– Иди уже, – изо всех сил стараюсь сделать невозмутимое лицо и хоть немного выпрямить спину. – Я сама дальше.

– Не, такое шоу я пропустить не могу.

Арс смеется громче и, прилипнув спиной к забору, складывает руки на груди.

Сцепив зубы, набираюсь решимости перекинуть ногу, но все попытки остаются только в моих фантазиях.

Мейхер тем временем запрокидывает голову и внимательно за мной наблюдает.

– Ты боишься высоты? – спрашивает уже серьезней и будто начинает рассматривать меня детальней.

– С чего ты взял? – хихикаю. – Нет, конечно. Я боюсь упасть.

– М-м-м.

– Так и будешь тут стоять и пялиться на меня?

– А почему нет? – Арс пожимает плечами. – Весело же.

– Знаешь что?!

– Что? – как-то недобро ухмыляется.

– Ты просто, просто… Что ты делаешь? – моргаю, потому что только сейчас замечаю, что он оттолкнулся от забора и встал так, будто хочет сдернуть меня вниз.

– Ничего, – улыбается, а сам фиксирует мою лодыжку.

– Даже не думай. Не смей! Мейхер! Убери руки, убери… – зажмуриваюсь и визжу на всю улицу.

– Пальцы разожми.

– Не буду, – шумно выдыхаю, пытаясь отогнать испуг. Сердце в это время, как птица, в клетке долбится.

– Майя, – он снова смеется. – А говорила, ничего не боишься.

– Я так не говорила!

Мейхер сильнее тянет меня вниз, и мне приходится отцепиться от забора. Чувствую, как переваливаюсь в сторону, где стоит Арс, а когда оказываюсь внизу, понимаю, что он меня держит. Крепко прижал к груди спиной.

Приоткрываю один глаз и, распрямив колени, касаюсь ступнями земли и вдруг остро чувствую, как его пальцы впиваются мне в ребра прямо под грудью.

Затянувшееся мгновение, в которое над головой будто тучи сгущаются, обостряет все органы чувств до предела.

Смутившись, делаю широкий шаг вперед. Мейхер убирает руки. Оба расходимся подальше друг от друга. Резко и без оглядки. Как само собой разумеющееся. Произошедшее явно не вписывается ни в мою, ни в его картину мира.

Растираю шею, поправляю волосы, юбку, пиджак, даже туфлю снимаю и надеваю заново, и все лишь для того, чтобы сделать вид колоссальной занятости собой и полного безразличия к произошедшему. Впрочем, ничего критичного же не случилось. Правда?

Просто случайность. Будоражащая, что неожиданно, но случайность.

– Я у школы. Да. Жду.

Заторможенно смотрю на Арса, который говорит по телефону. Моему телефону, между прочим.

С губ чуть не срывается – а я? Как же я домой попаду?

У меня с собой только телефон был. Ни сумки, ни карточек, ни налички. Ничего. Мое единственное спасение – это телефон и скачанное на него приложение такси, к которому привязана карта.

Да и вообще, для меня максимально странно вот такое отношение. В моем мире парни не ведут себя так.

Они помогают, извиняются, не оставляют в беде до последнего. Это норма. Норма для меня, но не для Мейхера.

Ему все равно, что со мной здесь будет. Он и с забором-то помог просто для того, чтобы поглумиться.

Сталкиваемся глазами.

– Мне нужно вызвать такси, – произношу с легкой хрипотцой. Голос подсел от растворившегося в крови адреналина. Я его сегодня вообще сполна получила.

Арсений протягивает мне смартфон.

Выхватываю, отхожу в сторону, открываю приложение. Пока выбираю точку, хаотично соображаю, как быть дальше. Если приеду домой, родители начнут вопросы задавать, почему не позвонила, да и почему вообще сорвалась среди ночи…

Ладно, на ходу что-нибудь придумаю. Заказываю машину.

Ждать придется двадцать минут. Пока я сокрушаюсь от такой несправедливости, потому что на улице ночь, будний день, а у них почему-то высокая загруженность, Мейхер вырывает у меня телефон, гасит экран и убирает его себе в карман.

Никак не комментирую. Я слишком устала, и у меня нет сил на очередную перепалку. Я просто хочу уже поскорее отсюда уехать.

