На этот раз Дамир снисходительно усмехнулся и предложил уточнить:

– Конкретное место можешь назвать?

– Пока нет. Аренда квартиры в процессе.

– И на какие шиши ты её арендуешь? На то, что удалось сэкономить из карманных расходов? Иван Андреевич говорил, что держит тебя в жёстких финансовых рамках. И я ему верю. Уверен, твоих накоплений надолго не хватит.

– Вообще-то, у меня есть руки, ноги и вопреки твоему невысокому обо мне мнению имеется даже голова с неплохими мозгами. Найду работу и буду себя обеспечивать.

Дамир закатил глаза.

– Я примерно представляю, какую радужную картину своей, как ты выразилась, вольной жизни себе нафантазировала. А теперь я расскажу, как всё будет на самом деле.

– Давай, мне очень интересно послушать, – заявила я, устраиваясь поудобнее и всем своим видом показывая, что готова внимать.

– Насколько знаю, сейчас ты на последнем курсе университета, скорее всего, ты его не окончишь. Работая на полставке, ты не потянешь аренду даже самой убогой крохотной квартирёнки с учётом, что тебе нужно будет кормить и одевать не только себя, но и мать. Придётся устроиться на полный день, что, конечно, отразится на учёбе. Сначала упадёт успеваемость, потом появятся хвосты и закончится отчислением. С работой тоже не всё так просто, тебя будут гнать с каждого места примерно через неделю…

– С чего это вдруг? – возмутилась я.

– С подачи твоего деда. Ты же не думала, что стоит тебе от него съехать, как он смиренно сложит на груди лапки. Нет, он продолжит давить, только уже на другом уровне. Он уволит тебя с каждой работы какую найдёшь. Чтобы тебя быстрее отчислили из университета, свяжется с ректором. Чтобы тебе негде было жить, он начнёт подкупать арендодателей, чтобы они тебя выселяли. Противостоять деду – это всё равно, что пытаться переплыть бесконечную реку против течения, сколько бы ты ни барахталась, рано или поздно выдохнешься и пойдёшь ко дну. Но тебе не обязательно через всё это проходить. Не доводи до момента, когда окажешься в отчаянном положении и будешь согласна на всё, лишь бы вернуть прежнюю жизнь. Показала характер, набила себе цену, всё хорош, самое время получить выгоду.

– Потребовать должность и акции, как сделал ты? – ехидно заметила я, хотя от озвученных перспектив мне откровенно поплохело. Хватит ли у деда жестокости, так со мной поступить? Хватит, ещё и излишек останется. В голове тут же возникла мрачная картина: ночь, пустынная улица, пронизывающий ветер, мы с мамой, промокшие, голодные и уставшие, с трудом катим за собой чемоданы и идём до вокзала, чтобы там спрятаться от дождя и переночевать.

– В твоём случае акции – перебор, да они и так тебе достанутся, ты единственная наследница Ивана Андреевича. Должность тебе тоже не грозит – не доросла ещё. Твой вариант – это деньги или недвижимость. Я бы на твоём месте потребовал и то, и другое.

– Если приду к деду и начну с него что-то требовать, он свернёт мне шею ещё до того, как успею закончить перечислять свои хотелки.

– Ошибаешься, – Градов покачал головой. – Сначала да, он откажет. Но если будешь твёрдо стоять на своём, перейдёт к торгу. Рекомендую не торговаться, сама не заметишь, как он тебя облапошит. Выдвигай ультиматум – всё или ничего.

– Даже если ты прав, и дед завалит меня разными плюшками, мне придётся расплачиваться за них, что я категорически делать не хочу. Ей-богу, лучше нищета, голод и холод, чем свадьба с тобой, – заявила я, после чего лицо Градова удивлённо вытянулось, и он спросил:

– Чем это я до такой степени плох?

Ну да, а я и забыла, Демон-принц чересчур высокого о себе мнения. Представляю, какой резонанс сейчас творится в его голове. Какая-то непривлекательная и туповатая особа отказывается от такого распрекрасного подарка, как он! Идиотка, что с неё взять.

