Виктор Молотов: Демон-Экзорцист IV

Глава 1

Моё заявление заставило архонта сильно озадачиться. Несколько секунд у него ушло на то, чтобы собраться с мыслями.

– Как вы об этом узнали? – строгим тоном спросил Тимур Алексеевич и вывел в воздухе знакомую мне магическую печать.

Он активировал её, и красные магические нити устремились к стенам кабинета. Архонт позаботился о том, чтобы нас никто не подслушал.

– Её призрак остался в доме, – прямо ответил я, глядя ему в глаза.

– Слушайте, Александр Олегович, я всё понимаю, но это не та информация, о которой я бы хотел распространяться, – мрачно ответил Тимур Алексеевич, сжимая подлокотники кресла. – Мой сын с самого детства был странным человеком. Убивал животных так же охотно, как и демонов, – хмыкнул он. – В восемнадцать лет от него забеременела служанка. Дочь родилась с дефектами, полностью немой. А несколько месяцев назад, когда мы жили в доме, в котором сейчас находитесь вы, мой сын окончательно съехал с крыши… и убил свою дочь.

Его голос дрогнул, и он отвернулся к окну. И продолжил:

– Когда я пришёл, то увидел, как он держит её окровавленное тело на руках, гладит по волосам. А взгляд… надо было видеть этот взгляд, – помотал он головой.

Не передать, сколько горечи и сожаления было в его словах.

– Что стало с матерью девочки? – поинтересовался я, чувствуя, как внутри поднимается волна ярости.

– Мы дали ей достаточно денег, чтобы она отказалась от ребёнка и больше о нас не вспоминала. Она подписала все соответствующие документы, так что мой сын считался отцом-одиночкой. И по факту девочку воспитывали няни, – вздохнул архонт. – Я любил её.

Я не спешил отвечать и принимать опрометчивые решения. Сперва нужно досконально разобраться в ситуации.

– Она сама вам рассказала? – спросил он, пристально глядя на меня. – Мне казалось, что физические дефекты сохраняются и после смерти.

– Она показала жестами, – пояснил я.

– Вы сами купили этот кулон, – догадался Тимур Алексеевич, а затем достал его из верхнего ящика стола и протянул мне обратно. – Это лишь повод, чтобы узнать, кто жил в этом доме до вас.

– Всё так, – не стал я отрицать, забирая кулон. – Где сейчас ваш сын?

– А зачем вам это знать? – нахмурился он.

– Если вы правда любили свою внучку, то вы поможете ей уйти на тот свет и закончить все эти мучения, которые она испытывает… она не в состоянии не сказать ни слова, ни уйти из этого дома, – твёрдо произнёс я.

Тимур Алексеевич откинулся на спинку кресла и крепко задумался. Перед ним стоял тяжёлый выбор: живой, но сумасшедший сын или мёртвая внучка.

– Надо найти другой способ освободить её, – проговорил Тимур Алексеевич, так и не приняв решение.

– Вы прекрасно знаете, что другого способа нет. Я уже проконсультировался по этому поводу с родом ведущих некромантов империи. Либо её обрекают на вечные страдания и привязывают к другому месту, либо свершается месть.

– Спасибо вам, – внезапно сказал архонт, глядя в пустоту.

– За что? – я нахмурился, не совсем понимая архонта.

Хотя он такой человек, что от него можно ожидать чего угодно. С ним не всегда получается с первого раза угадать реакцию.

– За то, что сказали мне. Иные пошли бы сразу убивать Андрея. Хотя я на вашем месте точно так и сделал бы, – голос архонта засквозил сталью.

– Тимур Алексеевич, вы мне не враг, и я искренне не хочу, чтобы вы таким становились. Поэтому предлагаю нам вместе разобраться с этой ситуацией, – предложил я, наклонившись вперёд.

Он вновь задумался. Это был и правда сложный выбор.

– Почему вы не хотите просто перепривязать духа? – поинтересовался Тимур Алексеевич, потирая подбородок.

– Потому что в этом нет никакой справедливости. Я не хочу продолжать страдания ребёнка, пусть даже мёртвого, – твёрдо ответил я.

Так уж меня воспитали. Я зачастую не мог пройти мимо, если видел лютую несправедливость. Мелочи меня не трогали…, а вот душа человека – это совсем не мелочь.

– Дайте мне время подумать, – попросил Тимур Алексеевич.

– Или вы хотите сказать, дать вам время спрятать сына? – прищурился я.

– Нет, я не стану его скрывать, – покачал он головой. – Слишком много я от него натерпелся. Просто мне нужно время, чтобы всё осознать и ещё раз проконсультироваться с некромантами.

Его слова показались мне искренними. Хотя я в любом случае не стал бы сразу нападать на Андрея, зная, что наживу себе врага в виде главного экзорциста столицы. Так пострадает моя основная цель, а расставлять приоритеты я тоже хорошо научился. Хотя иногда это болезненно… осознавать, что не можешь помочь всем.

– Хорошо. Но если вы попытаетесь куда-то перевести Андрея до того, как мы решим этот вопрос, я об этом узнаю, – предупредил я, стараясь сделать так, чтобы это не звучало угрозой.

– Как вы узнаете? – прищурился он.

– У всех свои секреты, – сказал я уже дежурную для себя фразу и поднялся.

Молча вышел в коридор.

Мне предстояло обустроиться в своём новом кабинете. Он был раза в два больше моего предыдущего и находился на том же этаже, где и вся верхушка ордена.

Интересно, мне заранее выделили это место, понимая, что я буду быстро продвигаться в рангах? Или магистры на самом деле обитают на верхних этажах? Хотя других табличек с именами магистров я здесь не видел. Только архимаги и один архонт.

Архонтов-экзорцистов всего пять в империи. В столице находился Тимур Алексеевич; ещё один – пожилой маг, который служил при дворе императора. Ещё один находился в Петербурге, и два других разъезжали в постоянных командировках по другим городам. Они всегда были там, где требовалась их помощь.

А вот магистров и архимагов в стране было достаточное количество. Но даже тем, кто жил в Москве, приходилось разъезжать в соседние города, потому что демоны не всегда выбирают своей целью именно столицу. Большие города опасны выбросами, массовыми появлениями демонов. Но это не значит, что твари не появляются в более мелких поселениях.

Первым делом я включил рабочий компьютер и зашёл в свой личный кабинет. Такой был у каждого члена ордена, где показывались выполненные задания и предстоящие. Здесь же можно было отправлять отчёты.

Но самое главное, что этот кабинет давал доступ к базе данных ордена, где можно было ознакомиться с делами других экзорцистов, если они не носили гриф секретности.

В отличие от других, у меня была ещё отдельная вкладка со списком пропавших людей. Ознакомившись со всем, я понял, что интерфейс кабинета никак не изменился, разве что в верхнем углу поменялось название города.

Поскольку Москва была очень густонаселённым городом, здесь работало множество экзорцистов. Нам предоставляли выбор дел по рангам. Все их надо было выполнить сегодня. Но существовал такой принцип: кто первый взял, тот и работает.

Для магистров в ассортименте было всего десять заданий. Как я понял, ещё полчаса назад их было около пятидесяти. Просто сегодня было распределение на неделю, и все самые простые уже разобрали. Остались сложные.

По регламенту я должен был выбрать минимум три в течение недели. Стоит отметить, что это были именно рядовые дела, а не срочные. Срочные передавались в папках тому экзорцисту, кто должен их выполнить.

Такая же система была и в Муромской ячейке ордена, просто там практически не было работы для магистров. А если она и появлялась, то крайне редко, либо я сам её себе и организовывал.

Здесь же у меня было целых десять вариантов на выбор, чем сегодня заняться. Проверка одержимостей… снова среди аристократов. Но эти задания не разобрали именно потому, что никто не любит общаться с другими дворянами.

