В кругу моих приятелей есть тоже довольно богатый человек, который не любит Россию, желчно и по-чёрному её поносит, радуется любой её неудаче и уж который год собирается переехать в Германию, где у него полно друганов по бизнесу. И вот как-то раз, надоев слушать его злобное нытьё, я резко заявил: – Ну и мотай в свою Германию… Что ты живёшь здесь, раз у нас всё херово?

Он засмеялся на мой эмоциональный выпад, приобнял и искренне признался: – Да кому мы там нужны? Все ниши там заняты и надо начинать с нуля. Да и честно работать я уже не могу и не умею. А начну там нечестно дела делать, уклоняться от налогов, меня ж мигом в тюрьму посадят… Уж лучше здесь…

Вот такие суки…

Так что… Наверно…, раз так подфартило, надо мне браться за это глобальное дело.

Прибор, Слава Богу, сработал. Но…, чёрт побери, в нём оказался один очень большой минус морально-психологического свойства. Я то всё-таки надеялся, размышляя, что если благополучно перенёсся в чужие мозги, значит моя сущность доминантна над сущность настоящего хозяина. То есть, я его задавливаю и могу пользоваться его знаниями или опираться на некие фундаментальные моменты его воспоминаний, на основе которых плавно и незаметно включаюсь в новую жизнь.

А тут скакнул в тело Кирилла… А там пусто. Либо его сущность в момент моего перехода полностью и мгновенно была стёрта, чтобы освободить место для меня, либо загнана в такие далёкие слои мозга… А вот это самое хреновое. Лучше бы была стёрта, а то в какой-нибудь неподходящий момент она вылезет и ещё неизвестно чем закончиться наша схватка внутри черепушки.

А так… Тело только на мгновение потеряло равновесие в момент перехода, но я не дал ему упасть. Сработал опыт военной службы, прошедшие войны, в результате мигом перехватил управление. Правда, на некоторое время меня оглушили визги, крики, всеобщий ор, а также немного растерялся, увидев своё бывшее тело, лежавшее на полу. Чёрт, какой я всё-таки старый!? Но быстро пришёл в себя, подхватил удачно подкатившеюся к ногам коробочку с прибором и вместе с перепуганными посетителями, рванул на выход из кафе. Отбежал метров десять от входа и остановился, не зная, что делать дальше, а вокруг меня захороводились впавшие в панику, по всей вероятности, мои друганы, хватавшие и теребившие меня за руки, в попытке утащить в сторону автостоянки. Но я отбился от них и те, махнув на меня рукой, исчезли с моих глаз. И, Слава Богу, теперь мог спокойно наблюдать за остальным в безопасности со стороны.

К этому времени на нескольких машинах примчались какие-то незнакомые мужики, в момент исчезнувшие внутри кафе, не исключаю, что они были из числа «пасших» меня около дома. Ещё через несколько минут подскочила одна патрульная машина, тут же следом и с воем сирены ещё одна, а дальше целая толпа машин, включая спецназ, пожарные и несколько Скорых.

Всё ясно, теперь и мне надо отсюда линять, и двинул в сторону автостоянки, где был припаркован Кирилла, а теперь мой, классный тёмно-фиолетовый джип Рендж Ровер Спорт. По пути пошарил по карманам, откуда выудил ключи от машины, права в хорошей и дорогой обложке, где внутри, в отдельном отделении, уютно лежали пара золотых банковских карточек и пять пятитысячных купюр. И довершил всё роскошество дорогой, последней марки айфон. Неплохо… А вот уже подойдя к машине и, мельком глянув через боковое стекло, разразился коротким досадливым смехом.

Готовился, готовился и думал, что готов к исполнению роли Паршикова-младшего, а оказывается совсем не готов и ничего не знаю. Вот и машина – я ведь ездил только на механике, а у него автоматика, чего на нюх даже не переношу. Блин…, и как на ней ездить вообще не имею никакого опыта. Знаю, что у Кирилла, то есть теперь у меня, есть шикарная трёхкомнатная квартира в элитном жилом комплексе… Даже номер дома знаю – А вот какая квартира? А там ведь одних подъездов целых пять штук и 28 этажей. И если копануться поглубже, оказывается, много чего не знаю.

