Впрочем, препираться смысла не было, биться в дверь и звать на помощь тоже. Может, на самом деле скажут, что хотели, и уйдут? Я вздохнул и наконец оторвался от двери, но к ним не приблизился, а прошел и уселся на подоконник.

Старик хмыкнул, оценив мой маневр, но возражать не стал.

– Полагаю, теперь мы можем поговорить? – вежливо осведомился он.

Я пожал плечами.

– Говорите. – А мысленно добавил: «Только побыстрее и уходите».

– Меня зовут Мельвидор, – представился старик в плаще со звездами, – я придворный маг королевства под названием Карадена. – А это Леонер, – он кивнул в сторону монаха, – глава Караденской церкви.

Я часто заморгал. Все-таки психи.

– Я знаю, в это нелегко поверить, – продолжал Мельвидор, – но все это правда. Карадена существует, но ты никогда о ней не слышал, потому что она находится в другом мире. В нашем королевстве случилась беда, и мы пришли сюда просить тебя о помощи.

Я окончательно растерялся. Они что, всерьез, думают, что я им поверю? Люблю, конечно, фантастику, но не до такой же степени.

– Вижу, ты нам не веришь, – вздохнул старик, – что ж, смотри… – Он повернулся в сторону, куда совсем недавно улетела моя «метательная» лампа, и вытянул руку. Прямо на глазах осколки поднялись в воздух, а потом вновь соединились вместе. На пол лампа опустилась совершенно целой.

У меня отвисла челюсть, и захотелось еще раз себя ущипнуть. Маг? Настоящий?

– Теперь ты готов нас выслушать?

– Не готов, – признался, силясь прийти в себя. – Но выслушаю точно.

Волшебник довольно кивнул и начал свой рассказ. Говорил он много и долго. О множестве миров, об их связи и связях между их обитателями.

Сначала я слушал внимательно, но потом просто потерял нить повествования, мне стало незнакомо каждое второе слово, произнесенное стариком.

– Стойте-стойте! – не выдержал я. Должен признать, мне стало так интересно, что начисто забыл о страхе. – Нельзя ли попроще, без терминов? А то смещение арогно… как их там?

– Ароноретических павеногдоссов? – услужливо подсказал маг.

– Во-во, – закивал я, – их самых. Можно без них?

Мельвидор устало воздел глаза к потолку, но согласился.

– Ладно, будет тебе попроще.

– Молодежь, – фыркнул Леонер, но я его проигнорировал, мне действительно было безумно интересно.

– Значит так, – продолжил волшебник, – если проще. Существует великое множество миров, которые в вашей литературе так любят называть параллельными. Это ошибочно. Они не параллельные, они попарные.

– То есть? – не понял я.

– Это значит, что не все миллионы миров связаны между собой. Связь существует только между каждыми двумя мирами.

– И ваш связан с этим миром? – Тут уж и дурак бы догадался.

– Именно, – кивнул Мельвидор.

– И в чем же заключается эта связь?

Маг пожевал губу.

– Как бы сказать яснее… Скажем так, ни одно событие в этом мире не проходит бесследно для нашего. И наоборот. Например, затяжные осадки здесь могут вызвать засуху у нас. Но природные явления не то, что нас в данный момент интересует. В наших мирах живут совершенно идентичные люди, двойники друг друга.

На этом он сделал паузу, будто хотел, чтобы я задал какой-то вопрос. В принципе, я бы с радостью промолчал, но если ему так хочется, то почему бы и нет?

Спросил:

– И какая же связь между людьми?

Мельвидор довольно хмыкнул, очевидно, я попал в точку.

– В этом-то все и дело. Люди связаны гораздо сильнее, чем природа. Сильные эмоции человека из одного мира могут вызвать сердечный приступ у двойника. Если один падает с крыши и ломает ногу, второй в это мгновение обязательно спотыкается на ровном месте на ту же ногу.

Картина вырисовывалась мрачная. Мне не понравилось, к чему он клонит.

– А если один умирает? – спросил я.

– Соображает пацан. – Монах впервые одобрительно посмотрел в мою сторону. – В нужную сторону мыслит.

