А я небрежно кинул ему ключи: – Если машина мешает, так – на…, поставь её сам на стоянку. – Охранник неловко словил их и продолжил пятиться назад. А молодёжь, прихлынувшая к нам в ожидание наказания автомобильного нахала, тут же попятилась назад, давя друг друга. Уронила тощей задницей, коротко взвизгнувшую девку на брусчатку, и молча остановилась, испуганно ожидая кровавой развязки.

Мне только и оставалось развернуться и пойти на второго охранника, который оказался гораздо разумнее. Увидев в моей руке оружие, он молча посторонился и открыл входную дверь, только негромко попросил: – Давайте без стрельбы….

– Да я и не собираюсь. Так…, побазарю кое с кем и всё. Через две минуты можете заходить.

Видать служба у них была налажена. Да и видеокамера на входе была не лишней. В просторное фойе под мрамор, со второго этажа, по широкой винтовой лестнице, сбегали ещё двое. Мой пистолет на экране они наверно не разглядели, поэтому кроме резиновых дубинок у них руках больше ничего не было.

– Стоять! – Громко крикнул и направил на них пистолет. Парни по инерции пробежали ещё ступенек пять и остановились в самом низу лестницы, сверля меня напряжёнными взглядами.

– Парни! Я сюда пришёл не стрелять, а только кое с кем перетереть свои дела. Обещаю. А если вы будете мешать, стрельба точно будет и кто-нибудь тогда очень пострадает. И вы в этом будете виноваты.

А в ответ – тишина. Вернее, напряжённое молчание, рысканье глазами по фойе в поисках решения – Как всё-таки заломать опасного наглеца? Чуть повернувшись боком к направлению движения, чтобы одновременно видеть и контролировать охранников на лестнице, вход с улицы, где тоже виднелись пришедшая в себя пара амбалов. Из-за спин которых выглядывали головы молодёжи просто жаждущих увидеть кровавые разборки наяву и завтра взахлёб рассказывать об этом таким же придуркам, как и они сами. Ещё несколько дверей, выходящих в фойе и потихоньку двинулся к двухстворчатым дверям, открывающихся в зал.

– Не надо…, – пришлось громко рявкнуть и вновь вскинуть, было опущенную руку с пистолетом, и направил его на охранников, которые сошли с лестницы и медленно двинулись за мной, – парни, я буду стрелять на поражение. Не ходите за мной и всё будет в порядке….

Но сегодня всё шло наперекосяк. Всю операция задумал провести тихо и финал в кафе тоже запланирован тихим, где в остатке у посетителей останется лишь недоумённое воспоминание о странном происшествие. То есть: я прихожу в кафе и если там находится нужный мне человек, то выжидаю удобный момент и делаю дело. Если его нет, то сажусь за столик и жду, когда он придёт и опять жду удобного момента. Если он сегодня не придёт, спокойно ухожу и переношу всё на следующий вечер. А тут…, только двинул к дверям, как двери распахнулись и прямо мне на пистолет вылетели две растрёпанные и под хорошим шафе девицы. Вылетели, наткнулись и замерли на несколько секунд, уставившись на пистолет…. А потом громко и отчаянно завизжали, даже слегка присев в диком испуге, заставив нас всех замереть на своих местах. Когда воздух в их лёгких закончился, девицы глубоко вздохнули и, выдав новую порцию визга, ломанулись обратно в зал, что наверно послужило неким сигналом для охранников. А может быть, они увидели мимолётную мою растерянность и решили воспользоваться удачным моментом.

По всем меркам фойе кафе было большим и при других обстоятельствах, тут могли спокойно располагаться несколько больших компаний, ничуть не мешая друг другу. Но в условиях схватки, когда либо ты их, либо они тебя, все преимущества большого пространства фойе терялись и счёт на принятие решения, да и ответных действий шёл уже на миллисекунды.