– Да всем! – воскликнула я, но тут же вспомнила все его комплименты, брошенные в мой адрес, и дала развёрнутый ответ. – Ты неприятный, циничный, тяжёлый, постоянно всем недовольный. Каждое слово, это либо похвала самому себе, либо оскорбление ближнего. С твоей заносчивостью может соперничать лишь твоё хамство. Если ты думаешь, что твоя относительно смазливая физиономия способна компенсировать гнилой характер, то спешу огорчить. Злоба уродует кого угодно. Меня от таких самовлюблённых типов, как ты, трясёт до тошноты, до спазмов в животе…

– Знаешь, ты тоже далека от моего идеала, но ничего, я же с этим фактом смирился. И ты сделай усилие.

– Я с твоим присутствием в моей постели никогда не смерюсь. Это… фу, какая гадость! – для образности, сделала мину, будто зажевала самый кислый в мире лимон.

Градов опять смотрит на меня насмешливо и снисходительно. Где раздражение, где злость, где оскорблённый вид? Где вот это всё?!

– Анастасия, да у тебя, кажется, эротические фантазии на мой счёт. В этом смысле я и близко к тебе не подойду. Даже не мечтай, – заявил Градов и посмотрел на меня так, будто я просроченный пакет с огурцами, о существовании которых в холодильнике забыли, они протухли до желеобразной массы и завоняли. Хотя за то время пока Дамир находился у меня в комнате, я его неоднократно ловила, как он с мужским интересом поглядывает на мои ноги в коротких шортах. Показалось? Возможно. Но не факт. – Наш брак будет лишь деловым соглашением, не более. Видимость отношений, совместное проживание, и только. Без этого, к сожалению, никак не обойтись.

– Но дед и твой отец рассчитывают на потомство. Чтобы получить совместного внука и правнука. Общий наследник – гарантия того, что дело всей их жизни в конечном счёте останется в семье. Что ж ты такой весь умный и главную цель свадьбы прохлопал мимо ушей.

Градов устало протянул «М-да-а» и сокрушённо покачал головой.

– Да кого интересует, на что они там рассчитывают, – небрежно бросил Дамир. – Это их проблемы, не наши. Когда сообразят, что им не светит общий наследник, мы уже получим своё.

– То есть ты предлагаешь их кинуть?! – изумилась я.

– А что не так? – Градов вперился в меня острым, как опасное лезвие взглядом. – Это слишком низко для твоей высокоморальной натуры? Ты лучше пойдёшь побираться на улицу, чем облапошишь своего милого добренького дедулю? Он, в отличие от тебя, не страдает такой хернёй, как совесть.

– Вообще-то, нет, – резко отозвалась я. – «Облапошить добренького дедулю» – для меня не проблема. И тебе надо было именно с этого начинать. А то развёл тут демагогию на три километра. Выходить за тебя замуж мерзко в любом случае, как и жить вместе, но… если у нас будут раздельные комнаты, и дед хорошо мне заплатит за свадьбу, то, в принципе, можно и потерпеть.

Как ни крути, а Градов предлагает какой-никакой, но выход. Тот случай, когда и овцы целы, и волки накормлены. Ну ладно, овцы немного покусаны, а волки лишь чуток перекусили. Но это в любом случае лучше, чем не доучиться, из последних сил тянуть лямку и таскаться с мамой по съёмным квартирам…

– Мне надо подумать, – выдохнула я. – Оставь свой номер, как решу, позвоню. Но имей в виду, если соглашусь, мы обговорим нашу, тьфу ты, совместную жизнь до мелочей, у меня будет целый список требований и свод обязательных к выполнению правил.

– Номер скину, но такие вещи лучше не обсуждать по телефону. Встретимся завтра в восемь вечера, адрес пришлю в сообщении.

– Я сказала, что только подумаю, ещё не согласилась! – с раздражением уточнила я.

– Согласишься, – усмехнулся Дамир, ещё раз окинул взглядом мои ноги, направился к выходу и, прежде чем закрыть за собой дверь, добавил. – Ровно в восемь, не вздумай опаздывать.

Глава 5

До ухода Градова его план казался приемлемым, однако после я начала сомневаться. Вступать в сговор непонятно с кем, вернее наоборот, как раз понятно – с беспринципным человеком. Одним обещать одно, другим совершенно иное, юлить, обманывать, приспосабливаться. Ну такое себе…

Я всегда осуждала деда за жизненную позицию «с волками жить – по-волчьи выть», а теперь, когда припекло, получается готова принять его философию?

