Агату не устраивал такой расклад. Она все еще чувствовала себя виноватой за то, что раньше времени сболтнула о переезде. Но, черт возьми, ей хотелось это сказать! По правде говоря, Агате казалось, что добродушная и уступчивая Оливия никогда не решится поговорить с сестрой. Поэтому она взяла дело в свои руки. Кто мог подумать, что Вивьен вспылит?

Агата встала и пошла вслед за сестрами. Внезапно в коридоре раздался громкий хлопок. Затем крик. И удар. Агата вылетела за дверь и увидела следующую картину: Драго держит Оливию на руках, а вокруг них столпились ученики. Было в этом что-то неправильное. Агата заметила, как странно опрокинута голова девушки и как безвольно болтаются ее руки. Оливия была без сознания, а на лице Драго застыло выражение ужаса. Он испугался, что не свойственно сыну Одена, который не боится ни смерти, ни боли. Агата в два прыжка оказалась рядом с Драго.

– Что случилось? – Агата нащупала пульс Оливии. Слабый, но чувствуется.

– Случилась Вивьен. Я отнесу ее к врачу, – ответил Драго.

– Давай я.

– Я быстрее, – сказал Драго и растворился в пространстве вместе с Оливией. Еще одно преимущество демонов – врожденная телепортация, которой могут похвастаться лишь немногие колдуны.

Я убью ее! – Агата твердо намеревалась пойти к Вивьен. Она уже сделала шаг наверх, как вдруг кто-то схватил ее за рукав. Она обернулась и увидела спокойное лицо Гэвиуса.

– Подожди, – сказал он. – Дай мне с ней поговорить.

– О, так теперь ты захотел поговорить. А как же «Вивьен лучше не трогать в такие моменты»?

– Послушай, я не знал, что она способна на такое. Если ты пойдешь к ней, это плохо кончится. Лучше будь рядом с Оливией мало ли… – он осекся, – мало ли что.

Агата глубоко вдохнула и прикрыла глаза. Постыдные слезы пробивались сквозь ресницы. Нет, она не должна плакать. Агата никогда не плачет на людях. Лишь на секунду на ее лице промелькнула грусть, а затем отчаянная ярость стерла ее навсегда. Агата нахмурила брови и сжала кулаки.

–Хорошо. Иди к Вивьен. Но если с Оливией что-то случится, клянусь…

– Знаю, – сказал Гэвиус. За его спиной мгновенно появились крылья, и он с легкостью взлетел на балкон второго этажа.

Агата не умела ни летать, ни телепортироваться. Поэтому она пошла в приемный пункт на своих двоих. Туда Драго должен был отнести Оливию. Он находится на первом этаже в самом дальнем конце коридора, который начинается прямо за столовой. И кто придумал разместить его так далеко? Ведь если с одним из учеников что-то случится, идти туда придется целую вечность. А в этой школе постоянно что-то происходит. То оборотни с вампирами закусятся, то шутник – Альф что-нибудь учудит.

Однажды он украл зелье исчезновения и капал на юбки девчонок, мирно разгуливающих по коридорам. Его это очень забавляло. Вот только он не знал, что зелье токсично для оборотней и действует на них как кислота. И когда он вылил его на юбку Долорес – молодой волчицы, которой только-только исполнилось шестнадцать и ее проклятие вошло в силу, она взвыла так, что услышала вся школа Блэквеллс. А затем все ее кости разом сломались. Нестерпимая боль от ожога привела к превращению. Уже через минуту на месте очаровательной блондинки с кудряшками стояла разъяренная волчица ростом не меньше двух метров.

Оказалось, Долорес инстинктивно прикрылась руками и капли прожгли их до самых костей. От такой боли любой бы пришел в бешенство. В итоге четыре ученика попали в мед пункт с серьезные укусами. Долорес же выбежала из школы и бросилась в горы, где ее потом искала целая команда, состоящая из учителей, самых одаренных учеников и нескольких ангелов – добровольцев. Ее нашли и успокоили, но теперь на ее прекрасных тоненьких ручках навсегда останутся уродливые бугры шрамов.

