– Ну да. С разумной нечистью сложно, – немного подумав, начал объяснять бармосур. – Научившись говорить, мы тянемся к людям. А те не всегда достаточно прогрессивны, чтобы нормально воспринимать таких животных. Особенно в деревнях. Представь, вот ты обычный мужик-охотник, а с тобой зайцы в лесу вдруг начнут рассуждать о смысле жизни. С перепоя сразу не приходит мысль, что это не обычный заяц, а высокоинтеллектуальный. Да и не заяц вовсе, а какой-нибудь заурус длинноухий.

– Ну да, в такой ситуации скорее думаешь на белую горячку, а не на разумную нечисть, – хихикнула я.

– Ага! Но не всегда они после этого завязывают с самогоночкой, чаще пытаются «галлюцинацию» пристукнуть, – с горьковатой иронией продолжил Сурик. – И это я еще не говорю про браконьеров, которые обычную нечисть на всякие ингредиенты пускают, а разумную на черном рынке как диковинных питомцев сбывают! Так что, учитывая, что этих огнелис и так принесли сюда после нападения, вряд ли профессор выпустит их в живую природу, раз уж болтать начали.

Из-за поворота показалось аккуратное здание общежития, и я инстинктивно замедлила шаг. Потому что прямо у лестницы центрального входа стоял легкий на помине профессор Эйдан.

И вряд ли он просто во всей академии не отыскал места, куда прислониться, чтобы полистать свой блокнотик с записями. Наверняка ждал кого-то.

И судя по недавним событиям – меня ждал.

Перед внутренним взором полыхнула недавно увиденная картинка его истинного облика. Огромный змей, величественный, леденяще прекрасный и вместе с тем до мурашек страшный.

Сразу же вспомнилось, какая я мелкая и слабая на его фоне в любом из своих обликов. И вот демон знает, а не питаются ли ламиры филенами? Конечно, он анонсировал совсем другие планы, но кто его знает. Может, у них там религией предписано – не есть без бракосочетания. А потом – пожалуйста, хоть с гарниром.

Есть же условные богомолихи, которые своих кавалеров после свидания прямиком в желудок отправляют! И вообще в живой природе хоть отбавляй случаев, когда половинка нежно любимая – и так же нежно и быстро съедаемая.

А про ламиров-то я знаю ровно столько, сколько этот самый ламир мне сам соизволил рассказать! Вот и весь научный багаж.

– У вас такой вид, будто вы надеялись встретить здесь кого угодно, только не меня, – заметил он с легкой усмешкой.

– О, вам показалось. – Я поспешно состроила дипломатичную мину. – Я просто… не ожидала, что профессор будет дежурить у крыльца.

– Просто так – нет. А вот в ожидании своей будущей невесты – вполне, – спокойно поправил он.

Ы-ы-ы-ы…

– Я не соглашусь, – твердо сказала я, посмотрев прямо в зеленые глаза.

– А я буду настойчив, – в том же тоне ответили мне. – И вообще, я все же предлагаю пройтись до более уединенного места. Это недалеко, и я не займу вас надолго, буквально несколько минут. Все же тут может быть достаточно много лишних ушей, и я сейчас даже не про вашего бармосура.

Стоит? Не стоит? В голове за секунду пронеслась вся классика фильмов ужасов: доверчивая девушка идет за красавчиком – и дальше темнота, а следующим кадром показывают уже тело в лесочке. С другой стороны, стоять здесь, на виду у всего общежития, и обсуждать с профессором личные вопросы – тоже не лучшая перспектива. А уж если он и правда собирается сказать что-то важное, лучше сразу его выслушать.

В конце концов, мы в академии, а не в глухом лесу – если что, я умею кричать. Решено!

– Сурик, иди в нашу комнату, – велела я, наклонившись к бармосуру.

– Но Тася… – возмутился он, однако, увидев мой взгляд, благоразумно захлопнул пасть и рванул к крыльцу.

А я пошла за Эйданом, который подхватил прислоненную к лестнице трость и жестом указал мне направление..

Он и правда не обманул: мы прошли всего пару аллей, и вскоре между деревьями показалась небольшая беседка. Каменный постамент, несколько резных колонн, круглая крыша, увитая плющом, – место явно облюбованное студентами для свиданий. Скамейка внутри была отполирована временем и, возможно, не только временем.

Эйдан щелкнул пальцами, и по периметру беседки пробежали серебристые искры, сложившись в прозрачный купол. Он мерцал так, что сквозь него виднелись лишь размытые тени. Видимо, это и был тот самый щит от «лишних ушей», правда непонятно, почему он его еще у общаги не поставил.

Впрочем, секретарша, беседующая с деканом под пологом молчания, явно вызовет больше вопросов, чем та же секретарша, уходящая с красавчиком в темноту парка.

Тривиальненько, если так подумать!

К сути мы перешли далеко не сразу. Более того, профессор прямо издалека начал!

Даже не глядя на меня, спокойно, словно ни к кому не обращаясь заговорил:

– Знаете, мисс Касиопис… В природе редкий экземпляр, окруженный хищниками, имеет всего два пути: найти сильного покровителя… или научиться очень, очень хорошо кусаться. – Он наконец повернул ко мне голову и с усмешкой спросил. – Вы уже определились с выбором?

Какой роскошный выбор, просто мама дорогая. И почему я еще не танцую и не забрасываю благодетеля лепестками роз?!

Он же в покровители себя предлагает! Потому что, учитывая наши весовые категории, надеяться на то, что я его смогу хорошо укусить, – просто смешно. За что?! За язык разве что…

– До недавнего времени первый вариант, казался самой рабочей стратегией, профессор. Но конкретно сейчас хочется зарыться в нору и сделать вид, что меня нет.

Эйдан покачал головой и с притворной грустью сказал:

– Увы, но ваша нора уже обнаружена. И теперь вопрос лишь в том, в чьи руки вы попадете. Не кажется ли вам, что мы могли бы найти… точки соприкосновения? Вам, я полагаю, нужна защита и знания о себе. А мне нужна спутница жизни. И поверьте, я не стану торопить события, у вас будет достаточно времени для того, чтобы ко мне привыкнуть.

– Но я не хочу. Вы мне даже не нравитесь!

– Не переживайте, вы мне тоже, – совершенно буднично заверили меня в ответ.

У меня отвисла челюсть. Я ждала чего угодно – угроз, лести, манипуляций, – но только не этого искреннего, почти что дружеского безразличия.

– Это как?..

– Как мужчина, я предпочитаю немного других девушек, – улыбнувшись, ответил Эйдан. – Не в обиду… Но думаю, что я непременно адаптируюсь. Как говорится, «стерпится – слюбится».

Что, блин?..

– Я даже не знаю, что вам сказать, профессор…

– Не обязательно что либо говорить. – Мне почти ласково улыбнулись.

Он сделал шаг вперед, вдруг оказавшись на расстоянии вытянутой руки, и поправил выбившийся из-под моего чепца завиток волос. После провел кончиками пальцев по подбородку. Я отшатнулась, а ламир понимающе усмехнулся, и продолжил перейдя на уже знакомый лекторский тон:

– Видите ли, Пусинда… как вы, скорее всего, запомнили – для моего вида близость всегда заканчивается одинаково. Женщина забывает. Поцелуй стирает несколько минут, ночь – всю память обо мне. Я остаюсь в ее жизни лишь как смутное ощущение… как развеявшийся сон.

Он слегка усмехнулся, но в улыбке не было веселья, и провернул на пальце перстень-змею. Тот блеснул, отражая оранжевое пламя лампы, висевшей у входа в беседку.

– Это удобно для охоты. Но невыносимо для того, кто хочет нормальных отношений. А я хочу. Семью, дом, партнерство. – Он кивнул в мою сторону. – С вами. Потому что вы – единственная, кто меня не забыл.

Я сглотнула, не зная, что ответить.

– Поэтому я готов ждать, – продолжил профессор уже спокойнее. – Привыкать, ухаживать, доказывать, что я достоин. Не торопить. Но и отказываться не стану. Я хочу получить честный шанс.

– Вы ведь понимаете, что я… ну… могу так и не привыкнуть? – осторожно спросила я.

– Честно? Не хочу понимать. Я живу уже… достаточно долго. И хочу перестать идти в будущее в одиночестве. Потому я приложу все усилия для того, чтобы вам понравиться. У меня, конечно, раньше не стояло такой задачи – обаять женщину, обычно все само собой получалось, но думаю, что справлюсь.

