Кукла (страница 17)

Страница 17

Скорый рассвет ознаменовался синевой, заглядывающей в окна. Ещё немного – и небосвод озарится лучами весеннего солнца. Амир лежал в гостиничной постели, прижимая к груди Николь и с ненавистью смотрел в окно, встречая светило как заклятого врага. Он не мог поверить, что когда-нибудь возненавидит солнце. Жестокий рассвет приближал момент расставания, и горячее сердце выло, словно раненый зверь, скреблось когтями в груди, раздирая душу.

Николь сладко спала спокойным сном, а он не мог закрыть глаз, чтобы не любоваться её обликом, сохраняя каждую деталь в памяти. Заметив на лице девушки первые признаки пробуждения, он поцеловал её в губы.

– Я люблю тебя, – сказал Амир и принялся целовать подбородок, скулы, щеки.

– Который час? – слегка напряжённо спросила Николь.

– Какая разница? – Амир почувствовал её недовольство и напрягся.

Николь взглянула на настенные часы и быстро села, выбираясь из утренних объятий.

– Через час прилетает самолёт из Торонто. Мне нужно быть в аэропорту, Олег отправит за мной машину, – холодно объяснила она, всем видом выражая крайнюю отстранённость.

Амир встал с кровати и резко вырвал кофту из её рук, зажимая ткань в кулаке. Его тело пробивала дрожь.

– Тебе не обязательно возвращаться к нему, – настойчиво сказал он. – Подай на развод, и нам не придётся прятаться.

– Развод? – ядовито усмехнулась Николь. – Малыш, я никогда не разведусь с мужем.

– Ты же его не любишь! А он тебя тем более! Знаешь, сколько женщин он перетрахал?

– Я знаю побольше твоего, – строго ответила Николь, натягивая капроновые чулки. – Но он мой муж, и я никогда не уйду.

– А как же мы?

– Мы? Малыш, я никогда не говорила тебе о любви. И никогда не давала надежду на что-то большее. Всё, что может быть между нами, – потрясающий секс.

– Достала с полки игрушку, поиграла и снова на полку? – зарычал Амир, раздираемый гневом.

– Малыш, ты сам всё понимаешь. Давай не будем омрачать встречу выяснениями отношений.

Амир от досады взмахнул кулаком, который вонзился в настенное зеркало. Хрупкое стекло треснуло, образовав множество лучиков.

Николь несколько секунд задумчиво смотрела на зеркало, отражающее сотню её лиц в маленьких осколках.

– Это плохая примета, – сказала она упавшим голосом.

– Да, и я скажу тебе, что она означает! – со злостью повысил голос Амир. – Не звони мне больше. Найди себе другую куклу! А я в твои игры больше не играю.

Он покинул номер первым, завёл мотоцикл и устремился прочь, съедаемый болью неразделённой любви. Амир не понимал, как можно так притворяться? Как можно так наслаждаться друг другом, а потом заявлять, что это всё несерьёзно?

Остановив байк во дворе дома, его внимание привлекло собрание жильцов у подъезда, живо обсуждающих какое-то происшествие.

– Василиса Степановна, что случилось? – спросил он, подойдя ближе.

– Ой, Амир! Горе-то какое! Полинка с четвёртого этажа, соседка твоя, ночью из окна сиганула!

Глава 25

В коридоре краевой больницы Амир встретился лицом к лицу с отцом девушки и её матерью, сидевшей на скамейке, спрятав глаза в ладонях. Амир никогда прежде не сталкивался с родительской болью. Несмотря на это, их чувства были ему понятны. Парень предполагал, что это то же самое, что и его волнения за младшую сестру. Он пожал руку соседу, выражая сочувствие. Амир полностью осознавал ответственность за жизнь Полины и испытывал чувство вины за её поступок. Если бы он не впустил её к себе, не дал надежду, она бы сейчас готовилась к экзаменам, а не лежала в реанимации с разорванными от удара о землю внутренними органами.