Но волшебник никак не отреагировал на эту реплику, а ответил мне:

– Бывает по-разному: иногда внезапная смерть, иногда приступ, в редких случаях минутный дискомфорт. Все понял из того, что я сказал?

Я кивнул, хотя в голове был полный сумбур.

– Тогда теперь слушай особо внимательно, – посоветовал Леонер и снова замолчал, предоставив Мельвидору продолжать. Что тот немедленно и сделал.

– Ты, наверное, уже понял, что мы здесь из-за твоего двойника? – спросил маг.

Понял-то понял, но…

– Он умер, – ужаснулся я, – и поэтому у меня сегодня все из рук валится, да?

Мельвидор хмыкнул.

– Богатая фантазия, молодой человек, но, слава богу, ты ошибаешься, и Эридан жив.

– Эридан?

– Так зовут твоего двойника.

– И кто он? – поинтересовался я, полагая, что в этом-то и сокрыт смысл.

И не ошибся.

– Эридан – принц Карадены. Король Лергиус – двойник твоего отца. Королева Ливия была двойником твоей матери.

– Была? – испугался я.

– Она умерла при родах, – подтвердил он.

Я судорожно сглотнул. Моя мама чуть не умерла, когда я должен был появиться на свет. Если бы ей не сделали кесарево сечение, навряд ли все закончилось бы так благополучно, как закончилось.

Задумавшись о своем, я не заметил, что Мельвидор продолжает рассказ. Поняв это, немедленно стал вслушиваться в его слова, теперь уже пытаясь ни одно не пропустить мимо ушей.

– Смерть королевы очень сильно подкосила короля Лергиуса, только Эридан был его утешением. Но, несмотря на горе, король правил достойно, Карадена процветала. А потом погиб твой отец. – Он встретился со мной взглядом, чтобы убедиться, что я внимательно слушаю. – Если бы Лергиус был полностью здоров и счастлив, смерть двойника не была бы для него катастрофой. Но со дня смерти королевы он был сам не свой. И когда погиб твой отец, король Лергиус тяжело заболел и через несколько дней впал в кому. С тех пор он из нее не выходил.

Стоп-стоп, так не бывает…

– Десять лет? – ужаснулся я.

– Да. Его жизнь поддерживается магией. Он все еще считается законным королем Карадены, но фактически трон принадлежит Эридану. А так как бразды правления свалились на него слишком рано, все это время ему помогали править министры.

– Но чего же вы хотите от меня? – все еще не понимал я. Да, спору нет, интересно поговорить с волшебником из другого мира и послушать печальную историю о своем двойнике. Но они же пришли ко мне не с просветительской миссией.

– Принц Эридан пропал, – вступил в разговор монах. – И мы не можем его найти.

– Тогда откуда вы знаете, что он жив? – подловил я.

– Магия, – коротко пояснил Мельвидор.

– В таком случае, почему вы не найдете его с помощью магии?

Волшебник только развел руками.

– Хороший вопрос, молодой человек, но ничего не получается. Кроме того, о пропаже принца не должны знать посторонние люди, а потому все содержится в строжайшем секрете. Эридана нет уже три дня, но уверен, что мы сумеем отыскать его еще через несколько дней.

– Вот только нет у нас этих нескольких дней, – жестко добавил Леонер. – Завтра Большой Совет. Он собирается раз в год, на него прибывают наместники из всех провинций, входящих в состав Карадены. Принц не может пропустить Большой Совет. Если Эридана не будет, откроется его исчезновение. Тогда немедленно будет высказано предположение, что, возможно, принц уже не вернется, а король не очнется. А это повлечет за собой борьбу за трон. Если же Эридан будет на Совете, это даст нам время.

У меня ком встал в горле.

– И вы хотите, чтобы я…

– Да, – безжалостно ответил глава церкви. – Иначе Карадене конец, устойчивое положение в королевстве вернуть будет крайне сложно.

– Да вы с ума сошли! – Я даже соскочил со своего подоконника.

– Тебе трудно потерять три дня ради спасения целого королевства? – изумился Мельвидор.

Но меня не смутил.

– Не трудно, но как вы себе это представляете? У меня тут тоже есть жизнь. Завтра последний звонок, и я не могу его пропустить. И что я маме скажу? Куда это я могу уехать, да так, чтобы мне нельзя было позвонить?

