– Вы не представляете себе, сколько университетов и академий во всем мире борется за то, чтобы Аберфорт Генрихович хотя бы прочитал у них курс лекций, – тихо и проникновенно продолжил он, видимо, решив окончательно прояснить ситуацию. – Сам факт его официальной работы в Академии позволяет нам год за годом держаться в десятке лучших учебных заведений мира! Ну и, конечно, получать сумасшедшие гранты и субсидии на любые цели, не говоря уж о добровольных пожертвованиях родителей, желающих дать своим чадам все самое лучшее. Но в последнем нашем разговоре профессор Рейгаль заявил, что разорвет все отношения с Академией, если я снова подсуну ему в помощницы очередную "модель человека"! Я просто уже теряюсь, что ему надо…

Профессор Победоносный обреченно заглянул мне в глаза. Как будто я знаю! Но делать вид, что во всем разбираюсь, я давно научилась и в этом теле, так что проблем с понимающей и сочувственной улыбкой не возникло.

– Вижу, вы – женщина неглупая, хотя Мадлен, – тут он понизил голос, – о вас очень восторженно отзывалась. А раз так, уверен мы сможем договориться. Умоляю, продержитесь хотя бы год. А если эта договоренность останется только между нами, через полгода я удвою сумму, прописанную в вашем трудовом договоре…

Я согласно хмыкнула, подтверждая серьезность своих намерений и нашу устную договоренность. Иван Александрович расслабился, откидываясь на спинку своего кресла.

– Хорошо, что вы все объяснили, – с серьезным видом заговорила я. – Плохо, что я ничего не поняла. Может, профессору Рейгалю стоит, например, позвонить? Или каким-то другим способом обрадовать, что у него снова есть кем командовать?

Ректор, конечно, понял, что я издеваюсь, но мой тон был безупречно официален, а выражение лица – крайне сосредоточенное. Мои мысли про голубиную почту, которую тоже можно отправить звездану… звездному профессору, надежно скрывала бесстрастная маска Самого Лучшего Сотрудника.

– Позвонить ему, конечно можно, – досадливо кашлянул мой собеседник. – И даже в мессенджер написать. Только это все бесполезно. Рейгаль очень хорошо умеет игнорировать внешние факторы и обстоятельства, когда занят работой или просто не хочет, чтобы его нашли.

– Тогда что мне сейчас делать? – я сверилась со своим экземпляром договора. – Фактически, я работаю с сегодняшнего дня…

– Понятия не имею, – с усмешкой ответил Иван Александрович, нервно проводя рукой по ежику каштановых волос и поднимаясь. – Походите по Академии, у нас много корпусов. Проведите разведку боем, так сказать!.. За главными корпусами есть прекрасные спортивные залы и бассейн, если вы увлекаетесь спортом, сходите туда.

Я поняла, что встреча окончена и, попрощавшись, вышла из ректората. Коридор, в который выходили двери аудиторий, все еще оставался пустынным, так как шли занятия. Задумавшись, я неторопливо направилась налево, к центральной лестнице.

В голове кружили мысли о том, что здесь может оказаться не менее интересно, чем в моем родном капище! Сумма, причитавшаяся мне ежемесячно, в только что подписанных бумагах и так стояла вполне приличная, как и список всевозможных видов ответственности за ее разглашение. Ректор Победоносный неплохо умел защищать свои финансовые тайны.

С хранением секретов, особенно чужих, у меня проблем не возникало никогда. Верховный Друид мне благоволил как раз по этой причине – я не имела привычки тратить время на сплетни и наушничество, предпочитая заниматься тем, что мне действительно нравилось.

Сто четырнадцать лет Ирралиэнь Ард-Аррасель училась и совершенствовала свои знания. Но, попав в этот мир и в это тело десять лет назад, она быстро поняла, что здесь большая их часть бесполезна. Потому что магия не откликнулась на зов ни на следующий день, ни через год.

Фактически, мне тогда пришлось начать все сначала. Осваивать технику, знания о которой у меня сохранились, а вот навыки – увы, нет, заново узнавать тех, с кем общалась человечка, то есть женщина, в тело которой я попала, разбираться в аспектах их социальной и даже… семейной жизни.

Потому что Ирина Сергеевна Арская была замужем.

Глава 2

Спортзал Академии оказался фитнес-центром премиум-класса. Из тех, куда приходят сфотографироваться с гантелей, а за кубиками пресса идут к пластическому хирургу или просят их у местного мага Деда Мороза (который на самом деле не существует) на Новый год. Впрочем, судя по всему, Иван Александрович Победоносный настолько ценил своих сотрудников, что праздник, отмечающий смену года, у большинства моих коллег мог быть в любое время.

Я покосилась на экран телефона. Сообщение тренера с расписанной тренировкой внушало одновременно и ужас, и благоговение. Человеческое тело было куда менее выносливым и сильным, чем эльфийское, к тому же, мышечный каркас и кое-какие внутренние процессы все же отличались в пользу остроухого отражения в зеркале.

А уж фигура мне досталась идеальная. В том смысле, что стоило только зазеваться, она стремилась принять форму шара. Поэтому, переехав в этот город, я отправилась искать спортзал недалеко от квартиры раньше, чем ближайший продуктовый магазин. Смириться с Природой, подарившей Ирине Сергеевне "бедраметр", как шутила Виктория, у меня не получалось. У нее, к счастью, тоже – именно поэтому мне удалось относительно быстро освоиться в ее теле.

А вот выяснить все это, мне "посчастливилось" спустя всего полгода, когда я… не смогла застегнуть джинсы! Не потому что забыла, как это делается, а… Пресветлые лунные пятна, это же ужас и кошмар! Эльфы толстыми не бывают!

***

Я всегда говорила своим прислужникам, что мало знать, как надо, важно еще и уметь это делать. Кто ж знал, что придется свой совет себе посоветовать?

Конечно, никакая память не заменит навыки тела, кроме, может быть, тех, которые оттачивает инстинкт размножения. С остальным – от крана и уборной до замков, запирающихся на ключ, и вождения машины – пришлось разбираться заново. Как и с работой в университете, где моя предшественница больше увлекалась своими исследованиями, чем обучению студентов.

Меня несказанно порадовали ее знания в области мифологии этого мира (ха-ха, они тут уверены, что магия – это сказки!), но вот во всем, что касалось воспитания подрастающего поколения, Ирина Сергеевна была непростительно беспечна.

Раз уж тут у них принято учить всех подряд, следовало делать это более серьезно. Еще перед Посвящением в жрицы, мой Наставник внушил мне одну простую истину: "Делай хорошо, плохо оно и без тебя получится". И я взялась за дело.

Построить этот разношерстный сброд юных людишек оказалось непросто, но у меня даже старшие прислужники ходили по нитке. Не прошло и года, как за мной закрепилась слава принципиальной стервы, у которой явно проблемы с личной жизнью. Я только мысленно усмехалась – проблем у меня не было. Как и личной жизни, несмотря на наличие штампа в обязательном личном документе.

Все это время я думала о том, как мне вернуться в свой мир. В том, что это возможно в принципе, я не сомневалась. Когда схлынуло первое отчаяние, а воспоминания улеглись на нужные места, составив относительно цельную картинку, у меня появилась надежда. Кое-какие знания моей предшественницы говорили о том, что в этом мире магия раньше действительно была. Просто иссякла по каким-то причинам, а потом ее заменила техника.

Я решила начать с поисков любой информации, касающейся древних ритуалов призывов и изгнаний. Без разницы кого. Люди этого мира совершенно не разбирались в том, что знали их предки, валили все в одну кучу. Да еще и сами придумывали, кто во что горазд. За первые полгода пришлось просеять невероятное количество информационного мусора, но я, наконец, смогла понять, где нужно искать в первую очередь, а заодно продумала алгоритм проверки.

Теперь мне помогали добывать информацию знакомые и знакомые знакомых. По официальной версии я работала над докторской диссертацией, поэтому рабочий стол в однокомнатной (ужас какой!) квартире был завален распечатка и, заметками и фотографиями. Под всем этим добром угадывались очертания ноутбука (на мой взгляд, самого интересного изобретения их псевдомагов).