Это чувство съедало его изнутри, но он был уверен, что всё обойдётся. Фортуна всегда на его стороне. Она любит свободных, лёгких, смелых. Амир не раз видел подтверждение своей теории, наблюдая за игроками в казино, будь то рулетка или игровые автоматы. Если человек напрягается, анализирует, дергается, расстраивается – ему не выпадет ни цента! А когда человек весел, свободен и уверен, с лёгкостью вступает в игру, наплевав на победу, фортуна непременно выбирает именно его и отсыпает огромный приз. Из этого Амир делал умозаключение: чтобы в жизни ни происходило, нужно относиться к этому с лёгкостью и стараться не поддаваться нагнетающим мыслям.

Родители девушки, очевидно не знавшие истинной причины, по которой их дочь решила свести счёты с жизнью, поделились с Амиром своими переживаниями. Полине требовалась дорогостоящая операция, чтобы остаться живой и быстро пойти на поправку. Но таких денег у семьи не было. То, что Амир видел в глазах соседа, он видел впервые. Это было больше, чем любовь, больше, чем страдания, больше, чем страх. Мужчины, находящиеся на волоске от смерти, не так сильно боятся и страдают, как отец за свою дочь. Он молчал и даже не плакал, в отличие от супруги. Но вопли его сердца оглушали, били по нервам и выворачивали душу, разносились по всем коридорам и возвращались беззвучным эхом.

Амир без колебаний перевёл на карту соседу нужную сумму, пообещал заехать завтра, чтобы узнать, как прошла операция, и отправился домой. Он больше не мог оставаться там ни минуты.

Всю дорогу у него из головы не выходила молодая девушка, жизнь которой висела на волоске. Он пытался понять, но никак не мог оправдать её действия, ибо всегда считал, что жизнь итак слишком коротка и опасна, чтобы сводить с ней счёты. Для него жизнь была интересной игрой, поинтереснее любой компьютерной, где то и дело появлялись новые персонажи, события, ситуации, трудности. Но он всегда летел вперёд, не оглядываясь на прошлые ошибки, радуясь каждому новому дню словно выигрышу. Он любил рисковать, и каждый раз, когда жизнь заводила его в тупик, Амир с дерзкой улыбкой ломал стены в поисках выхода – и всегда находил его.

Амир задумался слишком глубоко, чтобы распознать погоню. Продолжительное время молодой парень не обращал внимания на преследующие его чёрные автомобили, занявшие все полосы и не пропуская никого. Амир опомнился только тогда, когда в боковом зеркале сложилась странная картина из одинаковых иномарок без номеров с тонированными окнами. Осознав, что это ганцы из преисподней по его душу, Амир прибавил газу и, одарив преследователей угрожающим рычанием мотора, стрелой полетел вперёд.

– Вот черт! – выругался парень, разглядев впереди дорожников, перекрывших дорогу для ремонта участка асфальта и оставивших для движения лишь одну полосу с регулировщиком. Мужчина в ярком оранжевом жилете с полосатым жезлом поочерёдно пропускал автомобили то в одну сторону, то в другую. Когда Амир приблизился на полном ходу, регулировщик поднял жезл вверх, призывая остановиться. Амир бросил взгляд назад через плечо. За ним всё ещё гнались преследователи. Решив, что успеет проскочить, он прибавил газ и смело рванул вперёд.

Ему навстречу вырулил большой грузовик. Водитель, следуя указаниям регулировщика, начал движение. Ещё секунда – и Амир резко свернул на обочину, чтобы избежать столкновения, но не справился с управлением. Мотоцикл занесло в ближайшие кусты. Амир несколько раз перекувыркнувшись в воздухе, прокатился по пыльной обочине и сильно ударился головой, потеряв сознание…

«Уху-уху», – раздавалось в дали глухого ночного леса. Любопытная сова перелетела поближе, приземлилась на ветку и стала с интересом наблюдать за тем, что происходило на земле.

– Слышь, Джокер! Давай вставай! – кричал один из головорезов, обливая лицо Амира холодной водой из бутылки. Затем нещадно пнул парня в бок, ускоряя пробуждение.

Амир медленно сел, согнув ноги в коленях, и попытался осмотреться. Из разбитой головы стекала кровь по виску и шее, впитываясь в ткань футболки. Плечи и спина дико горели от боли. Большая часть кожи осталась на обочине, по которой он прокатился после падения.

