Химера (страница 16)
– Ох, горе нам! – ничего не слыша, причитает отец Феогност. – Горе грешным – живущим во времена, когда в мире родилось такое дитя!..
* * *
Под колёсами Лизкиной «ауди» хлюпал талый снег. По обеим сторонам трассы покачивались от ветра запорошенные высокие ели. В салоне было тепло, уютно и вкусно пахло конфетно-сладким автомобильным освежителем. Я оторвала затылок от подголовника и несколько раз в непонимании моргнула.
– Эй, птичка, дурной сон приснился? – не отводя взгляда от дороги, спросила подруга.
Сыр, читавший методичку по истории искусств, отвлёкся от текста и внимательно посмотрел на меня через зеркало заднего вида. Его жёлтые глаза блеснули по салону двумя яркими солнечными зайчиками.
– Слушайте, давайте туда не поедем! – взволновано протараторила я, дёргая Лизку за руку.
– Ты раньше определиться не могла?! – возмутилась та. – Мы уже въехали в Псковскую область, скоро будем на месте! Я встала в семь утра и три с лишним часа за рулём! Не выспалась, и всё затекло – думаешь, это легко?!.. Ну нет, я теперь из принципа не отступлюсь!
– Ника только что снова была в прошлом, – глухо пояснил Яшка. – И для феникса погрузилась очень глубоко. Расскажи нам, что ты там увидела?
– Как-нибудь в другой раз, – пробормотала я. – Это с нашей поездкой не связано.
Не связано, ага. Именно с поездкой этот сон и связан. Из-за поездки я сама не своя и за каждым кустом вижу опасность. И из-за поездки же мой телефон с отключённым звуком мигает в кармане экраном, отображая входящие звонки. За утро Чернов набрал мне, наверное, уже раз пять. Пять вызовов подряд от бенефактора – это беспрецедентный случай. Он не просто нервничает, он в бешенстве, поэтому я и не отвечаю. А что я ему скажу? Лизка всё равно не повернёт назад…
Преображенский монастырь оказался точно таким же, как в моих видениях. Высокие, угрожающе острые пики тёмных куполов царапали низкие хмурые облака. Рыже-красные кирпичные стены тяжело давили на голову. На металлических автомобильных воротах висел замок и надпись «Осторожно, злые собаки!», а чуть ниже: «Котят не приносить!».
Других машин рядом не было, и Лизка припарковалась прямо напротив входа. Хлопнули дверцы «ауди», с двух пушистых елей слева и справа от дорожки упали сугробы снега. Встревоженный громким звуком, взметнулся в небо чёрный ворон. Вдалеке залаяли псы. Судя по рокочущему басу, они здесь и правда злые.
Яшка дёрнул калитку и отчитался:
– Незаперто, – но шагнуть на территорию так и не решился.
Щёлкнув брелком, Лизка поставила машину на сигнализацию и, отстранив его, первая вошла внутрь. Но не успела она процокать на своих тонких каблучках и пары шагов, как её окликнули:
– Эй! – недовольный голос, почти такой же рычащий, как утробный лай собак. – Сестра, почему без юбки?
Подруга от неожиданности замерла на месте, но быстро нашлась:
– Холодно же, батюшка, зима на дворе! Минус десять было ночью!..
Высокий рыжебородый мужчина в длинном одеянии, очищающий дорожки от снега, придирчиво окинул нас взглядом. Яшке только махнул рукой, мол, проходи, а вот нам преградил дорогу шваброй:
– Платки-то хоть есть у вас? Головы свои беспутные прикройте!
Лизка нехотя вытащила из кармана розовую шапочку со стразами, а я нацепила капюшон. Неодобрительно цыкнув, монах отступил на шаг назад, но стоило нам пройти чуть дальше, снова нас позвал:
– Что вы здесь забыли-то, ребята? Кто такие? Кого ищете?
– Мы… – протянула Лизка, готовясь импровизировать. – Мы студенты из города. Нам задали сделать проект о каком-нибудь древнем монастыре, и мы выбрали ваш. Это нужно для зачёта по… истории искусств.
Будто в подтверждение её слов, Яшка помахал в воздухе методичкой Чернова:
– У вас ведь очень древний монастырь. И очень красивый. Когда он был построен? Наверное, ещё при царе?..
Мужчина взмахнул шваброй, счищая с кованой скамейки снег:
– Нет, не при царе. Позже. Но история у нас и вправду долгая и интересная. Монастырь однажды горел дотла, но возродился, как жар-птица, из пепла! Садитесь, сейчас я всё вам расскажу, в точности как мне самому в своё время рассказали… Но приготовьтесь много писать!
Мы переглянулись. Записывать нам было не на чем – разве что для вида можно включить диктофон. Металлическая лавочка покрыта льдом – сидеть холодно. Да и собаки надрываются так, что долгую беседу вести сложно. А лично мне и вовсе с первой секунды как я здесь оказалась, хотелось бежать без оглядки.