Мы стоим на противоположной стороне дороги от школы, на расстоянии двух или трех метров друг от друга. Арс перекатывается с пяток на мыски, сунув руки в карманы. На нем распахнутый пиджак, распущенный галстук, просто накинутый на шею шарфом, и даже пуговицы рубашки не застегнуты до самой груди.

Я же плотнее кутаюсь в пиджак и растираю ладонями предплечья, потому что, несмотря на то, что сентябрь только начался, ночи уже успели стать прохладными. Подношу ладошки к лицу и, накрыв ими губы и нос, выпускаю теплый воздух изо рта. Тонкий капрон пропускает любое дуновение ветерка, и по ногам тут же бегут мурашки.

Если бы на его месте был кто-то из моего окружения, то давно бы уже предложил мне свой пиджак…

Вздыхаю. Получается громко. Замечаю на себе взгляд Арса в этот момент.

Снова накрываю ладонями плечи. Мейхер же делает лицо кирпичом и отворачивается.

Когда рядом с нами тормозит черный тонированный седан, понимание, что это не такси, приходит мгновенно.

Мейхер размашисто открывает дверь и плюхается на заднее сиденье.

Дверь хлопает. Я слышу щелчки замков и с опаской озираюсь по сторонам. Почти три часа ночи. Я стою одна у дороги, неважно, что рядом со школой. Тут ни души, конечно, но это все равно невероятно пугает.

Когда стекло на передней двери со стороны пассажира ползет вниз, ненамеренно шмыгаю носом от холода.

– Ты чего стоишь? – мужчина за рулем растягивает губы в улыбке. – Садись.

Снова смотрю по сторонам. Такси нигде не видно. А что, если оно вообще в итоге не приедет? Что я буду делать тут без связи?

Переминаюсь с ноги на ногу и тянусь к ручке. Дотрагиваюсь до нее, и она выезжает, позволяя мне попасть в салон.

Сажусь спереди и сразу же пристегиваюсь.

Не уверена, но кажется, что чувствую колкий взгляд где-то на затылке.

– Влад, – представляется мужчина. Только сейчас замечаю, что он в обычных домашних штанах и футболке. По возрасту на отца Мейхера непохож. На вид ему нет и сорока.

– Майя, – улыбаюсь. – Можно? – киваю на панель с кнопками обогрева.

– Конечно.

Влад включает печку, и я чувствую, как по ногам бьет теплый воздух. Смотрю в окно, потом в зеркало заднего вида, все еще надеясь, что мое такси приехало, но его до сих пор нет.

– Диктуй адрес. Куда тебя подбросить?

Называю адрес, собирая пальцы в замок, сложив руки на колени.

– Придется сделать небольшой крюк. Сень, мы спешим? – Влад поворачивается к Мейхеру и, получив беззвучный ответ, трогается с места.

– Извините за неудобства.

Поджимаю губы. Судя по всему, Влад – водитель или охранник.

– Все нормально. Как вас угораздило тут зависнуть? И где твой телефон? – смотрит на Арса в зеркало.

– Она его сперла.

– Я не…

Замолкаю. Оправдываться будет глупо. Бросаю сконфуженный взгляд на Влада, замечаю улыбку на его лице и немного расслабляюсь.

Остаток поездки проходит в тишине. Прошу притормозить у соседнего дома и, выбежав из машины, перехожу дорогу. Во двор попадаю, только когда наш охранник отпирает мне калитку. Приходится позвонить в звонок для этого.

Быстро перебираю ногами по дорожке к дому и лишь внутри могу выдохнуть.

Какая долгая ночь. Какая ужасная ночь.

Приложив ладонь к сердцу, которое колотится как ненормальное, поднимаюсь на второй этаж. Родители уже спят. Утром придется объяснить свое появление, и, чтобы придумать достоверную версию, впереди у меня еще добрая половина ночи.

В комнате быстро стягиваю костюм, колготки, майку и запираюсь в ванной. Минут двадцать откисаю в горячей воде и только потом забираюсь в постель, предварительно вытащив теплое одеяло из шкафа. Намерзлась уже вдоволь за сегодня.

Какое-то время лежу неподвижно и смотрю в потолок. Потом правда вскакиваю, выдвигаю ящик письменного стола и вытаскиваю оттуда телефон Арсения.

Как одержимая смотрю фотки, видео из его галереи, абсолютно не понимая, зачем мне это нужно, ровно до момента, пока на его телефон не падает сообщение от Лизки.