Вот в этот момент и взяла меня полиция: – Молодой человек, были там? А ну пройдёмте с нами…, – предложено вроде бы и вежливо, но настороженные глаза говорили – «Только дёрнись, сразу мордой в асфальт и пойдёшь паровозом». Пришлось подчиниться и в кафе оказался в качестве свидетеля. Ну, а пока сидел, вдоль стены, среди таких же неудачников, ожидая очереди на опрос, догадался позвонить «папе». Так был прописан один из номеров: – Папа, я тут влип в качестве свидетеля в ментовку. Пришли кого-нибудь забрать отсюда и машину тоже… Ага…, я по этому адресу… Да нее…, я тут совсем ни причём. Мы в кафе сидели с парнями, а туда ворвался какой-то дяхан сумасшедший и открыл стрельбу… Охранников там повалял… А тут менты и свидетель…

До меня очередь дойти не успела. В кафе с шумом и гамом ворвался лысоватый, с обширным пузом дядька, размахивая красными корочками, а его пытаясь утихомирить следом за ним влетевшие полицейские. А тот, не обращая на них внимания, решительно потребовал, заорав на всё немаленькое помещение – «Кто тут старший?»

На его вопль откликнулся полицейский полковник, довольно крутого киношного вида, напористо наехавший сначала на полицейских – «Кто пропустил?», а потом на мужика дерзким встречным вопросом: – Кто вы такой? В чём проблема?

Но…, глянув в развёрнутые корочки, которые ему сунули чуть ли не в нос и, выслушав несколько тихих фраз от мужика, полковник сразу поскучнел лицом и бросил только две односложные фразы, кивнув в нашу сторону – «Забирайте!». Следующая, уже замершим рядом полицейским – «Пропустить!» и через минуту я выходил из кафе под заботливой опекой, как оказалось, семейного адвоката Юрия Юрьевича, который тут же «взял быка за рога».

– Кирилл, что тут произошло. Только честно, чтобы тебя отмазать, если ты хоть каким-то краем…

– Да…, вообще никаким…, – деланно возмутился, глядя почти честными глазами, – как обычно сидели, а тут стрельба в фойе, крики, визги и в зал вламывается сумасшедший дядька с пистолетом в руке и двинулся в нашу сторону. Стрельнул в стену и тут же упал, а мы побежали на выход, – замолчал, оглядываясь кругом, надеясь, что всё изложил убедительно. Но недаром он был семейным адвокатом в семье олигарха.

– Что-то ты врёшь, Кирилл… Не договариваешь…, – мигом уловил фальшивые нотки в моём рассказе, – мне правда нужна, а не детский лепет.

– Да правду говорю. Сами потом узнаете из ментовских отчётов. Чего вы привязались…?

Но мои возмущённые вопли не испугали ушлого адвоката и тот вновь задал вопрос: – Ты его знаешь? Или где-то пересекался?

– Да я вам говорю – не знаю его и нигде не видел… Вы на него посмотрите и сами подумайте – Что может меня связывать…, – хотел сказать «со стариком», но не повернулся у меня язык, ведь это всё-таки я там валяюсь, вернее моё тело и не такое оно уж старое, – …вот такого возрастного мужика. Да он столько денег за год не зарабатывал, сколько у меня сейчас в карманах лежит….

Адвокат или может быть правильней юрист, внимательно посмотрел на меня, хмыкнул и отстал: – Ладно…, пока достаточно. Потом поговорим, но смотри – подумай. Ты всё-таки не сам по себе, а сзади стоит твой отец и его репутация. Так что если что-то вспомнишь или всё-таки знаешь, лучше скажи мне…

Несколько последующих минут мы просто стояли и не разговаривали, а наблюдали за суматохой вокруг кафе. Если я смотрел чисто из любопытства, то Юрий Юрьевич профессионально и очень обрадовался, увидев знакомого ему мента в погонах подполковника и с облегчением передал меня двум крепеньким парням из службы безопасности отца, подъехавших на чёрном, насмерть затонированном Гелендвагене, а сам ринулся к подполковнику.

