Как всегда зрелище неторопливой деловитой суеты огромных тел вызвало дрожь в кончиках ног: ох, и громады им противостоят!.. Но не в размере, оказывается, дело! А в том веками втемяшиваемом Принципе, что только Хозяева определяют, кому, как, и что делать в этом Мире. Предопределяют Судьбу и Цель жизни. Их жизни.

Да – именно отринуть, отторгнуть, вытравить из сознания окончательно – инстинкт раба, намертво впечатанный, как атомы галлия – в материнскую плату любого компа, вбитый им всем на стадии личинки гипновнушением: вот главное, что смог сделать, и чему научил остальных Мардов Первый Учитель!

Ну вот и пришёл черёд мардов доказать хозяевам, что они больше не Хозяева.

Отделение быстро опустилось на пол. В маскхалатах и обмотках они абсолютно незаметны для глаз, видящих в очень ограниченном диапазоне: хозяева весьма примитивно устроены. И не могут сознательными усилиями управлять развитием, улучшением или перенастройкой на другие полосы излучения, своих органов чувств и сенсоров.

Ходить по стенам нетрудно. Да и по потолку – если нужно! Но бойцы-то знают, что основные кабели управления всей электроникой находятся в полу. В специальных шахтах и тоннелях. А вот и люк.

Собрались все бойцы под одним из заранее намеченных боковых столов – под тумбой с ящиками. Чтоб никто из хозяев не сунул туда некстати ногу.

А чтоб не было заметно искры разряда, и не воняло горелым железом, вокруг Патчени установили палатку. Инженер прорезал титановую плиту за три минуты – всё-таки углеродистая сталь! Даже плазменный резак берёт с трудом. Да и толщина чудовищная – три туловища марда! Подавать команду оказалось не нужно: все попрыгали в прорезанное отверстие сами.

Палатку-невидимку пока оставили снаружи: мало ли! Нельзя, чтоб их работу обнаружили. Во всяком случае, до того момента, как они разберутся с кабелями управления.

Бежать по тоннелю далеко не пришлось: вот и распределительная коробка. Он кивнул тройке, тащившей канистры со взрывчаткой. Всё установили за считанные секунды: вот что значит – выучка! Теперь для страховки нужно убраться отсюда, и обезвредить чипы самих ракет до того, как сработают таймеры.

Шахты пусковых установок поражали масштабом: вот уж чудовища в них находятся!.. Ожидая. Приказа уничтожить всё живое в радиусе пяти таких территорий, как Первое Городище… Он приказал разбиться на двойки. Пять ракет – пять двоек.

Свою ракету они с Патчени обработали быстро: резак вскрыл люк панели управления за минуту, и ещё минута ушла на то, чтобы вынуть плату с кодами управления, и вставить свою, подправленную. Теперь даже если хозяевам и удастся запустить ракеты вручную, дедовским методом, взрыватели их баллистических зарядов и сработают. При запуске маршевого двигателя. Бедолаги даже не узнают, что их провели!

Впрочем, если честно – ни капли жалости он не испытывал. Да и никто из Мардов не испытывал к хозяевам ни жалости, ни всепоглощающей, как было ещё всего пару поколений назад, ненависти… Когда хотя бы для себя знаешь – что ярмо уже вовсе не сдавливает шею, начинаешь мыслить совершенно по-другому. Меняется и философия и отношение…

Буквально ко всему!

Нет, не было ни у кого сегодня почти никаких привычных разрушительных эмоций. А было, разве что, нетерпеливое ожидание – когда уже!..

Обратно в шахту вентиляции прибыли с запасом: ещё есть пара минут. Но он всё равно дал приказ уносить ноги – чем больше расстояние, тем лучше гарантии безопасности.

Модуль-бот взлетел, и стремительно отдалился от Базы на десять миль. По масштабам хозяев – безопасное с точки зрения поражающих факторов, расстояние. Он приказал сесть в лощину, чтоб бот был укрыт за могучим земляным валом. И предложил желающим – взобраться на гребень холма. Не забыв защитные маски.

Желали, разумеется, все: ещё бы! Такое зрелище!..

Оно не разочаровало.

Через десять минут, поняв, что взрыв, устроенный диверсантами прямо в КП, лишил их последнего шанса, Штаб врага неизбежно принял единственно, как им должно было казаться, возможное решение.

Главнокомандующий отдал приказ вручную запустить ракеты с заранее установленными целями.

Наблюдая, как красивое в своей неумолимости грибообразное облако возносит в пучины Небесного Ада души последних боеспособных хозяев, он чувствовал только одно: чистую, и ничем не омрачённую радость.

– Внимание, Первый. Я – лобстер. Посылка доставлена, получение подтверждено.

– Вас понял, первый. Действуйте по плану.

– Есть, сэр.

Отдать приказ спрятаться за гребень, когда их почти достигло облако пыли, несомое взрывной волной, он не забыл.

Билл проснулся – словно его толкнула та самая взрывная волна!

Боже!

Что это за страсти ему снятся?!

Почему он вдруг преобразился в командира – тоже отделения, но – «хомо мурашикус»?! И как получилось, что эти, словно специально, наведённые ему в память, мозг, подсознание, картины – столь чётки и достоверны?! Ведь раньше с ним никогда такого…

Чёрт возьми.

Надо всё рассказать доку.

Вдруг всё это – не кошмар? А переданное каким-то образом из глубин веков – Послание?

Обращённое конкретно: к тем, кто попытается освоить эту планету.

Конечно, есть шанс на то, что всё это – продукт работы его «распалённого» в процессе работы в колодце, воображения…

А если – нет?

Тогда Руководство «Рональда Рейгана» должно быть предупреждено: планета-то…

Хоть сейчас никем и не населена – но под Контролем!