Ох и досталось же тогда Альфу. Его собирались исключить из школы. Родители Долорес подавали прошение, чтобы Альф понес более серьезное наказание. Они настаивали его заключении в Ории. И это не людские тюрьмы, а самая настоящая магическая темница, где один день пребывания ощущается как десять лет. Она находится в подводной пещере под толщей Тихого Океана. Пребывающим там смертным заключенным не требуется ни еды, ни воды. Благодаря магии заключенные не могут умереть. Они заперты в клетках под толщей воды и вынуждены тонуть раз за разом. Что может быть хуже? Десятки, сотни лет наедине с невыносимой болью в полном одиночестве. Некоторые боятся провести хоть один день без общения, интернета или телевизора. А все потому, что порой нас пугают собственные мысли. Заглянув внутрь себя можно найти что-то жуткое или понять, что там пусто, что не менее страшно.

Задумавшись, Агата не заметила, что в коридоре горит лишь дежурный свет. «Очень странно», – подумала она, но все же решила дойти до мед пункта, остался всего лишь один поворот.

Внезапно Агата услышала голоса. Судя по тону разговор был достаточно напряженный. Чутье подсказало спрятаться в один из пролетов. Голоса звучали все ближе и казались смутно знакомыми.

– Ты уверен, что сделал все правильно? – Спросил первый. В нем отчетливо читалась ненависть.

– Конечно, – ответил второй. Агата знала этот голос. Он принадлежал Одену. – Они ни за что не выйдут на наш след.

– Нам нужен этот ключ. Если мы его не достанем… Ты сам знаешь.

– Да, милорд.

Агата задержала дыхание, когда двое проходили мимо нее. Она со всей силы вжалась в стену, ей даже пришлось встать на носочки. Столкнуться с Оденом в темном коридоре? Звучит как начало фильма ужасов.

Когда они ушли на достаточное расстояние, чтобы не заметить начинающую шпионку, Агата вышла из своего убежища. Она пошла дальше – до конца коридора и за последним поворотом наткнулась на огромную старинную деревянную дверь. По бокам ее украшали колонны, уходившие в самый потолок. Ее конструкция показалась Агате странной. Дверной замок находился прямо посередине, но ни одной ручки не было. Зато наверху был овал, внутри которого Агата увидела символ – Трилистник.

– Мать вашу, – в пустоту выругалась Агата. – Неужели я свернула не туда?

3

– Погоди, – я остановила рассказ Агаты, – а кто был тот второй человек в коридоре?

– Не знаю, – призналась Агата. – Когда они проходили мимо, с моей стороны шел Оден. К тому же было темно, а они были в плащах.

– Звучит жутко…

– Ага, я тоже так подумала.

В этот момент в дверь постучали. Я натянула одеяло повыше.

– Входите, – громко крикнула Агата.

Дверь отворилась, из-за нее показалось лицо дяди Сальватора. Он вошел как обычно прикоснувшись к ручке через салфетку. Как только он переступил порог, тут же огляделся в поисках мусорного ведра.

– Положите на стол, я уберу, – сказала Агата, и директор неуверенно опустил салфетку на стол.

– Как ты себя чувствуешь? – Спросил дядя. Казалось, он держался поодаль. На его лице смешались чувства вины и стыда.

– Все болит, ничего не помогает, – ответила я.

– Оливия, прости меня, дорогая моя девочка, – неожиданно расчувствовался директор.

– За что вы извиняетесь?

– Я не смог обеспечить твою безопасность. Не научил пользоваться амулетом. Ты изъявила желание остаться в школе, доверилась мне… Я подвел тебя.

– Не вините себя, – сказала я.

«Вините Вивьен», – пронеслось в моих мыслях.

– Вивьен не хотела этого делать, поверь мне. Она … она раскаивается и уже несет заслуженное наказание.

– Спасибо… дядя Сальватор, – я на секунду замешкалась, как мне стоит его называть после всего произошедшего. Но после этих слов дядя подошел и поцеловал меня в лоб.

– Рад что ты в порядке. Отдыхай. Если тебе что-нибудь понадобится, обязательно зови меня.

Он вновь достал салфетку, повернул ручку и вышел из комнаты.

– Как думаешь, какое наказание у Вивьен? – Спросила я.

– Я не думаю, я знаю, – ответила Агата.