Сорок минут езды до дома родителей прошли в попытках разобраться c самим собой и настроиться на встречу с уже своими отцом и матерью и определиться с линией поведения, поняв, что если в чём-то прокололся перед опытным Юрием Юрьевичем, то уж родители, знавшие меня как облупленного, только так поймут, что c их чадо чего-то не то во. Единственно, что пришло на ум – изображать из себя до жопы потрясённым и этим тогда можно будет объяснить все нестыковки.

Ну…, а дома…, всё закрутилось и завертелось. Юрий Юрьевич, пока я ехал, узнал все подробности происшедшего у знакомого подпола, отзвонился моему отцу и доложил, что любимое чадо не причастно никаким боком и чудом избежал смерти от свихнувшегося человека, который ещё до кафе наделал кучу трупов. Но всё равно, будет держать на контроле дело.

Поэтому был удивлён, ожидая взбучки и справедливых упрёков от строгого отца за свою беспутную жизнь, но вместо этого был встречен и окружён сдержанным мужским теплом и заботой. После отца перешёл в руки зарёванной и растрёпанной в тревоге матери, где был зацелован и множество раз прижат к её роскошной груди. Быстро перекусив и под предлогом «прийти в себя», ушёл и закрылся в своей комнате.

Фуууу…, сразу рухнул на мягкий диван, облегчённо откинувшись на спинку, наконец-то оставшись один. И целых десять минут просто недвижимо сидел, без всяких мыслей, разглядывая комнату и всё что в ней, доставшееся мне в наследство. Угу…, тут наверно Кирилл просто занимался – спортивный уголок с кожаной грушей и парой достойных тренажёров. Большой и дорогой компьютерный стол, с таким же явно накрученным компом. На столе очки виртуальной реальности с прибамбасами. Несколько застеклённых шкафов и полок, забитые приятными и дорогими безделушками. Хорошая комнатка, квадратов так на 36. И ещё три двери. Ну…, раз он тут жил, две точно наверно в ванную и туалет. А вот вторая… Спальня что ли!? Может быть, сидел и дольше, но резко зазвонил мобильник, а на засветившемся экране появилось имя – Колян. Кто такой Колян – хрен его знает, но судя по фамильярности, один из ближайших друганов. Ладно, проверим.

– Кирилл, ну ты как там? Живой хоть? А то стал столбом, мы тебя попытались утащить, а ты как влип в пол… Как ты хоть сейчас?

– Да нормально… Я уже дома… Колян, меня тут предки дробят… Не до общения. Давай, потом созвонимся….

– Да…, понял, понял…. Держись! До связи…

– Ну и хорошо…, – и вообще выключил мобилу.

Живо поднялся и не просто встал с дивана, а именно резво и бодро. Всё тело переполняла энергия, живость, требующая выхода и с ходу подпрыгнув, в прыжке ловко и сильно ударил висевшую в спортивном углу кожаную грушу. Ха…, а нормально то так… Вон как ножку задрал в ударе! И снова упруго подпрыгнув, нанёс мощный удар. Нормальнооооо… Вот что значит молодость, когда в тебе играет каждая жилочка и требует действий, расхода кипящей энергии. Выплеска… Так, теперь проверим эту дверь? Хмммм… Точно…, ванная и большое зеркало. Вот оно мне и нужно. Что оно нам покажет?

Я быстренько разделся и, подхихикивая, как какая-то озабоченная девушка, покрутился перед ним, с удовольствием оглядев себя: – Что ж, паренёк мне достался неплохой, даже если не брать в расчёт богатенького папу, успехом у женщин явно пользовался. Мордаха симпатичная, чисто русская и занятия в фитнесе тоже зря не прошли. От то…, то…, то… Тихо.., тихо…, тихо… Только о бабах подумал и пошёл он… Тихо. Успеем. – Я негромко рассмеялся, вспомнив стриптизёрш в кафе, – если в этом теле задержусь, обязательно ту, средненькую, попытаюсь закадрить…