Вдогонку за солнцем (страница 15)
⠀Бизнес по-русски, как говорится. Не потеряв запала и будучи уверенными в своей счастливой звезде, мы разместили объявления в газетах типа " Из рук в руки" и принялись ждать. Нет ничего мучительнее, чем ждать и догонять. Когда, спустя три месяца, нам не поступило ни одного звонка, мы отправились на поиски работы. Однажды, позвонила девушка, спустя полгода, когда половина вещей мы раздарили, раздали, пожертвовали. В трубку прозвучал заветный пароль: «Я по объявлению». Вялые тараканы в моем мозгу оживились и в надежде на успех сплясали гопак, первый покупатель, ура! Вечером того же дня первый покупатель позвонил в дверь, три коротких, к нам. Вперед зашёл рыжий, веснушчатый парнишка лет четырех, следом пухлая огненноволосая девушка с младенцем на руках, за нее пряталась девочка, с медными кудрями, утирающая хлюпающий носик рукавом. Мы пропустили странную компашку в комнату, переглянулись. Малец протянул руку и прожевал слова: «Антофка, поговорим немнофко». Мило улыбнулся наполовину беззубым ртом. Муж поздоровался по-взрослому за руку, я предложила посмотреть остатки детских вещей. Девушка сообщила, что их у нее семеро, если сделаем скидку – она заберет все! Мы сложили все вещи, пока мальчик разглядывал с восторгом старый телевизор на полу, который давно искал хозяина.
– Он, что ли телевизор никогда не видел, – удивилась я.
– Нет, у нас такова нету, – с придыханием сообщила маленькая огневушка.
⠀Мой любимый человек вызвал такси, загрузил в машину телевизор и все остатки нашего бизнеса с многодетной мамой и ее выводком. Пожелали удачи. Малыши долго смотрели на нас, прилипнув носиками к стеклу машины, махали ручонками. А наша дружная семья предпринимателей пошла в банк. Мы взяли кредит, раздали долги, а на оставшиеся гульнули: купили абонемент в фитнес – клуб с бассейном. Муж в первый же заныр в том бассейне потерял обручальное кольцо. Нет худа, без добра!
Прости
Он зашёл в класс, и вся девичья половина полезла в рюкзаки и портфели за косметичками и зеркальцами.
– Познакомьтесь, это Андрей, он приехал к нам из Германии! – объявила учительница. Статный парень, в черной лайковой, не из свиных лоскутов, кожаной косухе и джинсах, совсем не похожих на "Салют" выпуска нашей ткацкой фабрики, надменно посмотрел поверх наших голов. Пустовало место на задней парте рядом со мной. Он уверенной, пружинистой походкой Чингачгука, с ирокезом на голове и гордо вздернутым подбородком, прошествовал до моей парты. Сердце провалилось в область солнечного сплетения, когда уловила шлейф парфюма, а не пота подросткового, и чуть не поперхнулась от его подмигивания. В воображении я и он уже разучивали танец как Патрик Свейзи и Бабби, в ночном, покрытом туманом, озере. Ох, как он был на него похож.
Андрей оказался душевным и компанейским, у нас завязалась дружба с первого моего приключенческого рассказа о себе. Молодой человек признался, что у него скучная жизнь, но в жизнь класса и школы он не влился, всех девушек он демонстративно игнорировал. С парнями небрежно здоровался, намекая, что их образ жизни с пивком и сигареткой в зубах доведёт их до морга раньше, чем его страсть к боксу. Он был профессиональным спортсменом в Германии, а у нас тогда бокс только развивался, и то в полуподпольных залах. Для многих новый одноклассник был мифическим существом с другой планеты. Дома у него уже были игровые приставки и компьютер. Немецким и английским он владел в совершенстве.
Не знаю, почему он выбрал меня. Тощую, порхающую, вечно щебечущую глупости, птичку. Мы прогуливали информатику и иностранные языки без зазрения совести. Задолго до его днюхи я, стежок за стежком, вышила гладью портрет занозы моего сердца со змеей в руках, на носовом платке. Андрюха верил в силу тотемов. На день рождения к нему домой припёрлись друзья, сыновья посольские, дипломатские, и дети нужных его отцу людей. Мой папа предупредил, что бы не происходило, девочка должна быть дома в одиннадцать вечера. И одна, имея кавалера, не должна шастать по улицам после 21.00. Андрей это знал и всегда меня передавал папе из рук в руки.