И все бы ничего, но забирать из больницы меня приехал муж. Само собой, не мой, а госпожи Арской! Получив доступ к воспоминаниям тела и старательно их изучив, я не смогла понять функционального назначения этого персонажа в ее жизни.

Да, красивый, сильный, здоровый самец человека, но… и все. Где-то на дне памяти женщины хранились теплые слова, приятные ощущения, а на поверхности – скука и раздражение. Лично у меня все это вызывало недоумение и брезгливость.

В своем мире я даже не целовалась ни разу ни с кем! Да и где бы, и зачем? Я же планировала стать верховной жрицей Природы!

А тут этот… сразу лапами полез под футболку… обниматься, вроде как, а на самом деле – кто его знает, чем все может закончиться! Я почувствовала, как кровь прилила к щекам и, раньше, чем успела подумать, отвесила ему хорошую затрещину!

– Ирка, ты что?! – уставился на меня излишне красивый для человека мужик, потирая щеку.

– Руки убрал! – рявкнула я, заметив на его лице смятение.

Может, я и не зря его огрела? Одернув футболку, я вручила ему сумку, привезенную Викторией, и решительно направилась к выходу. Муж, бормоча на грани слуха что-то типа "Это не то что ты подумала!" двинулся следом.

На все его попытки что-то объяснить следующие недели, я отвечала холодным молчанием. Во-первых, потому что быстро обнаружила, что у этого экземпляра в том самом мозге всего две извилины – одна "ням-ням", вторая "тык-тык". И если вполне неглупую, в общем-то, человечку (женщину, Ирралиэнь, женщину, теперь ты так называешься!) это устраивало, то мне это было совершенно не интересно. А во-вторых, я с головой погрузилась в работу и попытки освоить бытовые навыки.

Какое-то время я думала, что состоять в браке у них что-то вроде традиции, и честно пыталась ей следовать. Даже научилась готовить еду. Правда, дались мне только самые простые варианты сочетания продуктов, но вряд ли раньше было лучше, так как муж разницы не замечал.

Или упрямо делал вид. Потому что однажды вечером, когда я после работы и приготовления ужина, села изучать материалы, которые прислала одна из моих коллег, этот, как его… Денис, кажется, заявил мне, что разводится со мной. Он постоянно что-то такое говорил, но кто бы слушал!

– Ира, я ухожу…

– Хлеба купи, – пробормотала я, не отрываясь от ноутбука.

– Я совсем ухожу, – он позвенел ключами и положил их рядом с моей рукой.

– Ну, и ладно, поем без хлеба, – статья, которую я читала в этот момент, была очень увлекательной, но гораздо больше меня интересовали источники, на базе которых она была написана.

Видимо, моя эльфийская сущность как-то повлияла на человеческое тело, потому что спустя еще два-три месяца, я заметила, что снова могу не спать сутками (первое время безумно раздражала эта постоянная потребность в сне). Но была и обратная сторона – повысилась потребность в еде.

Так я узнала, что у людей бывают проблемы с лишним весом и как они их решают…

***

Шагая по залу с гантелями, я приглядывалась к посетителям этой элитарной фотозоны для звезд соцсетей. Скользнув взглядом по мускулистым красавчикам, любующимся на себя в настенные зеркала, я мысленно скривилась.

Раскачать имеющееся тело до исходных эльфийских параметров я не мечтала, но каждый раз получая список упражнений, думала о том, что-либо тренер верит в меня больше, чем я сама, либо догадывается, что со мной не все просто. В любом случае, мне остались только эти выпады, жим от груди и пресс, а силы еще есть.

Слова ректора, насчет невозможности найти подходящего помощника звезде мировой научной величины, я восприняла совершенно серьезно. Мой личный опыт работы в образовательном учреждении показал, что люди очень трепетно относятся к своему мнению, обидкам и трудовым правам. Иногда это выглядело трогательным, но чаще вызывало раздражение. Есть цель – иди к ней. Не идешь – не ной. А у меня цель была. Библиотека этой Академии. Причем, те залы, которые доступны только профессорам и докторам всяческих наук.