Глава 9

Ранний звонок в дверь трелью вонзился в хмельную голову. Амир тут же встал с постели и, не задумываясь, направился к двери. Парню не пришло в голову даже посмотреть в глазок, и как только металлический замок щёлкнул, из распахнувшейся двери мелькнула нога в чёрном ботинке с тяжёлой подошвой, врезавшаяся в его грудь.

Отлетев назад от сильного удара, Амир, превозмогая боль за грудиной, где ещё саднило после прошлой драки с охраной Василия Темкина, выпрямился и трезвым взглядом встретил непрошенных гостей. Ничто так не бодрит по утрам, как наезд мордоворотов. Задавать вопросы по поводу их появления в его квартире у него не было никакого желания. Амир понимал, что у многих людей в этом городе чешутся руки, чтобы накостылять Джокеру. Трое широких парней, бритоголовых, в спортивных костюмах, зашли к нему как к себе домой и рассредоточились вокруг, создавая кольцо, подобное капкану.

– Вас не учили, что сперва нужно здороваться? – усмехаясь от боли в ребрах, спросил он, стараясь дышать носом, чтобы сбитое дыхание выровнялось.

– А тебя не учили, что нельзя распускать руки? – подал голос тот, что стоял напротив. – Тебе привет от Геннадия Станиславовича.

В следующую секунду следом за словами в Амира полетел кулак, направленный в челюсть. Парень машинально ушёл от удара и заехал кулаком оппоненту в ухо. Он уже понял, с кем имеет дело и какие к нему претензии. Руслан всё-таки нажаловался отцу.

– Папенькин сынок оказался ябедой, какая досада! – изобразив искреннее огорчение, цокая языком и качая головой, Амир тут же пригнулся, уходя от выпада справа со стороны второго телохранителя.

– Ябеда или нет, это сын очень важного человека, – уточнил тот, что с раненым ухом. – Геннадий Станиславович привык наказывать тех, кто переходит дорогу его сыну.

– Переходит дорогу? – улыбнулся Амир, на мгновенье пожалев о том, что его кастет лежит в ящике у входной двери и до него не добраться. – Мы с Русланом лучшие друзья! – с нескрываемым сарказмом возразил он. – Подумаешь, немного повздорили!

Неожиданно слева ему прилетел тяжёлый удар под дых. Если бы не каменный пресс, Амир бы непременно согнулся, задыхаясь от острой боли. И всё же ему было больно, достаточно сильно, чтобы пропустить ещё пару ударов в лицо.

– Запомни, если ещё раз увидим тебя возле Руслана, разговор будет более долгим и основательным, – бросив угрозу, мордоворот развернулся, широкими шагами направился к распахнутой двери и, словно за невидимый поводок, потащил за собой двоих товарищей.

Амир сплюнул на пол кровь, наполнившую рот, и, скривившись от боли, ухватился рукой за грудь, опускаясь на корточки.

– О, Боже! Что случилось? – в дверном проёме показалась взволнованная физиономия Полины. Девушка тут же забежала в квартиру и бросилась к Амиру, желая оказать помощь. – На тебя напали? Нужно вызвать полицию! Что они хотели? – суетилась девушка, содрогая воздух своим голосом. Полина вытащила из сумки пару влажных салфеток и прижала к его губе, пытаясь остановить кровь.

– Да так, передали привет от моего друга, – усмехаясь, Амир поднялся на ноги, роняя на пол окровавленные салфетки. Несмотря на то что он улыбался, его глаза горели жаждой расплаты. В этой мести он видел новый приближающийся виток опасности, как на американских горках, когда ты боишься, но в то же время сильно желаешь, когда всё перевернётся с ног на голову.

– Тебе нужно в больницу! – беспокоилась Полина, не отходя от парня ни на шаг. – Пожалуйста, поедем сейчас? Кровь не останавливается.

– До свадьбы заживёт, – Амир втянул носом, собирая всю кровь, попавшую в носоглотку, быстро прошёл к раковине и смачно сплюнул. Повернув вентиль с холодной водой, парень хорошо умылся и приложил к лицу чистое полотенце. Затем на глазах у молодой соседки переоделся в спортивный костюм, от чего на бледном перепуганном лице девушки выступил яркий румянец. Амир просто не замечал её присутствия, как мы порой не обращаем внимание на одинокую муху, летающую по кухне. Он был полностью погружён в свои мысли, одержимый жаждой мести.

Парень прошёл к тумбочке у порога и выудил на свет сверкающий металлический кастет.

