Начало ничем не удивило: те же круглые ходы-лазы, ведущие к кольцевым галереям, от которых ответвлялись поперечные ходы и комнаты-хранилища.

Да, здесь – как раз много чего хранилось.

– Что это? – док явно недоумевал, разглядывая кучу хаотично наваленных почти до потолка не то инструментов, не то – запчастей.

– Похоже на отработавшие свой срок, или сломанные инструменты. Приборы. Или испорченное оружие. – Билла вид привычных стволов и раструбов – словно бы излучателей, позабавил. Надо же! Как, действительно, сходство технологий, предназначенных для убийства, ведёт к сходству внешнего вида, даже если оружие предназначено не для рук, а для лап, члеников, или щупалец…

– О! Согласен, согласен… Ну-ка, пусть третий микроп притащит вам парочку – я пришлю в тоннель дроида.

Пока длилось ожидание, Биллу вдруг стало интересно другое:

– Доктор. Позвольте технический вопрос.

– Слушаю вас, сержант.

– А куда делось стекло, предположительно накрывавшее эти колодцы?

– Вот уж не знаю. Но вероятней всего оно было не простым – а бронированным, армированным, и так далее. А эти крошки – рационалисты. Думаю, они понаделали из него чего-то полезного, и тоже – того. Вывезли.

– А как им удалось справиться с… Ну, как-то же их колодцы стерилизовали – ну, когда, как вы говорите, они не справлялись с заданием, или вообще – бунтовали?

– Думаю, теперь, когда мы обнаружили их Штаб Сопротивления, ответить нетрудно. Уж оружия-то они наверняка создали достаточно. Мне кажется, на первом этапе они применяли боевые отравляющие вещества, к которым сами были нечувствительны: они и надёжны, и требуется такого газа совсем чуть-чуть. И, разумеется, следов мы не найдём. Всё давно выветрилось или разложилось.

Билла передёрнуло.

Дроид, пощёлкивая и притопывая гусеницами, и придерживаясь манипуляторами за стены тоннеля, спустился всё равно позже, чем шустрый микроп номер три понатащил с дюжину странных «железяк». Билл лично засыпал это добро в люк камеры для отбора образцов. После чего дроид, скребя титановыми наконечниками манипуляторов, жужжа перегруженными сервомоторчиками, и поскрипывая обрезиненными гусеницами, удалился. За «экспонаты» даже не поблагодарил. (Вот бы Билл удивился!)

Зато поблагодарил док Мангеймер, явно не спускавший глаз с мониторов:

– Спасибо, Билл. Но я смотрю: у вас там чем дальше – тем интересней!

– Да, доктор. Впрочем, думаю, это – просто зал для совещаний верховного Командования. Видите: по стенам до сих пор развешены карты и схемы. И рабочий стол: один – но – очень большой. Да и стулья…

– Хм-м… Пожалуй – да. Их можно назвать стульями. На таких нашим крохам, вероятно, удобно было бы сидеть при длительной кропотливой работе на одном месте. То есть – верно: на совещаниях. Ладно. Пусть-ка микроп два камерой обведёт по кругу панораму всех карт и схемограмм.

Билл отдал команду Бокамбу, в ведении которого находился микроп два. Остальные управлялись «умниками» из лаборатории самого дока Мангеймера. Что не мешало команде Билла отслеживать получаемое с их камер изображение на мониторах. Просто теперь картинка, поделённая на шесть частей, стала куда мельче: приходилось иногда увеличивать то, что заинтересовало.

А такого тут находилось, ох, много!

– …так, говорите, несколько поколений?

– Нет: несколько десятков поколений! Плазменные микроизлучатели – не довод. Да, проплавить ходы и комнаты они могли быстро. Но вот выработать какую-то глобальную, единую, и устроившую всех стратегию – на это точно ушли десятки поколений!

Да вы же сами видите: на поверхности и правда – не осталось не то что «господствующей расы», но и – следов от неё! Да что – от неё! Вообще – никаких наземных существ, крупнее амёб или бацилл. Похоже, наши крошки чертовски сильно хотели подстраховаться: чтоб уж никого вроде «разумного двуногого с плоскими ногтями» здесь после того, как они разделались с «хозяевами», не появилось. И не захватило планету.