Я, даже не задумываясь и действуя чисто на рефлексах, открыл огонь навстречу ринувшихся на меня охранников. Что там для тренированного человека два выстрела!? Полторы секунды оглушительного грохота. И через эти секунды, два тела, в разных позах, к сожалению, в неестественных, лежало на холодном мраморном полу, а грохот выстрелов сменил дикий ор и визги обрушившийся на меня со всех сторон. Как от входной группы, откуда, роняя и топча друг друга, разбегалась любопытствующая молодёжь, так и из зала, сначала всполошённого визгом ворвавшихся туда девиц, а затем выстрелами и криками ужаса из фойе.

Повернувшись, толкнул дверь и вошёл в зал, только сейчас подумав – А если клиент не пришёл? А времени у меня ведь нету? Минут через пять-семь кафе будет оцеплено ментами и запасного варианта у меня нет. Но было поздно что-либо переигрывать. Придётся действовать по наитию, только меняя цель.

В зале пока паники не было, все застыли на своих местах, удивлённо повернув головы ко входу. Лишь давешние девицы, отбежав к барной стойке, продолжали повизгивать в пол силы. На мгновение остановился, окинув взглядом обращённые ко мне лица и с удовлетворением отметил – Клиент здесь. Сидит в обычной своей компании поддатых девчонок и парней. Под аккомпанемент испуганного повизгивания, двинулся через зал в сторону нужного мне человека, который тоже смотрел на меня пока без испуга и с любопытством. Все, кто сидел или находился на траектории моего целеустремлённого движения, прекрасно видели пистолет в моей руке и благоразумно вставали или поспешно отодвигались в сторону, освобождая путь. Несмотря на опасную ситуацию, когда в алкогольном приступе героизма кто-то из молодых людей мог на меня кинуться, я с удовольствием поглядел на эстраду, где застыли у своих шестов стриптизёрши. Все три как на подбор в моём вкусе.

– Чёрт побери! Хороши. Ничего девочки, скоро я с вами повеселюсь…, – и снова обратил взгляд на свою цель, а по мере того, как приближался к нему, любопытство в его глазах сменилось беспокойством, а потом испуганным пониманием – Это идут за ним! Это он, является целью, этого неизвестного ему человека с пистолетом в руках, который он стал подымать….

Пока приближался, левой рукой достал из кармана небольшую картонную коробочку, где прятался аппарат. И когда до цели оставалось пять метров, дистанция уверенного действия прибора, выстрелил из пистолета в ближайший настенный светильник, сломав тем самым обстановку в зале и, воспользовавшись шумом и криком, мигом возникшим после выстрела, нажал кнопку сквозь тонкую стенку коробки, незаметно уронил её на пол и лёгким толчком ноги толкнул к клиенту, но несколько в сторону, чтобы потом в панике её не растоптали.

– Всё!!! Теперь хоть вся полиция города оцепляет кафе, врывается, арестовывает, вяжет руки… Уже ничего не повернуть вспять. Пять секунд, пока нагреваются внутренности прибора…. И я пошёл…. Всёёёёё….

За два месяца до происшедшего

По случаю прохождения редкого, но ярко-густого метеорного потока, широко разрекламированного телевидением, уличное освещение в коттеджном посёлке было выключено, а все жители, вывалив из домов на участки, с удовольствием глазели в небо на звёздное шоу, через телескопы и другую сильную оптику. Так как сегодня была ещё и пятница, канун выходного, то и народ вдобавок активно и весело усугублял, встречая восторженно-пьяными воплями наиболее яркие и стремительные росчерки падения звёздных пришельцев. Поэтому, никто не обратил внимания на две тёмного цвета иномарки, тихо проезжавшие по улицам посёлка к его окраине. Это были два внедорожника, где в следовавшем сзади находилась охрана, а впередиидущей ехало двое. На пассажирском сиденье молча сидел один из самых богатых и влиятельных людей региона Мостовиков Андрей Иванович, а за рулём его первый и ближайший помощник Михайлов Юрий Петрович.

Первым нарушил молчание Михайлов, мимолётно глянув на мрачного шефа: – Может вам не надо ехать!? Там ведь не на что смотреть… Окровавленный кусок мяса, кричащий от боли….