«Ты почему трубки не берешь? И в ресторан не приехал… Я тебя ждала. Кстати, мы кое-что придумали. Уверена, тебе понравится, только для этого нужно позвать наших маленьких отшельников на вечеринку. Страхолюдина вернулась из Эмиратов. Будет весело».

Лиза ляпает на конце смеющийся смайлик.

Я так злюсь в этот момент, что заношу палец над раскладкой и печатаю.

«Отмена. Пусть дышат».

«Так не делают. Ребята уже вошли во вкус, Арс».

«Мне фиолетово».

Печатаю, а у самой руки дрожат.

«Давай мы завтра обсудим, ладно? У тебя, видимо, нет настроения».

Лиза пропадает из сети, а я понимаю, что совершила очередную глупость. Не стоило ей отвечать от лица Мейхера.

Просто я не понимаю, что с ними со всеми случилось. Почему они ведут себя как последние скоты? Не без помощи Арса, конечно, но ей же самой все это нравится. Я только сейчас это понимаю. Ей по кайфу все, что происходит в школе. По кайфу унижать тех, кто не может за себя постоять. По кайфу издеваться, придумывать все эти правила. Она упивается вседозволенностью. И не только она. Сафина, Швец, Беляков, даже Антоха…

Прячу телефон под подушку и, свернувшись калачиком, закрываю глаза.

Ясно одно – теперь я точно пойду на эту их вечеринку. Я должна быть в курсе происходящего. Теперь точно.

И дело не в том, что я миротворец. Просто в один прекрасный момент мы с Верой и правда можем попасть под этот общий каток. И я совсем не хочу позволить им так с нами поступить!

Глава 8

Майя

Утро сваливается как снег на голову. Я не выспалась, а мозг, кажется, до сих пор с ночи так и не перезагрузился. По-прежнему остро чувствую весь испытанный вчера спектр смущения вперемешку со злостью. Дикой и беспомощной.

Еле разлепляю глаза и кое-как соскребаю себя с кровати. Плетусь в душ. Делаю макияж. Одеваюсь. Бросаю в сумку тетради и уже на выходе из комнаты вспоминаю про телефон Мейхера. Вытаскиваю его из-под подушки, удаляю переписку с Лизой и засовываю его в ту же самую сумку.

На кухню спускаюсь, прокручивая в голове, что скажу маме. В отличие от отца, она еще дома.

– Доброе утро, – улыбаюсь, бросаю сумку на диван в гостиной и плетусь к столу.

Мама любит завтракать у большого панорамного окна с видом на сад, в котором еще прошлой весной высадили какие-то редкие и невероятно красивые розы.

– Доброе. Ты почему не позвонила? – мама хмурится. – На такси по ночам разъезжаешь. Не предупреждаешь. А если что-то случится? Мы где тебя искать потом будем, Май?

– Ну что со мной случится, мам? Убьют меня, что ли?! – смеюсь и подхожу к ней со спины. Обнимаю за плечи и чмокаю в щеку.

Моя мама – невероятная красотка. Кареглазая. С ярко-рыжей копной волос и просто сумасшедшей фигурой. На свои тридцать семь она не выглядит ни капли.

Мои волосы тоже с медовым оттенком рыжины, но в глаза она совсем не бросается. Гены родителей отца одержали верх, они оба темноволосые, поэтому огненной рыжули из меня не вышло.

– Всякое может случиться, Майя, – произносит мама с легким холодком.

Мое веселье ее не впечатляет. Лицо остается непроницаемым.

– Прости, – бормочу, чувствуя прикосновение к тыльной стороне ладони.

– Пообещай, что такого больше не повторится. Я думала, с ума сойду, когда узнала.

– Обещаю, – огибаю маму и сажусь на стул. – Вообще, все спонтанно вышло. Веркины родители снова устроили скандал, мне стало не по себе, вот я и уехала. По-быстрому, – выдаю без запинки.

Даже не вру. Я уже много раз становилась свидетельницей скандалов в доме Веры. Да и с мамой этим делилась неоднократно.

– Бедная девочка, – мама вздыхает. – Но ты должна была предупредить. Я волнуюсь. Представляешь, каково мне было сегодня услышать от охранника, что ты приехала домой одна, в три часа ночи, на такси?!

– Представляю. Прости, – подтягиваю к себе йогурт и вооружаюсь ложкой.

Настроение изрядно портится.