– Да. Вижу. – генерал отодвинул кучку схемограмм и фотографий, лежащих перед ним, – Но узнать я хотел вовсе не это. – взгляд из-под кустистых бровей излучал… Страх?

– Скажите, доктор Мангеймер. Нам здесь и сейчас, в смысле, на планете, что-нибудь угрожает? Или – может угрожать?

– Угрожать? Ах, вот вы о чём… Нет. Со всей категоричностью эксперта могу утверждать: сейчас нам здесь ничто не угрожает. Но!

Если крошки, удалившиеся сейчас (Вернее – три с половиной тысячи лет назад!) в неизвестном направлении, надумают вернуться, и снова заселить материнскую, так сказать, планету, нам очень даже придётся…

Отдать её обратно!

– И вы хотите сказать, что вся мощь земного оружия…

– Не справится с тем, что за эти три тысячи лет пребывания где-то-там создали эти терпеливейшие, методичнейшие, последовательнейшие, и изобретательнейшие «хомо мурашикус», как называют их десантники. Да, чёрт его задери: если эти ребята надумают отобрать планету обратно – у нас шансов нет!

И вы сами отлично понимаете – почему!..

Генерал насупился. Но не возразил.

Видеть перед глазами две пары «рук» оказалось весьма непривычно. Странно. Но – не неприятно. Наоборот: казалось, что теперь он сам сможет легко делать такие вещи, которые раньше приходилось делать с помощью дрона, напарника, или даже – экзоскелета. Потому что он ощущал, что эти… Конечности… Чертовски умелы, сильны и прочны!

Да! Он ощущал себя – суперсильным! И очень рационально устроенным. И, если честно, вовсе не чувствовал, что этими новыми руками нужно ещё учиться управлять – ничего подобного! Они словно всегда были с ним: быстрые и точные – в любых движениях. Что в перетаскивании канистр со взрывчатым веществом, что во вдевании нитки в ушко иглы, что в настройке верньера излучателя… А ноги… Хм-м.

Да они просто потрясающе подвижны и мощны! И шесть точек опоры куда надёжней двух.

Глаза – отлично видят в темноте без всяких оптоусилителей. Ноздри… Их восемь – и все почувствительней газового хроматографа!.. А, да. Ещё – спецоборудование.

Обеззараживающая паста наготове. Антирадарная фольга обёрнута вокруг торса. Клейкий хотекс как всегда под рукой (вернее – подмышкой). Пояс с оружием и инструментами аккуратно обвёрнут вокруг талии: всё удобно доставать, всё – заряжено.

И – готово. Так же, как и он. Медленно он двинулся вперёд.

Сегодня – Судный День.

День решающей битвы.

Завернув за угол, он оказался перед своими: бойцы построены и готовы к драке. Он представил себе, как сейчас так же, в полной боеготовности, по всей поверхности планеты, стоят тысячи других команд с баллонами нибрита: готовые завершить всё в течении ближайшего часа…

– Внимание, отделение! Загрузиться в транспорт!

А чётко они действуют! Словно единый организм! Да и не может быть по другому: они же из одного помёта! То есть, мыслят – буквально синхронно. И знают сами то, что и когда надлежит делать. А что – не надлежит.

Разумеется, большая часть профессиональных солдат сейчас при Гнезде: охраняет их Новую Матку. И теперь выживание Мардов – обеспечено, даже если враги успеют убить старую Мать…

Захлопнув за собой люк бота, он сел на откидную скамью. Говорить ничего не надо. Свои обязанности все знают лучше, чем молитву Матери. Вортек уже завёл двигатели. Вот они почти неслышно загудели, затем – тихо взревели в форсажном режиме…

Полетели!

Ах, как ему не хватало этого ещё ощущаемого на уровне рефлексов-атавизмов, чувства – полёта! Ничего: когда они всё закончат, Новая Мать постарается подправить навязанную хозяевами Программу. Марды снова станут крылатыми!