– В этом вся проблема? – уточнил волшебник.

Я пожал плечами.

– Ну да.

В принципе, разве трудно три дня поиграть принца? К тому же это может отказаться чертовски интересным. Эх, если бы не последний звонок…

– Я могу сделать так, чтобы в этом мире никто не заметил твоего исчезновения, и ты вернешься в этот же самый миг, – вдруг сказал Мельвидор. – При таких условиях ты согласен помочь?

Вот это да, он и такое может? Я тут же просветлел. Мне на самом деле понравилась мысль побывать в другом мире, да так, что никто здесь не заметит моего отсутствия. Что держит меня сегодня дома? Какие у меня перспективы? Дождаться возвращения матери и продолжить ссору? Точно не лучший вариант.

Снова пожал плечами, чувствуя себя идиотом.

– Согласен… наверное…

– Уверен? – очень серьезно переспросил Мельвидор. – Дело в том, что особенность перехода в том, что переходящий должен совершенно искренне хотеть оказаться на другой стороне. Иначе он пройти не сможет.

Признаюсь, этим он меня озадачил. Откуда я знаю, искреннее мое желание или не искреннее? Мне интересно – это факт.

– Уверен? – повторил он. – У нас мало времени.

– Уверен, – выдохнул я. Но все же снова подумал: «Наверное».

– Тогда дай руку. – Мельвидор протянул свою старческую ладонь.

Мне снова сделалось не по себе. В моем доме появляются два незнакомца и зовут меня неизвестно куда…

А, к черту, решил я, сейчас или никогда – ничего ведь не теряю.

Подал руку.

Едва я коснулся мага, как перед нами появилась сияющая алым дверь.

Первым в дверной проем скользнул Леонер, затем старый волшебник втолкнул и меня. Перед глазами вспыхнул фейерверк, и все померкло.

Господи, если бы я тогда знал, во что влезаю…

Глава 2

– Он жив? – осведомился кто-то.

– Жив, конечно, – ответил другой. – Это шок. Скоро придет в себя. – Дверь хлопнула. – Андрей, – это уже ко мне. – Андр-е-ей!

Захотелось сказать, что Андрея нет – он вышел и вернется не скоро. Но, прежде чем я успел это произнести, мысль проплыла мимо, и мое сознание потянуло вслед за ней.

– Андрей! – в голосе появилась властность, и меня хорошенько встряхнули за плечи. – Немедленно прекрати! Андрей!

Что должен был прекратить, я так и не понял, но и эта мысль у меня в голове не задержалась. «Когда я сменил звук будильника?» – сонно подумалось мне, но потом я вспомнил, что звук у моих часов не меняется, и звенят они монотонным противным писком.

Осознав эту простую истину в полной мере, я открыл глаза и обнаружил, что лежу на кровати в комнате с каменными стенами.

Так, это не моя комната – факт первый. Алкоголь я вчера не употреблял – факт второй. А раз так, то совершенно не ясно, почему у меня самочувствие асфальта, по которому только что проехали катком.

– Ты как? – Надо мной склонился длиннобородый старик с тревогой на лице.

Мерлин? Господи! Только сейчас до меня дошло, почему я чувствую себя так паршиво. И мне сделалось еще и жутко.

– Ты как? – повторил Мельвидор.

– Как раздавленный помидор, – пробормотал я, неловко приподнимаясь с подушки.

– Голова не кружится?

– Вибрирует.

У волшебника на лице появилось такое недоумение, что мне стало его жаль.

– Да живой я, живой, – заверил я. – Просто состояние дурацкое. Нормально, бывало и похуже.

– Встать можешь?

– Куда ж я денусь, – вздохнул, заставляя себя подняться. – Переход всегда такой ужасный?

– Первые несколько раз, – ответил Мельвидор. – Не переживай, обратный переход будет легче.

– Надеюсь, – буркнул я, осматриваясь. Комната, в которой мы оказались, была небольшой. Стены, пол и потолок – выложенные из серого камня. Окон нет. Свет же явно сверхъестественной природы – слишком уж ровный и идеальный. – А где Братец Тук? Ну, то есть Леонер? – вовремя исправился я.