Хоть для дополнительных членов экипажа в задней части были предусмотрены выдвижные из пола кресла и столики, а также два боковых иллюминатора, обеспечивающих прекрасный вид на время перелета, сам экипаж уже давно состоял лишь из одного человека. Хотя нынче – уже из двух.

Чэнь Рэн чем-то занимался в своих байсмартах – умных очках, добавивших удобства в космических и прочих монотонных и длительных путешествиях, чудаковатый спутник в черном – дремал, откинувшись в кресле. Короткая вибрация оповестила об окончании поиска; Чэнь Рэн скосил взгляд на небольшое изображение, выведенное браслетом, на котором значилась не шибко емкая информация.

Информация о человеке Эксцентричный Монах.

Имя: неизвестно.

Возраст: 27 З. Л.

Место рождения: Планета WK.

Должность: отсутствует.

Короткая справка: известен по прозвищу Эксцентричный Монах. Владелец бара О.

Негусто. Но это было и неудивительно – система его поиска была достаточно старой и чаще всего искала информацию по небольшим и преимущественно открытым источникам. Он все никак не мог скопить достаточно денег, чтобы потратиться на обновленную версию, но, впрочем, не так уж часто он ею и пользовался, чтобы целенаправленно на нее откладывать. Единственное, что привлекло его внимание – это место рождения. Такая планета действительно существовала, ничего необычного в этом не было. И любой другой не обратил бы на это внимания. Но благодаря своей бывшей работе Чэнь Рэн знал, что это не совсем та планета. Планета WK указывалась, если человек реально оттуда, но помимо того – и куда чаще – если его данные неизвестны, но уникальные генетические изменения-маркеры соотносятся с генетическим кодом жителей этой планеты. Многие преступники подобным образом редактировали свое собственное ДНК, чтобы запутывать следователей и скрывать местонахождение своих подпольных организаций – все-таки нелегальное производство тяжело поддается релокации в космосе, если возникает угроза быть раскрытым. Очень редко пойманные сдавали своих. Словом, на самом деле аббревиатура обозначала вовсе не существующую планету. Сокращение произошло от традиционного unknown, просто Who Knows звучало нагляднее.

Уже собираясь свернуть изображение, он вдруг остановился на «короткой справке». Владелец бара О. Это подтвердило, что этот странный парень, назвавший бар своим домом, действительно был его владельцем. Но что еще интереснее, это название показалось ему смутно знакомым.

«Бар О, бар О… Точно».

Поговаривали, какие-то люди создали группу сопротивления «Цзийо». Они купили множество помещений: магазины, бары, аптеки, салоны различных услуг; и назвали их одной из букв организации – среди гуманоидных рас название из одной буквы было распространенным явлением. Но какие относились именно к группе сопротивления – знали только те, кто в ней участвовал. Для идентификации таких заведений существовали различные скрытые признаки, которые были способны распознать лишь сторонники. Заведения так хорошо скрывались, что, даже будучи следователем по делам «врагов Федерации», было невозможно обнаружить логова зачинщиков. И бар О, возможно, был среди них. Хотя, конечно, это были только слухи, которые он уловил примерно год назад, когда всерьез задумался о поиске подобных организаций.

– Много нашел?

Приоткрыв глаза, спутник лениво смотрел на Чэнь Рэна. Опустив руку с браслетом, тот чистосердечно ответил:

– Не особо. Вообще почти по нулям. Даже имени нет.

Он удовлетворенно вздохнул.

– Устаревшая версия. Знаю ее. Может, однажды скоплю немного и закажу у них удаление возраста.

– Красотка, чекни инфу по имени Эксцентричный Монах.

От столь откровенной наглости у Монаха дернулась бровь, однако встречный вопрос заставил его хмыкнуть.

– Мне добавить имя в папку «чертилы»?

Чэнь Рэн чуть не подавился от смеха.

– Пока занеси в «не определился».

– Поиск по базам данных завершен. Полнота информации – 1 % от среднестатистической. Вывести результат?

– Да нет, забей… – Кстати, кое-что я все же нашел, владелец бара О.

Монах выгнул бровь.