Из ангара вылетели за считанные секунды. Он отлично знал, что их подразделению нужно сделать в первую очередь. Обеспечить уничтожение базы, откуда по их Старому Городищу могли бы выстрелить ракетами с ядерными боеголовками!

И это – почти единственная реальная угроза, которая сейчас может помешать Восстанию. Вернее – не помешать. А уничтожить восставших. Ну, разумеется, не всех. А лишь тех, кто ещё трудится в недрах Первого Штаба и на первых Заводах. Потому что расселились-то Колонии Мардов уже по всей планете Хозяев.

Всё равно – они должны любой ценой сохранить гнездо Первого Осознавшего. И колодец первого Учителя. И – первого Генерала. Народ без Истории – обречён на повторение Ошибок!

До базы долетели за полчаса. И никакие радары противника, естественно, засечь их бот не могли: здесь нет ни единого атома металла.

Посадка на крышу прошла штатно – словно на учениях. Откинув люк, он первым выскочил на нагретую солнцем и прогибающуюся под ногами поверхность рубероида:

– Отделение! Построиться!

Пройдя вдоль шеренги десяти поджарых и собранно-сосредоточенных близнецов, он в душе только что не пел: красавцы! Все – как на подбор! (Впрочем – почему – как?! Они – и есть – на подбор! Специально подготовленные, накачанные, вымуштрованные!

Он кивнул:

– Внимание, бойцы! Сегодня нам оказано высочайшее доверие. Именно нашему отделению в составе взвода особой роты первого гвардейского полка имени Учителя Нуура, поручено обезвредить последнюю реальную угрозу нашему Первому Гнезду!

Братья! От нас зависит, будет ли сохранено в первозданном виде наше Святилище, куда мы приводим всех новорождённых. Место, где дух Мардов постигает величие того, что сделано сотнями поколений! Величие Единства и Целеустремлённости Народа – заточенного сотнями лет и поколений на главную Цель.

Свобода.

Свобода от трагических веков, и сотен поколений, когда гордый народ Мардов подвергался унижениям, наказанием смертью, и был попросту низведён до положения рабов. Пусть и интеллектуальных – но – рабов!

Сегодня – великий День! День расплаты. Мы и наши братья уничтожим все ракетные Базы хозяев, и будем контролировать ситуацию на всей материнской планете.

И обеспечим детям – то, чего были лишены сами. Безопасность и счастье!

Он говорил, распаляясь, и потрясая руками с излучателем и резаком, пытаясь как-то избежать дешёвой патетики, но понимая, что деваться от красивых слов некуда: именно сейчас – настал Час Расплаты!

Хотя пристально вглядываясь в лица, понимал – ничего этого уже делать или говорить не обязательно. Все благодаря эмпатии чуют его эмоции и почти читают мысли. Да и мысли у всех его бойцов – одни. «Скорей бы!»

– Вперёд! Что делать – вы знаете! – он понял, что неуместным разглагольствованием только тормозит их.

Вентиляционная шахта оказалась, разумеется, защищена. Титановой мелкоячеистой сеткой. И решёткой из перекрещенных лазерных лучей. Фи! Тоже мне – преграда!

Он помнил и изучал, как за два поколения до него разработали всё это.

Хозяева, похоже, тоже обладали определённой эмпатией – почуяли, что грядёт расплата. И все последние задания Марды разрабатывали только оружие и средства защиты от… Таких как они.

Не-ет, оружие-то они разработали на совесть.

Вот только отлично знали, где оставлены лазейки, секретные директивы, и ключевые точки для нейтрализации того, что разработали!

Так что ни программное обеспечение, ни лазеры с плазменными пушками, ни титановые сетки, препятствием для бойцов его команды не стали. Однако громоздкое оборудование с Перенастройщиком  и Джампером пришлось всё равно пока нести с собой: вдруг хозяева подстраховали и защитили и подземные Уровни?!

До Командного Бункера добрались за пару минут: быстрее не могли работать лебёдки с карбонитями. Всё верно: хозяева подстраховались и здесь. Преодоление датчиков движения, фотоэлементов, и газоанализаторов заняло ещё пять минут.

Но вот они и внутри.