Но в тот праздничный вечер все пошло не так… Непонятное мне общество, запах перегара, скабрезные шутки. Любимый не замечал меня. Я сбежала от сборища незнакомцев на балкон. Вздрогнула от тяжёлой руки на плече и грузного тела, прижавшегося ко мне. Друг отца Андрея поинтересовался пухлым слюнявым ртом с прокуренными коричневыми зубами, почему я грущу. Попыталась вывернуться из медвежьей хватки всеми своими сорока девятью кг. Неожиданно балконная дверь распахнулась и ввалился Андрей. Когда он понял, что происходит, отпихнул Аркадия Петровича и, больно схватив меня за руку, протащил через толпу гостей из квартиры к лифту. До глубины души ошеломило его отношение, кровь вскипела от обиды, гнев и унижение перечеркнули все светлые чувства к Андрею.
– Ты должен меня проводить, уже 23.00, папа будет ждать, ты обещал ему… – дала шанс, взяв себя в руки усилием воли. Уже тогда я старалась не быть истеричкой с мужчиной.
– Ну, малышка, тут важные гости, он двумя руками прижал меня к стене, упёршись в нее. Ох, как от него пахло мужчиной, который сводил меня с ума.
Когда его влажный, желанный рот накрыл мой, я вернулась к реальности. Не так я представляла себе первый в жизни поцелуй. Резко оттолкнула Андрея и предложила поцеловаться с кем-нибудь из гостей. Бывший парень, на тот момент он еще этого не осознал, посоветовал продолжить с Аркашей. Я бежала, не разбирая дороги. От слез, а не от ночной мглы с тусклыми фонарями вдоль парковой аллеи, было темно перед глазами. Нет, страшно не было. Было душно и тошно. Так умирает первая любовь.
Спустя лет десять после окончания школы мы случайно повстречались, он побывал в горячих точках, ушел служить сразу после школы. На меня любящими глазами смотрел все тот же Андрей из 9 А, только располневший, в милицейской форме, в звании майора. Я спросила осторожно:
– Женат?
– Да, все нормально, – уклончивый ответ, – дочь назвал Алиндой, – опустил глаза, глубоко вздохнув. – Ну, я пошел?
– Конечно, будь счастлив, Андрей!
И мы разошлись как в море корабли, каждый по своему маршруту жизни.
Как я угнала бумер
Как-то я вляпалась до умопомрачения в роман. После описанных событий в этом рассказе, по логике нормальных людей, в саду завяли бы все лилии, помидоры и поникли лютики. Но эта история была бы не про меня. В один тоскливый зимний, пробирающий до костей морозом вечер, герой моего романа затеял поездку в деревню, забытую богом, но помнящую его рождение. Дискотека там сельская, баня дровяная. Лес нехоженый, с белоснежными, пушистыми панамками снега на деревьях и шапками – сугробами. Уговорил. Перезнакомил меня со всеми друзьями юности, катались на санках с горы, парились в бане, горланили песни, веселились до упаду. Коронный номер сельского вечера: дискотека на дощатом танцполе в сельском, видавшим виды, клубе. Первые пятнадцать минут смешно, потом втягиваешься. Среди пляшущих самородков на «стиле» потеряла из виду своего кавалера. Вспышки тут и там импровизированной цветомузыки пестрили в глазах, скрывая обзор. Обнаружила я воркующую парочку у барной стойки. Брюнетка с зачёсанным высоко конским хвостом на макушке, в колготках черных в сеточку, на шпильках пластиковых как у стриптизерш, повисла на шее моего кавалера. Стоп! Я взяла себя в руки! Подошла к ним с подветренной стороны, чтоб он меня не учуял. Всегда говорил, что узнает меня по аромату «Ангелы и Демоны» за версту. Встала неподалеку. Не заметил, заказала коктейль. Она восхищалась его неземной красотой, он говорил, что тоже бы с ней замутил. Хм, даже так? Я постучала по плечу любвеобильного ухажёра. От неожиданности герой любовник чуть не свалился с барного стула.
– Идем домой! Мне здесь надоело!
– Малыш, танцуй, мы тут поболтаем еще с одноклассницей, это Светка! – не было смысла уже слушать его монолог.
– Хорошо, как скажешь, – холодно, еле сдерживая ревность и обиду от мерзкой, попахивающей адюльтером, ситуации.
