Ментальная кухня 4 (страница 9)
«Нанну» – традиционное сицилийское обращение к дедушке. Я тоже кой-чего узнал, пока время было. Всё же каждый раз обращаться к нему Джоржано ди Козимо Каннеллони – это я так с ума сойду; непривычно оно для русского человека. Называть Жорой Козимычем при других членах семьи – то ли издёвка, а то ли неудачная шутка. А так, вроде бы, вполне себе уважительно. И к самому деду, и к местным традициям.
– Дайте мне время до завтрашнего утра, – попросил я. – Назови место и жди меня там. Я прибуду на подлодке.
– Что ты придумал?
– Пока не знаю, – ответил я. – Но что-нибудь обязательно придумаю. От одного дня мало что решится и… Я очень горжусь тем, как ты встал на мою защиту, но прошу не палить из пушки по мышке. По крайней мере не сразу.
– Жора, послушай мальчика, – подключилась Зои ди Афанасси. – Поверь мне, он тебя ещё удивит.
Кроме «нанну» Лучаныч не понял ни слова из того, что мы сказали, но замер с надеждой в глазах. Марио хранил покерфейс, покорно принимая любую судьбу. Остальные после мановения руки дона вышли из кабинета.
Дед присел. Дед отчекрыжил специальной гильотиной краюшек сигары. Дед раскурился, чуть успокоился и наконец перестал попусту жечь ману, метая молнии.
– Ладно, – в конце концов сказал он. – Возможно, я действительно погорячился. Попробуй уладить всё сам, раз так хочешь…
***
Итак. Что нам дано? Незнакомая страна, незнакомые порядки, отсутствие плана и времени на подготовку, а вместо толковой команды настоящий дрим-тим: бабушка Каннеллони, безумный немец-пивовар, боцман Петя, грузинский оборотень и Рита Сидельцева.
Миссия: угнать подлодку.
Основные ресурсы: слабоумие, отвага и ментальная магия.
К слову! Источник после инцидента с артефактным шлемом просел, но просел не сильно. В данный момент я был на семнадцатом уровне развития, спокойно пользовался магией и никаких препятствий к обратному росту не наблюдал. А учитывая скорый отъезд, собирался выжать из своих способностей максимум
– Бым-бым-бы-ы-ы-ым, – бубнил я себе под нос, в одиночку гуляя по солнечным улочкам Палермо и судорожно придумывая решение.
Погулять сейчас было не лишним. На ходу мозги действительно лучше соображать начинают.
Хм-м… Самое простое, что приходило на ум – это как в старинной игре «Commandos» пройти базу ВМФ в стеллс-режиме, по пути обезвреживая охранников. Но! Скажем так… всякий раз, когда я в своих авантюрах ставил себя на место других людей и старался не причинить им вред, карма меня за это благодарила. И почему бы не взять это за традицию?
Драка в подвале «A Casa Mia» – не в счёт, ведь там я собственную жизнь спасал. А вот залезть на армейскую базу и подставить кучу солдатиков… даже Солнцев это в качестве самообороны выставить не сможет. И мало ли? Вдруг кто-то из этих солдатиков реально мечтает быть солдатиком. Строить карьеру, служить стране и всякое такое прочее. Планов себе понастроил, жизнь под эти планы подстроил, а я им всё это запорю. Мимоходом, блин, играя чужими жизнями.
Не, так не пойдёт. Одно дело из ресторана уволиться и в другой устроиться – делов на пять минут… А из одной армию в другую как бы не перейдёшь.
Думай, Вася, думай! Раз дед задумал учинить кровавую бойню, тебе надо перевернуть всё с ног на голову и планировать от обратного. Как там незабвенный Захар Палыч говорил? «Какой-то подпольный менталист причиняет людям добро». Вот именно так мне и надо действовать. Как показала практика, схема-то рабочая.
– Так, – снова пробубнил я. – Так-так-так…
И тут вдруг:
– Эй, белиссимо?! – услышал я приятный женский голосок. – Вуои дивертирни ун по?
Пускай ещё никто в жизни не называл меня «белиссимо», – гораздо чаще люди в шутку отзывались так о моих блюдах, – но мне сразу же стало понятно, что это обращаются ко мне. И… Вот это нихрена себе. Не знаю, что значит вторая часть предложения, но всё равно…
Обернувшись, я увидел молодую итальяночку. Распущенные чёрные кудрявые волосы, агрессивный макияж, здоровенные дутые серёжки, топик, мини-юбка, колготки в крупную сетку и туфли на высоком стриптизёрском каблуке. Короче… ну понятно.
Девушка провела рукой по волосам, потом спушапила груди, прислонилась к стене и эть так ножкой, типа вся из себя страсть и похоть. Потом она сказала что-то ещё, а я оглянулся по сторонам.
И как оказалось – нет. Ни в какие трущобы я не забредал. Всё та же самая застройка вокруг, и не поменялось практически ничего. Солнце светит, машины вдоль обочин крадутся, люди кругом гуляют, – причём некоторые даже с детьми. И как будто бы ничего дурного не происходит. Всё штатно; всё как надо.