Мостовиков, очнувшись от своих нелёгких размышлений, резко изменил позу и вплотную придвинулся к лобовому стеклу, как будто хотел что-то более лучше разглядеть на асфальте в свете ярких фар и, тяжело вздохнув, потянувшись всем своим крупным телом, откинулся обратно на спинку сиденья: – Юра…, надо. Надо…, надо. Столько денег, сил и нервов вбито в этот проект и когда до его окончания осталось чуть-чуть, из-за одного человека всё идёт коту под хвост. Поэтому хочу напоследок взглянуть ему в глаза.

Андрей Иванович замолчал, бездумно глядя на дорогу, бегущую под ярким светом светодиодов под колёса, потом повернул голову и спросил: – Что-нибудь новое появилось? А то эта командировка в Москву была полностью загружена деловой суетой до предела.

Михайлов резко крутанул рулём и тихо чертыхнулся, объезжая глубокую выбоину в асфальтовом покрытие, после чего стал докладывать: – Информации новой много и одновременно мало. Главное установили всех фигурантов. Их трое. Женщина 55 лет, военный пенсионер 64 года и молодой человек, лет 25-27. Вот он то и главный подозреваемый. Приехал на машине, прошёл в нужное место пешком. Быстро вернулся и уехал. Кто он и откуда – пока не знаем. Опросили всех охранников, двух небольших тамошних предприятий и они все в один голос заявили – видели его только один раз и именно в то время, что нас интересует. Ни номера машины, ни марки сказать не могли. Только что оранжевая, но хоть цвет редкий. А так этот молодой человек, вернее его появление там, здорово настораживает. Мы подключили своих людей с полиции и те обещали в течение недели найти его. Или…, по крайней мере, дать нам ниточку – где и в каком направление его искать.

– Юра, заинтересуй их, чтоб лучше копали.

– Это сделано, Андрей Иванович….

– Хорошо. А что с остальными – женщиной и пенсионером?

– Ну, тут всё просто. Они каждый день, вернее утро, в одно и тоже время маячат там. Баба идёт на работу, работает в типографии. Обычная, забитая жизнью работяга, такой же у неё муж сварщик. Есть дочь, расплывшееся молодая дура, сын, такой же как и отец – никакого будущего и муж дочери. Лежит полностью под женой. Короче, подкаблучник. И если бы у неё был контакт с нашим умирающим профессором, она бы тут же всем об этом растрезвонила. Но ведь мы там всё сразу зачистили, тело убрали и никто и ничего не знает вообще о смерти Шинкарёва.

– Хорошо. А что с этим пенсионером?

– Тут тоже пока всё чисто. Он каждое утро гоняет там на велосипеде и пока ничего не говорит, что он что-то знает о происшедшем. Как гонял там каждое утро, так и на следующее в тоже время поехал, так и до сих пор. Если что-то знал или имел контакт, наверняка прокололся бы. Но всё равно, мы продолжаем копать и по бабе, и по пенсионеру. Самый главный пока – молодой парень и всё говорит, что он и есть контактёр. Что именно туда и рвался профессор. То, что он с лаборатории вырвался с прибором – это однозначно и при нём, когда нашли мёртвым, прибора не было. С другой стороны, даже после жёсткого прессинга, ни охрана лаборатории, ни Олег Кириллович в один голос заявляют, что ни утечек, ни протечек оттуда не было. Но факт есть факт. Убиты трое лаборантов, охранник и убил именно профессор, вырвался на волю с прибором и видать шёл с кем-то на встречу. Как раз наверно с этим парнем, который должен был куда-то его отвезти и спрятать.

– Херово…, – с досадой констатировал Мостовиков и последующие несколько минут езды прошли в молчание.

Коротко бибикнув у массивных ворот, за которым скрывалась обширная территория с темнеющим на ней большим коттеджем. Ворота едва заметно дрогнули и тяжело пошли в сторону, впуская машины во внутрь огороженного пространства. Пока становились на стоянку, из дома выскочил старший и доложил об обстановке. После чего повёл начальство вокруг дома, подсвечивая дорожку фонариком, ко входу в подвал, около которого маячила фигура часового с помповым ружьём в руках. Тот, узнав своих, молча посторонился, загремели ключи в замке и массивная металлическая дверь легко и мягко открылась во внутрь полуосвещённого коридора.