– Прошу садиться! – сжатые ниточки губ сказали доктору Мангеймеру, что с рапортом старшего сержанта Хинца Босс уже ознакомился. – Я собрал вас сегодня на внеочередное заседание Штаба для того, чтоб обсудить… Г-хм! Сон сержанта Билла Хинца.

Вот распечатки. То, что он смог запомнить и точно… э-э… воспроизвести в словах. Потому что то, что он воспроизвести не смог, вряд ли столь уж важно. Сомневаться же в его высокопрофессиональной компетентности в вопросах проведения боевых операций – не приходится. Прошу ознакомиться, не выходя из этого кабинета.

Полка все читали Меморандум, доктор Мангеймер и генерал Лусек только переглядывались. Док старался излучать уверенность и спокойствие.

Он знал, что в серьёзность угрозы вот так, сходу, мало кто поверит.

Так и произошло.

– Послушайте, доктор! При всём уважении – это же откровенная паранойя! Бред!

Кивнув полковнику Диммоку, доктор спросил:

– Кто ещё считает, что это – бред, или сон, вызванный ксенопаранойей, спровоцированной внешней обстановкой в мозг перевозбуждённого наземной работой старшего сержанта – прошу поднять руки.

Рук поднялось пять. Из двенадцати. А неплохо, мать его…

Значит, остальные-то… Поверили. Молодцы. Реалисты. Остальных можно, конечно, попробовать переубедить, но большинство-то поняли, что угроза реальна. Он сказал:

– Мне очень приятно, что те из вас, кто достаточно доверяет нашему отделу, поверили сейчас сразу, несмотря на всю кажущуюся слабость и… Непривычность аргументов.

Да, с посланием в виде ментальной матрицы, как-то вмонтированной в некие структуры гранитных толщ местного Штаба Сопротивления, нам сталкиваться до этого не приходилось. Да и никому не приходилось. А в том, что это именно – Послание, никаких сомнений у меня лично нет. Поставлю вопрос так:

Вы бы хотели убедиться в том, что это – чушь, начав осваивать планету, и расселив на ней для начала как обычно семь-восемь тысяч колонистов? А потом обнаружить в один прекрасный день, что повторилась та же история, что, скажем, на Эллире? Или Вайянге?

Только прошу учесть – на этих планетах нам противостояли, если можно так сказать, безмозглые местные твари, интеллектуальный потенциал которых сравним с АйКью земных пиявок. Или глистов. А здесь нам противостоят, пусть и микро, но – «хомус». К тому же никаких шансов на то, что за три тысячи лет они поглупели, или сбавили темпы наращивания промышленного, научного, и технологического потенциала, нет.

И ещё один момент. Нам удалось установить – в том числе и из сна сержанта – что так называемые Хозяева чертовски, если мне позволительно применить столь некорректный термин, походили на нас с вами.

Как думаете: если пересечемся, особенно в контексте того, что мы-таки полезем осваивать «девственно» вычищенную планету – это вызовет к нам…

Доброжелательность? Или стремление как-то поделиться техническими наработками, и научными открытиями? Я уж не говорю про «мирное сосуществование…»

Вот именно.

Надеюсь, моё краткое резюме не слишком эмоционально. Прошу извинить за это.

Доктор сел. Генерал даже не побарабанил как обычно пальцами по столешнице:

– Проголосуем ещё раз. Кто теперь считает освоение планеты возможным. И безопасным для колонистов. Мы специально отметим мнение этих людей в Протоколе.

Поднялась было одна рука. Но как-то быстро опустилась…

Генерал удовлетворённо кивнул:

– В таком случае я приказываю разведочно-исследовательские, и подготовительные работы свернуть вплоть до нового Приказа. И отправляю о случившемся и обнаруженном рапорт. Пусть Штаб Флота поработает. У них там аналитики тоже, вроде, неплохие…

Доктор Мангеймер криво усмехнулся себе в усы.

А генерал подмигнул ему.

– Билл, ты слышал?! – коллега, старший сержант из третьей роты Парк Шлеерсон нагнал Билла в коридоре по дороге к бару, – Про наших придурков?

– Нет. А что они там ещё выкинули?

– Секретарша генерала, ну, эта, Хауген, сказала, что Лестерская эскадра вылетела сюда в полном составе. Будут, бараны этакие, всё равно пытаться планету освоить.

– Странно. Ведь на ней же – ни грамма почвы.

– Да им почва и на …ер не нужна. Они везут не фермеров. А проходческие комбайны, и три смены профессиональных шахтёров. Говорят, здесь в каких-то горах сохранилось довольно много урана-235, и не то – полония, не то – курчатовия…

– Действительно, бараны. Не удивлюсь, если они даже барахлишко не успеют распаковать.

Действительно, не успели.

Вот так и произошла первая реальная встреча с собратьями по разуму.

Правда, теплотой и сердечностью атмосфера общения не отличалась.

И ограничилась эта встреча долгими и осторожными переговорами на расстоянии нескольких миллионов километров. И заочным подписанием Договора.

Поделившим Вселенную на два сектора: жизненных интересов землян.

И жизненных интересов Мардов.

И, насколько знал Билл, нарушать границы никто из землян не пытался.

Он кинул взгляд на таймер. Ах, вон оно в чём дело: пора обедать!

Чёрт. Надо же: опять так отдался воспоминаниям и связанным с ними переживаниям, что только сейчас заметил, что в желудке-то – сосёт…

Ладно. Остальное «меморабельное» пространство любимого «Рональда» он осмотрит после приёма пищи.

И отдыха.

Потому что этого, «нуждающегося в осмотре», ещё – ох, много…