– Ты куда? Что ты собираешься делать? – ещё сильнее заволновалась соседка. – Не пущу! – девушка встала в дверном проёме, расставив руки в стороны, и непреклонным воинственным взглядом выстраивала невидимую преграду.

Амир подошёл к ней, одной рукой ухватил за талию и вынес из квартиры, осторожно поставив на ноги в подъезде. Парень быстро запер замок ключом и, перебирая ногами по ступеням, бежал вниз.

– Я с тобой! – Полина догнала его у мотоцикла во дворе и самостоятельно уселась сзади.

– Куда? – рявкнул Амир, поражаясь её слабоумной настойчивости.

– Не важно! Я с тобой! Хоть на край света! – девушка не намерена была отступать от своего желания преследовать его по пятам, надеясь предостеречь от опасности.

– Полинка, – с насмешкой, громко хохотнув, сказал Амир. – Иди уроки делай!

Ему не составило большого труда стащить хрупкую девушку с байка.

Полина, воспользовавшись моментом, когда он поставил её на землю, крепко вцепилась в ворот его мотоциклетной куртки и, не говоря ни слова, быстро поцеловала в губы.

Этот поцелуй был самым быстрым в его жизни. Не вызвавшим ни капли ответных чувств и тёплых эмоций. Схватив девушку за плечи, он резко оторвал её от себя и сильно тряхнул, желая привести в чувства.

Он так и уехал, оставив её стоять во дворе дома с перепуганным лицом и ярым румянцем.

Амир мчался на байке сломя голову, нарушая все возможные правила дорожного движения. Поцелуй Полины натолкнул на мысли о вчерашней незнакомке. Он был уверен, что забудет о ней, едва первые лучи восходящего солнца коснутся крыш многоэтажных домов. Но её запах, её горячая страсть и чувственные поцелуи никак не выходили из головы. Он пытался вспомнить, как выглядит её лицо, но в памяти всплывали лишь отдельные картинки: красивые нежные губы, утончённый подбородок, тонкая шея, завитки светлых волос… Он помнил на вкус её оргазм, но никак не мог сопоставить все картинки вместе и вспомнить, как она выглядит. Внезапно Амир вспомнил разговор со сторожем детского дома, состоявшийся на заднем дворе во время того, как они вдвоём чинили карусель для девчонок. Амиру тогда было тринадцать, и он впервые влюбился.

– Дядь Степ, как понять, что ты нравишься девушке? – спрашивал подросток со всей ответственностью, прикручивая болты и гайки.

– О, этого я тебе не скажу, дружок, – усмехался сторож. – Этого я и сам до сих пор не понял.

Амир сильно расстроился, ибо надеялся воспользоваться единением душ, занятых одним делом, и получить ценный совет от старшего товарища.

– Но я знаю, как понять, влюблён ли ты по-настоящему! – старик пригладил грязными пальцами седые усы над верхней губой и выпрямил спину, готовясь поделиться мудростью.

– Тоже мне, секрет! – высмеял его Амир задорным тоном. – Я итак знаю, что Зоя мне нравится. Она самая красивая в нашем детдоме.

– А ты закрой глаза и представь себе её лицо! – приказал сторож. – Ну, помнишь, как она выглядит?

Амир громко рассмеялся, демонстрируя глупость дяди Степы.

– Конечно, помню! Она же красивая! Такую сложно забыть.

– А вот если бы она тебе нравилась по-настоящему, если бы ты был влюблён, то ты бы ни за что не смог вспомнить, как выглядит её лицо! – с умным видом поведал старик.

– Глупости! Ты не помнишь, как выглядит твоя жена, потому что тебе синька все мозги уже съела. Пить меньше надо! – смеялся Амир над словами сторожа.

И вот, спустя много лет, парень впервые столкнулся с явлением, о котором ему пытался донести сторож дядя Степа. Как бы он ни старался напрягать память, образ незнакомки оставался размытым, не имеющим явных черт пятном. Память выдавала только запах её души и энергию характера, которым она обладает.

Амир оставил свой байк у входа в элитный фитнес-клуб и стрелой промчался мимо администратора в зал. Как он и предполагал, Руслан был занят на баттерфляе. Не сомневаясь ни минуты, Амир быстро сокращал расстояние, надевая кастет на руку в кармане мотоциклетной куртки.

– Брат, слушай, я не при делах! – завидев идущего на него Амира с разбитым лицом, Руслан сразу понял, в чём дело, и поспешил оправдаться. – Батя сам, я ему ничего не говорил…

Подойдя ближе, Амир с размаху зарядил бывшему другу в лицо, одним ударом переломав нос и выбив пару белоснежных зубов.