Лина Мак: Сын бандита. Ломая запреты

НАЧАЛО

– Ты что здесь забыла, хорошая девочка? – из темноты коридора звучит голос, которым впору пугать непослушных детей за прогулы лекций.

– Тебя это не касается, – отвечаю я, стараясь говорить уверенно и надеясь, что меня не заметят.

– Ошибаешься, Лия, – он выходит на свет, и я понимаю, что боюсь его. – Всё, что происходит в этом клубе, касается меня напрямую.

– Ну кто бы сомневался, – огрызаюсь я, понимая, что из-за страха мой инстинкт самосохранения снова перестаёт работать как нужно. – Великий Чернобор не только в универе царь и бог, но и в ночных клубах тоже.

– Лично для тебя я стану кошмаром, Лия, – он перекатывает моё имя на языке, медленно растягивая каждую букву, и делает быстрый шаг вплотную ко мне.

Давид Чернобор – опасный, наглый, слишком красивый. Тот, кого нужно обходить десятой дорогой, но мне не повезло. Я попала в его поле зрения с первого дня в новом универе. А ведь я уезжала из своего родного города для того, чтобы спрятаться от прошлой боли, но снова попала не в ту дверь.

Глава 1

***

– Лия Астахова? – мне задаёт вопрос полная женщина средних лет, останавливаясь напротив.

– Да, – киваю я, быстро пряча мобильный в карман.

По привычке проверяла, может, кто-то напишет или вспомнит, что есть ещё такая личность, как Лия, но в ответ тишина. Хотя, может, это и к лучшему.

– Идём, – мне кивают в сторону длинного коридора. – Я покажу тебе твою комнату, но ты должна понимать, что жить ты будешь с соседкой. Радуйся, что комната на двоих. Если что-то сломаешь, испортишь или разобьёшь, придётся заплатить. Я не подпишу обходной, если комната не будет приведена в соответствующий вид.

Я слушаю молча, только иногда киваю на слова коменданта общежития и понимаю, что мне будет сложно. Но лучше так, чем снова проживать весь тот ужас, что был со мной дома.

Да и условие мне поставили такое, что оплатят обучение по профилю международной журналистики, как и поступала, но только если я больше не появлюсь дома.

– Ты всё поняла, Астахова? – вопрос прозвучал неожиданно, но я быстро кивнула, понимая, что нужно соглашаться, и будет мне счастье.

– Так, а ну-ка стоять! – приказывает комендант, а я ловлю себя на мысли, что она получает удовольствие от своей власти. – Шмыгин, ты куда намылился, да ещё и в таком виде? – вопрос раздаётся слишком грозно, и я выглядываю из-за коменданта, чтобы понять, с кем она разговаривает.

Высокий, худой парень, в очках и со светлыми волосами, который держит в руках вещи, идёт по коридору в одних боксерах.

– Галина Ивановна, я не виноват, – вздыхает этот Шмыгин. – Так получилось.

– Ты что, совсем обалдел? – совершенно не обращая на уже красного парня, начинает орать Галина Ивановна. – Я на тебя жалобу напишу в деканат, Шмыгин!

И пока парень оправдывается, я разворачиваюсь к окну, напротив которого мы остановились.

На улице сидят двое, облокотившись о капот чёрной спортивной машины, и смеются, тыкая в окно пальцами.

Ничего не меняется, как бы грустно это ни звучало. Но к первой машине подъезжает ещё одна. Почти чёрная, только с ярко выраженным вишнёвым оттенком. Будто перламутровая.

Её дверь открывается, и на улицу выходит высокий, спортивный парень с чёрными волосами и со стильной стрижкой. Белая футболка обтягивает сильное тело, а тёмные джинсы идеально сидят на бёдрах. Даже со своего расстояния я вижу в нём того самого хищника, местного царя, который управляет этим университетом.

Всё всегда одинаково. Какой бы город ни был, и кто бы в нём не жил.

Он подходит к тем парням, что сидят на капоте первой машины, и здоровается с ними за руку. Что-то спрашивает и резко разворачивается в мою сторону. Складывается впечатление, будто он меня рассматривает, хотя мозг и вопит, что смотрит он на орущую Галину Ивановну. Но только тело не согласно с мозгом.

А потом он делает ещё одно – идёт в сторону входа. Я слышу, как открывается и закрывается входная дверь. Как пожилая бабуля-вахтёр с кем-то ласково здоровается, а потом из-за угла появляется он. Тот самый, кто только что подъехал к общежитию.

– Галина Ивановна, что у вас случилось? Помощь нужна? – его голос низкий, магнетический, но вызывает абсолютно не те реакции, которые должен. Он пугает, потому что я знаю, что скрывается за таким голосом.

– Давидик, здравствуй, мой хороший, – Галина Ивановна меняется сразу же, становясь просто божьим одуванчиком. – Да вот, видишь, что творится, – указывает она пальцем на нервно дёргающегося парня. – И не признаётся, кто его раздел.

– Вы не волнуйтесь, сейчас всё решим, – спокойно заявляет этот Давидик и неожиданно переводит взгляд на меня. – А это?

– Новенькая, – машет в мою сторону Галина Ивановна, а у меня внутри поднимается злость за такое отношение. – Переводом к нам попала, на третий курс. Её проводить нужно на пятый этаж.

– Помочь? – спрашивает он совершенно спокойно, а я молюсь, чтобы комендант ответила, что нет. Нельзя же ведь!

– Ой, я буду тебе так благодарна, – Галина Ивановна прикладывает одну руку к пышной груди, а вторую, с ключом от моей комнаты, уже протягивает этому Давидику. – В пятьсот пятую ей проводи. Но сам не задерживайся. Не расстраивай Галину Ивановну, – смеясь, добавляет комендант, на что получает улыбку в ответ.

– Доставлю, – кивает Давид, а Галина Ивановна быстро разворачивается и снова начинает орать на весь коридор.

Я провожаю её взглядом и понимаю, что мне совершенно не нравится этот вариант развития дальнейших событий.

– Идём, новенькая, – раздаётся слишком близко со мной, и я на автомате делаю шаг назад.

– Не стоит подходить ко мне так близко, – отвечаю я строго. – Можно лишиться самого ценного.

Обхожу этого Давида и иду в сторону, где слышны лифты.

– Смелая, – слышу смешок в спину, но не реагирую.

Чем меньше реагируешь, тем легче быть незаметной. Мне это и нужно. Просто стать незаметной.

Я подхожу к одному из лифтов и нажимаю кнопку вызова. Мне просто нужно побыстрее избавиться от этого Давида.

– Можешь отдать ключи, я запомнила, куда идти, – разворачиваюсь к нему лицом, потому что обжигающий взгляд на моей заднице нервирует.

– Я не привык бросать дело, не закончив. Провожу тебя до комнаты, – спокойно отвечает Давид, засунув одну руку в карман, а во второй крутит ключ между пальцев.

Просто дыши, Лия. Сейчас всё закончится, и ты останешься одна. И больше никогда не увидишь этого Давида, потому что мозг уже составил картину его жизни. Он точно не живёт в общежитии, но, вероятно, на хорошем счету в универе, раз его все знают. Да и с такой тачкой общежитие не нужно.

Мы входим в лифт, и я радуюсь тому, что не одни в нём. Вот и решила пожить незаметной жизнью в большом городе, Лия!

Ещё больше радости мне придаёт то, что на пятом этаже выходят сразу несколько человек, и все они идут в разные стороны. Коридор не пустой. Но, подойдя к пятьсот пятой комнате, я разворачиваюсь, чтобы забрать ключ, и этот Давид снова оказывается слишком близко, заполняя пространство вокруг свежим ароматом дорогого парфюма.

– Так как тебя зовут, новенькая? – спрашивает он, а я не поднимаю на него взгляд.

Посмотришь в глаза – бросишь вызов. А я поняла, что выигрывать ещё не научилась.

– Неважно, – отвечаю я. – Отдай ключи, и спасибо, что проводил.

– Ключи за имя, – слышу улыбку в его голосе и начинаю злиться.

Но я не успеваю открыть рот, как за спиной открывается дверь и раздаётся звонкий девичий голос с придыханием.

– Давид, приве-е-ет, – растягивает девушка.

– Привет, Ксюш, – здоровается он в ответ, но не отходит от меня.

– Ой, а ты, наверное, Лия, моя новая соседка? – спрашивает Ксюша, а я не нахожу лучшего варианта, как развернуться к ней, улыбнутся и ответить:

– Да, привет. Будем знакомы. Спасибо, что проводил, дальше мы сами, – я быстро вхожу в комнату и закрываю дверь прямо перед носом этого Давида.

Ксюша, девушка с ярко-красными волосами и голубыми глазами, в коротких шортиках и топе, который только грудь и прикрывает, смотрит на меня ошарашено. Она переводит взгляд с меня на дверь и обратно, а я пытаюсь выровнять дыхание.

– Ты что? Ты хотя бы знаешь, кто это был? – спрашивает она шёпотом.

– Давид, – киваю я и замечаю свободную кровать, на которой уже лежит свернутый матрас.

– Да это не просто Давид. Это ДАВИД Чернобор, – с придыханием говорит она, следя за мной взглядом. – Он же звезда нашего универа, да ещё и на последнем курсе.

– Ну вот и отлично, – отвечаю я, разворачиваю свой чемодан и кладу на пол. – Вот пусть идёт и звездит где-то в другом месте, – добавляю, приседая, чтобы достать своё постельное белье

– Ты ключ забыла, Лия, – его голос за спиной раздаётся спокойно, но по спине пробегают табуны мурашек, не обещающих мне ничего хорошего.

Вот только теперь я поднимаюсь на ноги и разворачиваюсь к нему лицом, натыкаясь на тёмные глаза, в которых горит вызов.

А ведь я пообещала себе больше не ввязываться никуда.

Глава 2

***

– Давид! – звонкий голос сестрёнки звучит за дверью, а я прикрываю уши.

– Вика, отстань, – стону я, накрывая голову подушкой.

– Мама, он ещё спит! – ещё один крик, только уже в сторону коридора.

– Тебе не говорили, что в комнату к старшему брату нельзя вламываться просто так, – рычу я и бросаю подушку в эту мелкую зануду.

– Брат ты, может, и старший, а вот мозгов у тебя маловато, – довольно отвечает Вика и запрыгивает на кровать, прямо мне на ноги. – Вот окончу универ и пойду в папину компанию, буду там управлять. А ты так и останешься со своими клубами. Что вообще за мода пошла клубы открывать?

– Мамуль, забери её! – теперь пришла моя очередь кричать.

– Мамуль, забери её, – предразнивает меня Вика.

– Вот ты коза, – рычу на сестру.

– Вот ты коза, – снова передразнивает меня эта белобрысая заноза.

Хватаю сестрёнку в охапку и в два движения оборачиваю вокруг неё одеяло. Её визг разносится не только по комнате, но и за её пределами.

Вика пытается отбиваться, но всё её приёмы я знаю, сам же и учил!

– Папа! – кричит наконец-то Вика, сдаваясь. – Меня Давид обижает!

– Она врёт, – хохочу я и начинаю её щекотать.

А через несколько секунд в дверях появляется отец. Складывает руки на груди и внимательно смотрит на нас.

– Папочка, родненький! – вопит Вика сквозь смех. – Спаси меня!

– Сама, моя маленькая вреднючка, – вот теперь отец улыбается. – Ты зачем брата дразнила?

– Давид, – а вот и мамин голос врезается в наш утренний дурдом.

Вскакиваю с кровати и поднимаю руки вверх.

– Сдаюсь, – сразу говорю я.

Отец уже не сдерживается, хохочет, а вот Вика вся красная, растрёпанная пытается вылезти из-под одеяла и бросает в мою сторону убийственные взгляды.

– Сынок, она же твоя младшая сестра, – качает головой мама, появляясь за спиной папы, и обнимает его за талию.

Я не помню родителей другими, хотя чем старше становился, тем больше узнавал об их прошлом. Иногда мне кажется, что это просто чьи-то выдумки, а иногда – что правда. Но вот такие, как именно в этот момент, они всегда.

Мама просто невероятной красоты женщина. Снежная королева, как её до сих пор называют. И отец: высокий, сильный, хотя уже и лицо покрылось морщинами, и ухо, части которого нет, только добавляют страху окружающим.

– Кто-то опоздает в университет, – говорит мама. – Нужно же сегодня что-то привести?

– Да, – киваю я. – Мне нужно документы передать, чтобы они пошли дальше. Да и встреча сегодня с группой.

– Дава, – отец смотрит на меня строго. – Я надеюсь, что этот год ты закончишь без приключений.

– Па, да я же никогда, – отвечаю ему.

– Папа, он пальцы скрестил! – вопит Вика, указывая мне за спину.