Я выскочила в мороз и увидела машину, его ласточку. Тут я вспомнила, что ключи от тачки на хранении были у меня в сумочке. Впрочем, как и документы. Со злостью я рванула водительскую дверцу, села за руль. Отъехала без прогрева подальше от клуба. Сижу реву. Понимаю, что оставаться здесь я больше не могу и не должна. Синий бумер рассекал 140 км/ч по заснеженной трассе, выхватывая передними фарами редкие встречные машины. Мы с ласточкой пролетели 200 км, под " Чужие губы тебя ласкают, чужие губы шепчут тебе…" из встроенной автомагнитолы. Я не заметила, как проскочила пост ГАИ и гаишника с грозящим мне полосатым жезлом. Въехала в город, из зеркала заднего вида обнаружила погоню из трех гаишных машин. Они повторяли номер машины снова и снова номер машины, и требовали остановиться. Паника вернула в реальность. Я вспомнила про выпитую бутылку пива и бокал с коктейлем. Чертов Секс на пляже. Страх, растерянность, стыд, злость на себя за этот безрассудный поступок, привели к необратимым последствиям. Я не остановила машину. Юркнула в знакомые дворы. Спряталась. Думала пережду. Фары с мигалками пронзили ночную тьму, подлетели и окружили БМВ спереди и сзади, служебные машины. Чувствовала себя преступником. По сути – это так и было. Конечно, меня лишили прав на полтора года. Бэху отправили на штрафстоянку. Отказалась проходить медицинское освидетельствование. Сидела в милицейской машине Специального Полка ГАИ, потупив взор и глубоко раскаиваясь, слушая монотонную назидательную тираду офицера.
С тех пор, я даже во сне не выпью глоток любого спиртосодержащего напитка за рулем. И вам не советую! Урок: не совершать никаких действий на эмоциях.
Расстрогай опытного гида
Самые дешевые билеты в Израиль были с невероятно сложными маршрутами. Хочешь сэкономить, выбирай: пару дней скакать на оленях с Алма-Ата до Вильнюса или со стоянкой среди кочующих бедуинов сутки в пустыне. Утрирую, конечно, но я предпочитаю сложные маршруты, всегда! Поэтому Олени превратились в 16.00 в красный трамвай номер 1, бедуины в чалмах оказались торговцами ярких как колибри сладостей из крахмала. Халява смачно была приправлена экзотикой туманного Босфора, гранатовым соком и звоном монист на Восточном базаре и отелем в центре историческом, который не найти без компаса или не знаний, где созвездие Кассиопеи.
Я впервые в Стамбуле, и всего то за 6,4 тысячи рублей. Я знала три турецких слова: тэшекюлер, тамам, мерхаба. Благодарю, хорошо, привет соответственно. И пару паролей: «Бурак Озичвит», «Кара Севда». Я была уверена, что теперь «своя в доску» на всем турецком побережье! Еще у меня была распечатанная карта со стрелочками, как добраться с аэропорта до площади Султанахмет. В метро спускаешься сразу из аэропорта вниз, на эскалаторе. Удобненько! И попадаешь на станцию с двумя путями, перед тобой заградрубеж. Касса- автомат. У меня рубли. Я все равно, что чукча в Африке. Спасли слезы, до этого все мои просьбы на английском языке игнорили. Мгновенно среагировали на оружие массового поражения полицейский, мужик в кепке и с усами как у Фрунзика Мкртчана.
Мне купили билет, посмотрев на мою распечатанные карту, на ломаном английском объяснили, что там надо еще сделать какие – то движения по ходу. Я уселась на свободное место у окна в электричке. Метро у них наземное. Следом за мной затащил огромный чемодан и плюхнулся рядом пузатый ковбой, благоухая резким сандаловым ароматом, разжигающим недовольства в массах. Над ковбоем, сидящим нога на ногу, словно в гостиной на своем ранчо, сверкая начищенными с медным отливом "роперами" нависла, страшнее грозовой тучи, бабка в абае. Грузное тело ее легло на плечи седому стиляге, который с усмешкой буркнул мне какую-то фразу на ухо, по-турецки. Я с умным видом кивнула. Бабуля на нос ковбойский положила свою походную рыночную сумку. Вы когда-нибудь видели разборку торговцев на провинциальном рынке? Ковбойская шляпа полетела по вагону, какие-то девушки в цветастых платках, размахивая активно руками, с гортанными криками, пропихивались к свободному месту. Бабка упала, я пыталась поднять этот увесистый "мешок с дынями". Дети заверещали. "Мальборо" кверху задом ползал в поисках очков на полу. Место, за которое началось это "великое сражение "пустовало. Дед "кемалист" треснул палкой молодого парня рядом. Победили Кемалист. Я предпочла выйти из вагона на ближайшей остановке, следом пнули с угрозами чемодан, шляпу, и моего соседа, покрывшегося испариной от возмущения.
Разговорились, выяснилось, что я ни хрена не разумею на турецком, он продемонстрировал свободное владение английским, немецким, итальянским. Я хлопала в ладоши, он был растроган.
– Давайте угадаю, откуда вы? Украина? Италия? Хмм? – почесал лысину, наморщился. – Я первый раз не угадал!