– «Цзийо».

На бездушном лице даже промелькнула непонятная эмоция.

– И что теперь? Выдашь меня?

– Ха-ха. Нет. Вообще-то, одно время я хотел к вам присоединиться.

Монах потянулся рукой к карману и достал оттуда странную трубку. Нажав на кнопку, он закурил и выпустил дым.

– Что, даже не будешь упрашивать вступить к вам?

– Без разницы, – дым устремился к вытяжке и тут же ею поглотился. – Я больше не в нем.

– А я думал, оттуда не выпускают. Революционер однажды – революционер навсегда.

– Мне не надо никого спрашивать.

Чэнь Рэн отвел взгляд на видневшуюся вдалеке звездную туманность. «Этот самоуверенный чудик имеет двух собак, взрывную пушку, целый бар (ну, имел…), подписал «по собственному желанию» из целой нелегальной организации». Внезапная догадка пронзила его.

– Так ты лидер сопротивления?

Монах лишь бросил короткий взгляд. Это и стало ответом; Чэнь Рэн ощутил, как его пробирает слабая дрожь.

– Бывший, – протянул он после глубокой затяжки.

– То есть ты организовал сопротивление и покинул его?

Монах снова глубоко затянулся.

– Как-то так.

– А как же идеалы?

– Какие идеалы? Воровать – вот твои идеалы. А у меня был идеал – иметь уютный дом. Который ты раздолбал. Не осталось идеала, – Монах вздохнул. – Я слишком стар для этого дерьма.

– Сошедший с рельс?

– Считай так.

– И почему я тебе не верю? – Чэнь Рэн снова отвернулся к сенсорной панели и всмотрелся в темную бездну. – Кстати, совсем забыл нормально представиться. Я – Чэнь Рэн, Делец. Мне нужно слетать на DST-34-3, продать трофей. Может, и тебе что перепадет. Как идея?

– Это та, где постоянные перебои с поставками продовольствия, а ночью местные сходят с ума?

– Та самая.

Монах отвернулся и прикинулся спящим:

– Как хочешь, Делец.

Ep. 2. Улица смертников

– Могу я записаться к психиатру? У меня суицидальные мысли.

– Конечно, просто выберите свободное окно.

Взревев корректорами, космолет совершил мягкую посадку.

Вечерело. Алые лучи смещающегося к горизонту красного карлика все еще согревали, отражаясь от асфальта; в небе по разные стороны от светила застыли два небольших спутника, находящихся в приливном захвате планеты.

Сойдя с мостика, они направились в один из клубов.

– Старый модуль, конечно, но недурной – с него можно срубить немало зеленых, – пояснил Чэнь Рэн.

– Воруешь и продаешь. Это единственная причина, по которой ты считаешь себя дельцом?

Делец почесал подбородок:

– Получается, даже две.

Среди высоких зданий показалась потертая вывеска клуба. Оглянувшись вокруг, Монах заметил старую, даже скорее специально оформленную в ретростиле, будку связи и неожиданно произнес:

– Встретимся здесь. Мне надо кое-что сделать.

Подойдя, он взял трубку, напоминающую архаичную модель еще времен золотого^[3] века, и набрал на панели номер. Конечно же, это была не радиосвязь, ведь таковая не могла бы обеспечить соединение на расстояниях нынешней эпохи. Это было ответвление технологии связи, разработанной на основе пространственных кротовых нор, в конкретном случае теневая ее модификация. Пользовались ею преимущественно те, кто не желал пользоваться услугами связи, поставляемыми – и подконтрольными – Федерации и подобным ей. Не всем нравится, что их официально прослушивают; незачем кому не надо знать, кому изменяет, кто не хочет пользоваться галактическим банком в целях налоговых экономий, кто где хочет прикупить чего-то недозволенного, ну и конечно же, кто тот шпион пятой галактики, что презирает свое правительство и не признает власть священной бюрократии.

На руке с браслетом высветился секретный код, и он ввел его, взяв трубку. На другом конце «провода» послышался хриплый голос:

– Да?

– Как дела, камрад?

Собеседник кашлянул:

– Эксцентричный Монах, ты, что ли? Засранец, что с твоим баром?

«Быстро прознал».

– Мелкая неурядица.

– Он уничтожен к хренам! Куда ребятам теперь ехать? Эй, Пас, – на том конце провода послышалось шуршание. – Запиши-ка адрес.

– Вонг, не выйдет. Я совсем в другом месте.

– Как это не выйдет?

– …Я на DST-34-3. Получаю с виновного компенсацию.

– А-а, ахаха, – кашель вперемешку с хриплым смехом пронзил уши. – Ну даешь.

– Не знаешь, где здесь можно прикупить сюаньши? Вы поставляете сюда?

– Хм. Эй, Пас! Скинь мне адреса. Ага, вот… Э, хреново. Там есть одна засранная комнатка, но они за это добро принимают только в рубах. Извини, брат, это не моя сетка.

«Скверно».

Дорогая и весьма узкоспециализированная валюта, валюта использовалась на черных рынках для покупки запрещенных товаров или тех, которые чрезвычайно трудно достать. Курс обмена настолько космический, во всех смыслах этого слова, что за всю свою одежду и бар до разрушения он бы не выручил достаточно юаней для адекватного обмена. Независимая от правительства валюта принуждала теневую экономику полностью замыкаться в себе, позволяя той существовать и развиваться абсолютно обособленно. Стало быть, нужно выяснить, где их тут можно достать.

Дикий Вонг, судя по шуршанию, что-то перебирал; вокруг сновали местные зеваки, а лучи солнца мягко рассеивались, проходя через стекло, и согревая воздух в будке.

Наконец, что-то найдя, Дикий Вонг предложил:

– Есть один вариантец. Если найдешь запчастей или эмоций, то можешь продать моим знакомым прямо на месте – на пару рубов хватит. Ну, – послышался смешок. – Или стащить. Пас говорит, там Суицидальный Квартал имеется. Зуб даю, у них точно что-то да найдется.

Уже собираясь вешать трубку, Монах услышал брошенную вслед фразу:

– Не в моих интересах, но ты бы завязывал. Парень ты хороший, жаль будет, если помрешь. Сам понимаешь, клиента терять не хочется.

– За меня не переживай.

Выйдя из будки, он остановился. Солнечный свет по-прежнему стекал по дорогам, начиная уже потихоньку скрываться за горизонтом; гул людей и музыка из клуба «Сяшань» создавали атмосферу оживленности и безмятежности. Вздохнув полной грудью, он вздернул ворот кожаного пальто, забил в darksite локацию и двинулся в сторону Суицидального Квартала.

Суицидальный Квартал представлял собой широкую длинную улицу, обрамленную невысокими домами, полными распахнутых окон. В этих широких окнах светилась палитра умиротворяющих цветов – синих и зеленых. И в каждом окне стояла симпатичная девушка, предлагая различные варианты самоубийства. В зависимости от степени болезненности цвета удалялись плавным градиентом. Кто-то стоял с веревкой, кто-то предлагал ток, другие держали пушку, а пятые – таблетки. Шестые предлагали посмотреть передачу с предвыборными дебатами. Ароматы благовоний, резины и металла смешивались и постепенно заменяли друг друга. Это было место для тех, кто решил добровольно покончить с жизнью; жизнь ни к чему не обязывает – так к чему ее терпеть…

Он прошел несколько метров, прежде чем одна из прелестных работниц с высоким светлым хвостом и элегантно облегающим, подчеркивающим утонченные формы белым платьем-футляром, поманила его рукой и улыбается, приглашая войти. Девушки специально подбирались таким образом, чтобы дополнить это место для смерти теплом и комфортом.

Недолго думая, он вошел внутрь.

Его провели по спиральной лестнице вверх и сопроводили до комнаты; стены покрыты белоснежной глянцевой пленкой, три из четырех – оснащены дисплеями размерами от самого пола и до потолка с легкими непрерывными анимациями. Посередине расположилось комфортное откидное кресло, а над ним висел шлем с воткнутыми в него тонкими трубочками.

– Пожалуйста, присаживайтесь.