4

Агата вышла из коридора и столкнулась с ведьмами – близняшками Сарой и Дорой. Эта парочка славилась своими оценками и умением подлизываться к преподавателям. Они участвовали во всех школьных активностях, будь то концерт, посвященный празднованию Освобождения Рая от войск Люцифера или простой субботник. Эти сестры обладают очень полезным для учебы умением – что узнавала одна, узнавала и другая. То есть, если Сара читала книгу, все ее содержание оставалось в головах их обеих.

– Привет. А вы случайно не знаете, где находится медпункт? – Обратилась к ним Агата.

– Не надо было прогуливать линейку, – начала Сара.

– Да, там все объясняли, – подхватила Дора.

«Господи, как же они меня бесят», – подумала Агата, но вслух она этого сказать не могла, ведь ей нужна была помощь.

– Торжественно клянусь посещать все линейки, – Агата положила правую руку на сердце. – Только прошу вас, скажите – где этот долбанный медпункт?

Близняшки переглянулись. Видимо обменивались мыслями, размышляя, стоит помочь Агате или помучить еще своими скрипучими голосами.

– Он рядом с кабинетом директора, – сказала Сара, и они не сговариваясь одновременно развернулись на левой ноге и пошли в противоположную сторону.

Агата бегом бросилась вверх по лестнице на третий этаж. Наверху творился какой-то бардак. Повсюду были разбросаны книжные листы, какие-то нелепые вещи, которые никак не вписывались в убранство коридора: статуэтки, пляжная шляпа, одежда, разбитое стекло, части мебели, елочные игрушки, посуда. Коридор напоминал кучу мусора на архипелаге в Тихом Океане. Внезапно вдалеке раздались крики.

– Ты ничего о нем не знаешь! – Заявлял женский разъяренный голос.

– Я знаю все, что нужно, – отзывался спокойный мужской.

Агата заглянула в коридор и увидела, что дверь кабинета мистера Блэквелла открыта настежь, а из дверного проема летели разные вещи. Агата решила спокойно пройти мимо, как бы ничего не замечая. Но, приблизившись к жерлу беспорядка, она ощутила тонкую нить энергии.

– Apparent, – полушепотом сказала Агата и начертила круг в воздухе.

Из сероватой дымки прямо перед ней появились Уиллис и Стейн.

– Ну вот, Агата, все веселье испортила, – раздосадовано сказал Стейн.

– Вас родители не учили, что подслушивать нехорошо?

Агата скрестила руки на груди и подняла одну бровь.

– Это что, полиция нравов? – Разозлился Уилисс. Он злобно сморщил нос и сжал кулаки, а на его лбу вздулись две неаккуратные венки.

– Идите отсюда. Иначе я вас сдам, – сказала Агата, и друзья поспешили удалиться. Девушка провожала их взглядом, перед самым выходом из коридора Улисс развернулся.

– Ты слишком много на себя берешь. Не нарвись на неприятности, – бросил он и, прежде чем Агата успела ответить, скрылся за поворотом.

«Он только что угрожал мне?», – подумала Агата.

Агата прошла мимо открытой двери незамеченной, ведь собеседники были заняты выяснением отношений, однако, она успела заметить, что в кабинете находились директор и Вивьен.

– Ты знаешь, что Ангелам нельзя иметь детей. Если кто-то сверху узнает…

– Мне плевать на эти дурацкие правила, – Вивьен разрыдалась, а из кабинета вылетела новая порция вещей. В кабинете с грохотом что-то упало.

«Вивьен беременна?», – Сердце Агаты забилось быстрее, а глаза напоминали пятирублевые монеты. Она резко остановилась, на цыпочках прошла за приоткрытую дверь и заглянула в щелочку.

Директор Сальватор стоял посередине кабинета. Его руки находились в карманах брюк. Он считал, что размахивать руками во время разговора – дурная привычка. Но видимо сейчас ему хотелось этого больше всего, и он не видел другого способа их сдержать. Хотя держать руки в карманах – тоже не по правилам этикета, но из двух зол он выбрал меньшее.

Вивьен же не скупилась на жесты. Она ходила и размахивала руками, и с каждым взмахом в кабинете что-то обязательно рушилось, падало и гремело.

Собеседники то переходили на шепот, то вновь начинали кричать.