– Что надо? – собравшись с мыслями, спросил Амир, прекрасно понимая, что у него нет сил на драку. При малейшем движении справа в груди отдавалась дикая боль. Парень и без рентгена понял, что у него сломано ребро.

– Вставай! – один из бритоголовых мужиков в чёрном спортивном костюме грубо ухватил Амира за шкирку и поднял на ноги.

Второй воткнул в землю рядом с ним садовую лопату и, блеснув улыбкой в свете луны, самодовольно усмехнулся.

– Копай! – приказал третий, направив в голову Амира пистолет.

Амир беззвучно засмеялся, сплюнул кровь и, покачнувшись, уселся обратно на землю.

– Хотите завалить – стреляйте. Копать не буду, – сказал он. – Придётся вам самим потрудиться, чтобы спрятать моё тело.

– Слышь, ты чего борзый такой? – рядом на корточках присел мужик с пистолетом. – Ты не понимаешь, что тебе хана?

– Надеешься, что я стану ссаться от страха? – громче засмеялся Амир. Его грудь затряслась. Смеяться было больно, но это всё, что ему оставалось.

– Вот скажи мне, каким идиотом надо быть, чтобы трахать жену губернатора? – любопытствовал бритоголовый с пистолетом.

Амир присмотрелся к лицу и вспомнил, что неоднократно видел его, как и остальных двоих, в покерном клубе. Это верные псы охраны Олега. Парень усмехнулся и поднял взгляд вверх, чтобы в последний раз посмотреть на небо. Не было смысла гадать, где они прокололись и как Олег обо всём узнал. Не было смысла взывать о помощи. Амир никогда не верил в Бога; его покровителем всегда была удача и фортуна.

– Глянь, он ещё и смеётся! – возмутился мужик и стукнул Амиру по голове дулом пистолета. – Идиот! Ты же не только себя подставил, но и её! Боюсь представить, как Олег Николаевич будет наказывать эту шлюху!

– Как? – подал голос второй. – Таких мразей надо показательно истреблять, чтобы другим жёнам не повадно было!

В этот момент в голове Амира что-то щелкнуло. Одним резким движением он выхватил пистолет, направил его на говорившего и нажал спусковой крючок. Раздался глухой выстрел. Парень ухватился за грудь и повалился на землю. Он выстрелил ещё раз, но промахнулся. В следующую секунду тяжёлый грязный ботинок врезался ему в голову, выбивая сознание.

Глава 26

– Харе спать, на том свете выспишься! – грозный неприятный голос, сопровождаемый холодной струёй воды, падающей на лицо, заставил Амир вернуться в сознание.

Он закашлялся, разбрызгивая кровь. Оторвав ладонь от рта, разглядел капли, которые в ночи казались чёрным соевым соусом. Сломанное ребро пронзило лёгкое. Амир через боль улыбнулся этой ситуации. Он ни о чём не жалел в этой жизни, и если это его конец, он был готов принять его.

– Скоро рассвет, пора кончать с ним, – подал голос один из мордоворотов.

Ночью в лесу было холодно. Тело Амира пробивала крупная дрожь от холода и потери крови. Синий пар, выходящий изо рта, не спешил развеиваться, облаком стелился перед лицом, отражаясь в лунном свете, напоминая, что он ещё жив.

Амир встал на ноги, прижимая рукой правый бок со всей силы, чтобы сломанное ребро не сильно двигалось.

– Как насчёт последнего желания? – спросил он.

– Фильмов насмотрелся? Не будет никакого последнего желания. – К нему подошёл мужик с пистолетом и перезарядив ствол направил его в ноги Амира. – Хозяин хочет, чтобы ты страдал. Сперва прострелим колени, потом то, что между ног, а после этого закопаем. Ты будешь истекать кровью в сырой земле, пока не подохнешь.

– Интересные у вас методы… – улыбнулся Амир. Он не намеревался сдаваться, тщательно обдумывал план по захвату оружия и тянул время. – Значит, то, что говорят про свиноферму, – выдумки?

Внезапно послышался топот тяжёлой обуви и хруст сломанных веток. Трое мужчин заметно напряглись, встали в стойку и принялись всматриваться в кромешную темноту леса. Двое остальных достали стволы.