Нет, здесь есть над чем подумать. Сделка с совестью – это не дорогу в неположенном месте перебежать, с этим решением придётся жить.

Сборы пока временно приостановила, но вещи, уже сложенные в чемодан, обратно не убрала в шкаф, оставила как есть. Вдруг выберу пусть трудный, но честный путь. После отправилась в комнату мамы, нет, не за советом, за душевным теплом. Мне необходимо почувствовать, что я в этом мире не одинока и меня кто-то любит, просто так, потому что я есть.

Мама сидела за туалетным столиком перед ноутбуком и что-то до такой степени сосредоточенно смотрела в экране, что даже не услышала, как я вошла.

Я была уверена, что она бродит по какому-нибудь онлайн-магазину, но приблизившись, увидела открытую страницу сайта с объявлениями аренды квартир.

– Ну как, нашла что-нибудь подходящее? – как можно тише и спокойней спросила я, чтобы маму от неожиданности не отпружинило с кресла прямо к потолку.

– Ой-й! – видит бог, я старалась, но мама всё равно вздрогнула. – Ася, я тут изучаю рынок жилья, мир чокнулся, да? Не то чтобы за хорошую, а просто за вменяемую квартиру столько просят…

– Сколько мы с тобой никогда не потянем, – продолжила я мысль. – А чтобы заключить договор, нужно внести плату за месяц, умноженную на три. За текущий месяц, за последний и комиссия риелтору. Так что вменяемое нам не по карману, придётся переехать в самый дешёвый вариант.

По округлившимся глазам мамы понятно, она смотрела лишь фотографии с ценами, но не читала условия сделки.

– И ничего, – она вымученно улыбнулась. – Мы там уберёмся, переставим мебель, повесим свежие шторы, тут бросим плед, там накидаем подушек… наведём уют. Я уже придумала, на чём могу сэкономить. Маникюр и педикюр научусь делать сама, волосы можно покрасить дома, а не в салоне, как и проводить депиляцию. Одежды у меня достаточно, хватит на несколько лет. И вот уже накапала приличная сумма, – мама изо всех сил старалась рассуждать воодушевлённо и тянула уголки губ вверх, но её истинные чувства выдавали глаза, распахнутые от ужаса и блестевшие от подступивших слёз.

Со стороны могло казаться, что жертвы мамы смешны, и тем не менее для её это действительно жертвы. С тех пор как папы не стало, то есть долгое время, уход за собой и покупки были единственными доступными ей радостями в жизни. Всё остальное: возможность работать, общение с друзьями, путешествия и в особенности романтические отношения с мужчинами, дед постепенно и планомерно ей обрубил.

– Ты гораздо сильнее, чем кажешься, – солгала я, чтобы её приободрить и обняла. – Не хотела раньше времени тебе говорить, но, возможно, я соглашусь на свадьбу. Поэтому пока не смотри объявления, не расстраивайся.

Недавно дед поджидал меня, а теперь я поджидаю его. И тоже, как он тогда, раздражаюсь, потому как дедуля задерживается из офиса, а когда его автомобиль показался на дороге, отправила сообщение, что жду его в кабинете для разговора.

В силу солидного возраста дед передвигается медленно, но, судя по тому, как он быстро объявился в кабинете, родственник сюда бежал и, конечно, первым делом начал с крика:

– А ну, брысь с кресла, коза мелкая. Сколько раз просил не пить из моей кружки, не брать мой рожок для обуви и не сидеть в моём кресле. Давай-давай, пошла вон, на стул, на диван, куда угодно.

Повезло, что деду не нужна трость, иначе чую, он бы сейчас ею отходил меня по спине, прогоняя.

– Надеюсь, ты меня не просто так позвала, время ужина, вообще-то, – заворчал дед, усаживаясь.

– Я соглашусь на свадьбу в обмен на квартиру в новостройке и в хорошем районе плюс деньги. Серьёзные деньги, дедуля. Это достаточно веский повод отложить ужин? – храбрилась как могла, но всё равно вздрогнула, когда дед вскочил на ноги, ударил по столу кулаками и заорал: