узнаю об этом, ведь не обладаю магическими способностями. Это может быть даже Вивьен или дядя Сальватор. Брр. Какая жуть. Не хочу однажды проснуться и увидеть Вивьен с прямым немигающим взглядом, которая стоит и умиляется над тем, как я сплю. Еще одна история для ночного кошмара.

– А почему я в твоей комнате?

После еды я окончательно пришла в себя. Казалось, даже головная боль отступила.

– Я настояла на этом чтобы приглядывать за тобой ночью. Твои вещи тоже здесь.

– Вот и переехала, – я отложила поднос. – Что на это сказала Вивьен?

– Кого это волнует? Лично мне плевать на ее мнение.

– Расскажи мне все.

– Боюсь, что тебе не понравится.

2

Когда Оливия выбежала из столовой вслед за сестрой, Агата с укором посмотрела на Гэвиуса.

– Что я могу сделать? Если Вивьен злится ее лучше не трогать, – сказал он и продолжил есть как ни в чем не бывало. – Оставь их, они – сестры, сами разберутся.