– Но ведь я вам не нравлюсь! С этим-то вы что станете делать?!

– Ну… – Он пожал плечами. – Повторюсь – я привыкну. Если что, немного вас откормлю. Да и вообще, внешность – не главное!

Ага, то есть ему нравятся барышни покруглее? Впрочем, быть покруглее меня несложно, я еще не отъелась после пребывания у мага. Даже и в человеческом теле.

А может, он просто неупитанных не ест?..

– Вы меня точно сожрать не хотите? – с опаской уточнила я. – А то откармливание в этом свете звучит настораживающе.

– Я не ем разумных, – со спокойным достоинством ответили мне. – Только убиваю. Если надо.

Вот и поговорили, угу…

Эйдан смотрел на меня с той ледяной невозмутимостью, которая может быть свойственна только существу, прожившему не один век. Но трость в его руках слегка покачивалась – едва заметная мелочь, намекавшая на то, что он тоже нервничает.

Я озадаченно нахмурилась. В голове летала огромная туча мыслей, некоторые – рациональные и полезные… Но по большому счету я была шокирована и паниковала.

И мне следовало сейчас отделить зерна от плевел.

Кайшер Эйдан кажется холодным, сдержанным и очень разумным мужчиной, который, к счастью, правдиво отвечает на четко поставленные вопросы. Для начала стоит воспользоваться этим.

– Как понимаю вы не намерены оставить меня в покое?

– Правильно понимаете.

– А вы осознаете, что я бы не хотела иметь с вами никаких дел, кроме рабочих?

– Разумеется. У вас странные вопросы, милая леди. Мой интеллект явно выше среднего, потому я прекрасно это осознаю.

– Уговорить вас отказаться от вашего решения я тоже не смогу?

– Не сможете. – Он едва заметно усмехнулся.

– Но при всем этом вы готовы дать мне время на привыкание и в сроках не ограничиваете?

– Все именно так, дорогая Пусинда. Или как вас лучше называть?..

– Пока Пусинда, – покачала головой я. – Также вы обещали подсластить горькую пилюлю своей навязчивости определенными бонусами. Основное, что меня интересует, – контролируемый оборот. У меня не получилось освоить это самостоятельно.

– Я с радостью вам помогу. Это вполне вписывается в мой план сближения посредством совместного времяпровождения.

Ох ты ж моя сдержанно-официальная змеюка!

Но сейчас это в моих интересах, а потому я кивнула.

– Давайте на выходных встретимся, и вы мне все объясните. Я должна быть в звериной форме или в человеческой? Нужно ли предварительно напитаться энергией или, наоборот, быть истощенной?

– Не переживайте, вопрос вашей подзарядки я тоже смогу решить. Но выходные… это не скоро.

– Раньше не могу, – отрезала я.

– Право, взаимоотношения должны быть выгодны. А вы меня ущемляете, милейшая Пусинда…

Мы еще немного подискутировали, но все же сошлись на пятничном вечере.

После сопротивляющуюся меня проводили к общежитию и вдумчиво поцеловали руку на крыльце. Занавески в комнатах на втором этаже загадочным образом подергивались, и я с тоской осознала, что завтра разве что ленивый не станет обсуждать, что декан нечистеведов подкатывает к ректорской секретарше.

Когда в юности я мечтала, что за мной вдруг станет ухаживать самый популярный парень универа, в которого я была тогда влюблена, то и не думала, что мои фантазии сбудутся настолько оригинальным образом.

Ведь то, что Кайшер Эйдан является самым рейтинговым мужчиной Хармарской академии, точно нельзя оспорить.

Ну, до появления нового ректора это точно было так.

Сейчас… кто знает?

Глава 4, в которой рассказывается о метаморфозах и человечности

В комнату я вползла выжатая, что тот лимон. В голове гудело, в висках стучало, а ноги предательски дрожали – мы проговорили меньше десяти минут, а я чувствовала себя так, будто пробежала пять кругов по парку!

– Ну как все прошло?! – крутился вокруг встревоженный бармосур. – Чего он хотел? Что он думает? А ты чего?

– Погоди, – простонала я, снимая ботинки и падая на кровать.

Надо же, меньше десяти минут диалога, а лежать половичком хочется час минимум!