– О, а вот это кое-что интересное, – подумал я, вчитываясь в описание одного из заданий.

– Нет, Сань, только не это! – взмолился Легион.

– Это, это, – ответил я, нажимая кнопку «закрепить за собой».

Зарезервировав за собой задание, я отправился в путь на своей служебной машине.

Михаил Андропович поспособствовал, чтобы её перевели из Муромского автопарка в Московский. Удивительно, но никто даже не стал задавать лишних вопросов. Как сказал глава Муромского ордена, ему просто вскоре предоставят новый автомобиль.

Хотя я помню, как он переживал насчёт проверок, что машины не окажется в автопарке ордена.

А по факту всё вышло гораздо проще. Моя ценность настолько перевешивала, что в Москве легко простили мне этот автомобиль. Но, конечно, он всё ещё не становился полностью моим.

Я направлялся на окраину города, откуда и поступил тревожный вызов.

Дорога заняла у меня почти два часа. По сравнению с Муромом, где можно было минут за двадцать добраться из центра к окраине, разница была значительная.

Интересно, сколько люди проводят здесь времени в пробках? Таким макаром я смогу убивать в два раза меньше демонов, чем в маленьком городе! И этот факт мне совсем не нравился.

Каждый день ездить по разным уголкам столицы будет довольно затратно по времени. Разве что попросить демонов выскакивать прямо на дороге!

Можно было бы так сделать, если бы не было риска для жизни других людей. А их я ни в коем случае не хотел подвергать опасности. Ведь столица известна не только самым большим скоплением аристократов, но и огромным скоплением простолюдинов.

Здесь была самая большая плотность населения во всей империи. Вторым в рейтинге был Петербург.

Машина остановилась около детского дома «Луч надежды». Какое-то странное совпадение, что в последнее время все мои проблемы становятся так или иначе связаны с детьми.

Я показал охраннику на входе свою лицензию, и он проводил меня в кабинет директора детского дома.

– Олег Викторович, к вам тут из ордена пришли, – сообщил охранник, и я зашёл в просторный кабинет.

Это был детский дом для простолюдинов, а потому никаких изысков здесь не было. И кабинет был самый обычный… причём ему давно требовался ремонт, судя по облупленной краске на стенах.

Примерно так и выглядели большинство государственных учреждений, которые не предназначались для посещения аристократией.

– Здравствуйте, ваше благородие, – поднялся директор детского дома и поприветствовал меня с явным уважением.

– Ваше благородие? – переспросил я. – Но я даже не успел представиться, – сказал я, подходя к его столу.

– Вам это не нужно, Александр Олегович. Я знаю о вас из телевизора, – слегка улыбнулся мужчина.

Олег Викторович был слегка полноват. Выглядел он лет на пятьдесят. На макушке виднелась залысина, а виски были полностью седыми.

Интересно, это дети его так довели? Обычно в этом возрасте люди выглядят получше.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – пригласил он, указывая на стул напротив своего стола.

Я присел на шатающийся стул, а Олег Викторович опустился в своё кресло.

– Вы отправили запрос в орден. Расскажите поподробнее, что у вас происходит, – сразу перешёл я к делу.

– Ах, Александр Олегович, происходит нечто странное, – вздохнул директор, складывая руки на столе. – В нашем детском доме стали пропадать дети. Мы уже вызывали полицию и имперскую безопасность, но они не нашли никаких следов. Но представитель из службы безопасности использовал некий артефакт и сказал, что на месте пропажи виден демонический след. Если оно так, то нам сможет помочь только орден. И то, если детей не забрали в другие миры, – печально произнёс Олег Викторович и склонил голову.

Было видно, что он на самом деле переживает об этих детях.

Часто показывают в фильмах, что директор детского дома – жестокий и алчный, и думает только о своей выгоде. Но в реальности всё не так. В таких местах практически нет денег. И идут сюда исключительно по собственной воле, ради помощи детям.

Если бы он хотел денег, то надо было устраиваться в дом для аристократов. И то, там очень строго следят за отношением к детям.